Прогноз гадостей на завтра - Дарья Донцова

В десять утра, одетая в черные брюки, белую блузку и строгийпиджак, я сидела за пианино и извлекала из него Моцарта. Честно говоря, мнебыло немного не по себе. Ситуация действовала на нервы: гроб, заваленныйцветами, толпа мрачных людей, рыдания родственников… Наконец процедура прощаниязавершилась, плачущие женщины пошли на выход.

– Первый раз не слишком приятно, – улыбнулась мнеполная дама, проводившая церемонию, – потом привыкнете. А сейчас идитепопейте в конторе чайку, у нас еще одни похороны, в двенадцать.

Рабочий день потек своим чередом. Через два часа я опятьсыграла «Реквием», потом сходила к Эмме Марковне, где меня угостили кофе итортом… Около трех пришла дама из траурного зала и попросила поиграть передмикрофоном. По кладбищу бродили посетители, и мой «концерт» транслировали порадио… В пять часов меня пригласили в третью комнату. У одной из бухгалтерш,молоденькой Наташи, был день рождения…

Я получила еще один ломоть бисквита с угрожающе краснойрозой сверху и села у окна. Эмма Марковна не обманула, люди тут и впрямьподобрались интеллигентные, на столе стоял только чай, никакой водки илишампанского не было и в помине, а Жора Саврасов, без конца рассказывавшийанекдоты, старался быть милым…

Внезапно телефонный звонок прервал шутки исполняющегообязанности директора.

– Алло! – крикнул Жора. Потом он помолчал и добавил: –Сейчас, минутку, выйду в свой кабинет, тут шумно.

Я посмотрела ему вслед и, подождав пару секунд, выскользнулав коридор, добралась до нужной двери, присела на корточки и, сделав вид, чтозавязываю шнурок у ботинка, обратилась в слух.

Жора скорее всего принадлежал к тем людям, которые повышаютголос, общаясь по телефону. Во всяком случае, я услышала все, что надо.

– Вы от Николая? Хорошо, жду.

Очевидно, собеседник спросил о времени, потому что Саврасовсообщил:

– В одиннадцать вечера подойдете в контору, как раз тутникого не будет. Охранник в курсе, он впустит машину.

Воцарилась тишина, потом Саврасов отрывисто поинтересовался:

– Клиент большой? Ага, ну – это ерунда, триста долларов, иполный порядок, кстати, если желаете, можем отпеть.

Снова повисло молчание.

– Нет, нет, – потек дальше разговор. – У насбатюшка продвинутый, только ему тоже заплатить надо, три сотни «зеленых», итип-топ, упокоится в лучшем виде, не переживайте, ваши родные будут довольны.Ладно, значит, так: в одиннадцать вечера въезжаете в ворота – и ко мне.Волноваться не надо, тут никого больше не будет.

Послышался скрип. Чуть не упав, я рванулась вперед и влетелав дверь туалета. Вот оно как! Сегодня ночью сюда привезут труп, которыйСаврасов потихоньку зароет, положив в карман триста баксов. В аферу втянуты ещеохранник и священник, который за такую же сумму готов отпеть несчастного. Чтоза бред! Стоя у окна, я видела, как Жора, выйдя из конторы, подошел к гранитноймастерской и скрылся внутри. Минут через пять он появился вновь, но не один, ас мужиком, одетым в аккуратный синий комбинезон. Парочка встала возле стены колумбарияи принялась размахивать руками. Мне не были слышны слова, но вдруг сталопонятно, что они решают, какой доской лучше прикрыть нишу: белой, мраморной,или черной, гранитной.

Мужики без конца поднимали куски камня и прикладывали их кзияющей дыре. Мне стало совсем нехорошо. Значит, тело собирались не закапывать,а сжечь…