Аквамариновое танго - Валерия Вербинина

– Он прямо так и сказал? – спросила Амалия.

Габриэль кивнул.

– По его словам, он осмыслил это только сейчас. Тогда, в 1915-м, он был настолько оскорблен одной мыслью о том, что кто-то посмел покончить с собой в Рождество, в такой праздник, что возненавидел бедную Лили Понс всеми фибрами души. Вообще я должен сказать, что он человек своеобразный, я имею в виду, суровый, но справедливый. Он мне много интересного рассказал…

– О чем, к примеру?

– Вы заметили, что почти все гости Лили Понс были мужчинами? Не считая Люсьенн, которая приходилась женой брату мужа.

– Вряд ли в этом есть что-то особенное, – заметил инспектор, пожимая плечами.

– Погодите. Была еще жена второго брата, Одетта. Но она жила не в замке – она поселилась в гостинице. И приехала она за два дня до убийства Лили.

– Какие отношения были между Лили и братьями ее мужа? – спросила Амалия. – Кюре что-нибудь об этом известно?

– Он сначала сказал, что она вела себя вызывающе, а потом пояснил, что она играла с ними, как кошка с мышками.

– В смысле, заигрывала? – уточнил Лемье.

– В том числе и это. Как я понял, когда Робер Делотр, муж Лили, погиб, его братья из-за условий завещания оказались в полной зависимости от вдовы. Старший брат – делец, но не слишком удачливый. Младший, похоже, вообще ничем по жизни не занимается, только и умеет, что тратить деньги. Что? – обиженно спросил Габриэль, заметив, как Амалия и инспектор многозначительно переглядываются.

– Я думаю, можно ему сказать, – заметила Амалия. – Дело в том, что после гибели Лили наследство отошло братьям ее мужа.

– Не понял, – медленно проговорил Габриэль. – Если она умерла, все должны были получить ее родственники. Она что, написала завещание в пользу Делотров? Да она их терпела только для того, чтобы потешаться над ними!

– Не все так просто, Габриэль, – усмехнулся инспектор Лемье. – Внешне все выглядит так: когда Лили Понс была убита, вдруг выяснилось, что она не успела вступить в наследство законным путем. То ли не подписала какую-то бумажку, то ли еще что-то. Вдобавок с завещанием мужа Лили произошел конфуз – случился пожар, что-то там с проводкой, и часть документов сгорела, в том числе и завещание. Одним словом…

– Минуточку, минуточку, – перебил Габриэль, воинственно распрямляясь. – Только давайте не будем ходить вокруг да около, хорошо? Терпеть этого не могу! Короче, Лили Понс убили, а как только она стала трупом, вдруг выяснилось, что она не так вступила в права наследства, да еще на всякий случай уничтожили бумаги, чтобы никто не мог ничего доказать. Раз она не наследница, состояние Робера Делотра должно отойти к ближайшим родственникам, которыми являются – та-дааам! – два его брата: Андре и Жером. Так? У кого хранилось завещание – уж не у покойного ли адвоката Сезара Гийо, а?

– Именно у него, – подтвердила Амалия.

– Черт! – тоскливо вздохнул Габриэль. – А я-то надеялся, что там хоть каким-то боком окажутся замешаны чувства. Нет – опять убийство из-за денег. – Он горестно покачал головой, состроив уморительную гримасу. – А что родственники Лили? Раз все бумаги заблаговременно уничтожили, значит, ее родичи все-таки претендовали на наследство?

– У Лили Понс была сводная сестра Жанна, – сказала Амалия. – Других родственников у певицы не имелось. Само собой, Жанна Понс пыталась отсудить наследство Лили, но потерпела поражение. Ей не хватило денег на хорошего адвоката, и, кроме того, Гийо и все члены семейства Делотр сплотились против нее.

– Ей надо было поднять вопрос об убийстве, вот что, – объявил Габриэль. – Если бы правда вышла наружу…

– У них было заключение доктора, в котором говорилось о самоубийстве, – напомнил Лемье. – Она бы все равно ничего не добилась.

– Ха, – усмехнулся Габриэль, – вряд ли они считают свои позиции такими неуязвимыми, если позаботились уничтожить все документы. Понимаете, я не стал полагаться на слова кюре и сам отправился в местный архив. Так вот, отец Моклер не солгал – бумаги действительно исчезли, причем бесследно.

– Это ничего не значит, – спокойно ответила Амалия. – В крайнем случае можно добиться эксгумации тела. Тогда сразу же станет ясно, что Лили Понс проломили голову и что никакого выстрела не было и в помине.