Мутация - Кен Макклюр

— Но тела не сохранились…

— Насколько я понял, они банально «обратились в прах».

— И какой интерес это все представляет для нас?

Макмиллан поставил локти на стол и оперся подбородком на переплетенные пальцы.

— Вполне может оказаться, что у этого ученого приключилось нервное расстройство — возможно, в результате разочарования, которое его охватило, когда он обнаружил, что от тела в могиле остались лишь пыль и прах. Однако, с другой стороны, его состояние может быть связано…

— …С самой этой пылью, — докончил за него Стивен.

— Точно. Бульварная пресса изо всех сил старается раздуть панику сказками о проклятиях, дошедших до нас через века. Было бы неплохо получить более объективную картину происходящего.

Стивен кивнул.

— Насколько я понимаю, место происшествия оцеплено?

— И аббатство закрыто для посещений. Эпидемия — последнее, что нужно сейчас нашей стране, в довершение всех неприятностей.

— Не сомневаюсь, что пресса истолкует это как проклятие Господа, обрушившееся на нас… — улыбнулся Стивен. — А что с остальными людьми, которые присутствовали на месте в тот момент? Мотрэм ведь наверняка был не один?

— Да, с ним были еще трое — парочка ребят из геодезической компании «Макстон», которые определили местоположение погребальной камеры и провели раскопки, и инспектор из «Исторической Шотландии», который приглядывал за ними… — Макмиллан полистал свои записи, — Алан Блэкстоун. Кроме Мотрэма, никто в могилу не входил, однако, лишившись рассудка, он нанес остальным травмы различной степени тяжести. Больше всего досталось Блэкстоуну: Мотрэм размозжил ему тяжелым фонарем половину лица. В настоящий момент его готовят к челюстно-лицевой операции в больнице Эдинбурга. Остальные двое идут на поправку. Один лишился сознания от удара по затылку, а у второго повреждена нога — ковш экскаватора перебил колено, но все трое вполне в здравом уме и, спешу вас обрадовать — никаких признаков инфекции.

— Видимо, сначала мне стоит поговорить с ними.

— Джин приготовила вам досье с именами и адресами, — кивнул Макмиллан.

— Кто еще участвует в этом расследовании?

Макмиллан улыбнулся.

— Обычная компания — хотя полицию отозвали, поскольку Мотрэма держат в больнице и, возможно, отправят на принудительное лечение по закону о психическом здоровье, а пострадавшие не хотят возбуждать дело, учитывая обстоятельства. Однако представители службы здравоохранения, «Охраны здоровья» и основные комиссии по чрезвычайным ситуациям в этой сфере обязательно примут участие в расследовании. Портон-Даун тоже проявил интерес и наверняка скажет свое веское слово.

Стивен слегка нахмурился при упоминании о лаборатории при Министерстве обороны, занимающейся вопросами химической и бактериологической защиты.

— Вот так сюрприз, — пробормотал он.

— Думаю, стоит ожидать, что они захотят обследовать гробницу, вычистить там все и взять образцы пыли. Возможно, они установят на месте передвижную лабораторию, как и остальные организации, но вы имеете такое же право находиться там и задавать вопросы. Не позволяйте им оттеснить себя.

— А то, — отозвался Стивен. У него за плечами уже было несколько эпизодов противостояния с Портон-Дауном. — О чем еще мне следует позаботиться?

Макмиллан скривился.

— Не обошлось без религиозного интереса, — сказал он. — Сейчас идет межконфессиональная дискуссия по поводу того, что делать с обитателями склепа и как утилизировать их останки — тот самый прах, но вам не стоит об этом беспокоиться. Никто ничего не может предпринять, пока не будет объявлено извещение о прекращении дела, а это произойдет только тогда, когда представители службы здравоохранения решат, что опасности нет. Я проинформировал соответствующие структуры, что «Сай-Мед» интересуется происходящим.

— Тогда приступим.

Вернувшись домой, Стивен внимательно изучил досье. Впрочем, изучать было почти нечего. Джон Мотрэм, пятидесятидвухлетний преподаватель Ньюкаслского университета, был признанным экспертом в области передачи вирусных инфекций. Он проживал вместе со своей женой Кассандрой в деревне Лонгторн, чуть севернее Ньюкасла, она работала в частной медицинской компании, обслуживающей их район. В анамнезе у Мотрэма не было психических заболеваний и особых проблем со здоровьем. Во всех отношениях это был совершенно нормальный, уважаемый в своей среде человек, у которого, безо всякой видимой причины, поехала крыша после того, как он побывал в могиле семисотлетней давности, где покоились жертвы «черной смерти».

Понимая, что внимание Макмиллана привлекла именно связь с чумой, Стивен задумался над фактом, что это заболевание вызывает страх и ужас даже по прошествии семи сотен лет после того, как оно выкосило треть населения Европы. Простого упоминания о чуме в двадцать первом веке было достаточно, чтобы побудить «Сай-Мед» начать расследование.

Поначалу Стивен был готов отмести любую возможность связи между чумой и болезнью Мотрэма. Однако тем самым он соглашался с фактом, против которого спорил Мотрэм — что «черная смерть» представляла собой эпидемию бубонной чумы. Действительно, бактерии не могли сохраниться в прахе разложившихся тел столь долгое время, кроме того, среди разнообразных и ужасающих симптомов чумы не фигурировало сумасшествие. Однако все доводы были бы неактуальны, если бы «черную смерть» вызывал совершенно иной возбудитель. Мысль отнюдь не утешительная…

Информация о том, что происшествием заинтересовался Портон-Даун, тоже не способствовала поднятию духа. Стивен сильно сомневался, что в случае, если будет доказано наличие прежде неизвестного микробного агента, ученые Портон-Дауна поделятся своими открытиями с широким научным сообществом. Если смотреть правде в глаза, такое было просто невероятно. Скорее следовало ожидать: Министерство обороны объявит, что дело подпадает под действие Закона о государственной тайне. Чем скорее Стивен попадет на место происшествия, тем лучше.

Малейшее упоминание о биологической войне вызывало у Стивена стойкое отвращение. Сама идея того, что представители Homo Sapiens готовы вступить в сговор с микробами — до сих пор являвшимися проклятием человечества — с целью создания еще более опасных вирусов и бактерий, казалась ему воплощением дьяволизма. Стивен прекрасно понимал: Портон-Даун будет настаивать на том, что их интересуют исключительно меры защиты государства, но так заявляет любая военная лаборатория, работающая с микробами. Достаточно было вспомнить о лабораториях, полных вирусов оспы, которых полно было в Советском Союзе после падения Берлинской стены — именно в то время, когда Всемирная Организация Здравоохранения обсуждала, стоит ли уничтожать последние лабораторные штаммы этого вируса, чтобы освободить планету от оспы.

Стивен попытался отвлечься от невеселых размышлений решением более приземленных вопросов. В Шотландии ему понадобится автомобиль. Стоит ли добраться до Эдинбурга или Глазго самолетом и арендовать автомобиль на все время пребывания в стране — или отправиться на север на своей машине? Чтобы определиться, нужно выяснить один момент. Стивен принялся пролистывать папку, которую подготовила для него Джин Робертс, в поисках телефонного номера областного отдела здравоохранения.