Мертвые цветы - Д. К. Худ

Кейн согласно кивнул:

— Уйти — да, но знал ли убийца, что жертва будет в лесу? Родители Фелисити считают, что она шла в гости к подруге, а это в другую сторону. — Он потер затылок. — Я вчера вечером поговорил с Дженной, и мы сошлись на том, что это преступление — не случайное убийство ради острых ощущений. Похоже, Фелисити убийцу знала и сама пошла за ним. С ее парнем я поговорил, а вот с Лаки Бриггзом и Стормом Кроули еще не закончил.

— Или ей позвонил знакомый сразу, как она вышла из дома, и они встретились тут. — Вулф остановился, уперев руки в бока. — Мы ни черта не узнаем, пока не проверим детализацию звонков.

— Мальчишки больше никого не видели, а значит, если убийца уходил этой тропой, то он знаком с местностью, — сказал Роули, поморщился и пошел дальше.

— Логично, — пожал плечами Кейн. — Если предположить, что он и так был весь мокрый, убив Фелисити в реке, он бы вернулся в воду смыть остатки ее крови. К тому времени, как он вышел на дорогу, он бы уже просох. Обливался бы пóтом, но был бы сухой.

— И никто бы ничего не подумал, увидев, как он потный выходит из лесу. — Роули замедлил шаг. — Ого, справа под листьями… Это что, обертка от презерватива?

Кейн протиснулся мимо Роули и присел на корточки:

— Да, точно. Их под листьями несколько штук. Надену перчатки. — Он встал, сбросил рюкзак и принялся рыться в карманах. — Держи. Судя по виду, они тут недолго лежат. Их, конечно, могли выбросить подростки, которые тут уединяются. — Он сунул фольгированные конвертики в пакет для улик. — Вряд ли их выбросил убийца. Уж больно он умен, чтобы оставлять свою ДНК. Но если он, то куда он дел использованные презервативы?

Кейн осмотрелся, но мусора не увидел.

— Он бы бросил их с обертками в реку. Течение быстрое. Вода не просто смыла бы улики, она унесла бы их за мили отсюда. Думаю, обертки выбросил кто-то другой.

Он пошел дальше. Шум реки с каждым шагом становился все громче. Заметив за деревьями блики на воде, Кейн сбавил темп.

— Ладно, если убийца правда покинул прогалину по этой тропинке, надо поискать улики тут, чтобы отследить его путь на опушку и обратно.

— У жертвы на затылке была травма от удара тупым предметом. Значит, он подошел к ней сзади, оглушил, а потом отнес к берегу. — Вулф вышел на прогалину и стал медленно оглядывать ее своими бледно-серыми глазами. — Основная тропа отсюда к реке разделяется надвое. Предлагаю и нам разбиться на группы. Начинайте оттуда и идите в разные стороны. Я пойду по этой тропинке, поищу улики.

Кейн двинулся по основной дорожке, усеянной листьями. Она сменилась галькой и песком, но следов так и не нашлось. Кейн скрупулезно осмотрел кусты вдоль пути, проверяя, не осталось ли на веточках или в корнях волосков. При этом бранил себя за то, что не осмотрел все место преступления сразу же, при первом визите. С другой стороны, важнее было собрать улики в непосредственной близости от тела. Тут его окликнул Вулф, и Кейн по собственным следам вернулся на опушку.

— У меня полный ноль, — признался он, останавливаясь.

— Зато я кое-что нашел. — И Вулф повел его по узкой тропке.

Та привела к поваленному дереву. Судя по тому, как оно погрузилось в грунт, местные уже некоторое время использовали его для отдыха.

— Так, и что у тебя?

— Вот. — Вулф указал на клочок бумаги с зеленым логотипом. — Это от нити или бечевки синтетической. Я недавно такой вещи в трейлере закреплял. — Он поднял клочок бумажки и поместил его в пакетик для улик. — Я бы не обратил на него внимания, если бы не отметины на деревьях по обочинам тропы. — Пройдя вперед, он указал на небольшие царапины на коре двух деревьев. — Видимо, здесь натянули веревку на высоте шеи Фелисити. Нить темно-зеленого цвета, и если бежать тут, то просто не заметишь ее и зацепишься.

Кейн присмотрелся к улике, а потом присел на корточки осмотреть землю.

— Слой гравия потревожен, местами взрыт ногами. Здесь была борьба. — Он медленно встал и осмотрел кусты. — Вон там волосок. Длинный, каштановый. Наверняка с головы жертвы.

— Точно. — Вулф подхватил волос и сунул его в пакетик. — Наверняка Фелисити бежала по этой тропинке, врезалась в веревку и упала на кусты. Убийца ударил ее по голове, слегка оглушив. Вскрытие показало, что силы удара не хватило бы, чтобы лишить ее сознания. Следов волочения нет, а значит, к реке убийца свою жертву отнес на руках.

Боясь наследить и перед каждым шагом глядя под ноги, Кейн осторожно двинулся дальше. Впереди сверкала водная гладь, а на том берегу утес скрывал от любопытных глаз небольшой уединенный пляж. Кейн остановился у воды и тут заметил на камне пятнышко крови и взрытый песок.

— Как мы это проглядели, черт возьми?

— Вот здесь он ее и насиловал. Спорю, что заставил встать на колени и приставил нож к горлу. Слегка ранил, чтобы утихомирить, и, возможно, обещал отпустить, когда закончит.

Вулф бросил на Кейна взгляд, полный холодного гнева, затем опустился на четвереньки и стал ползать вокруг, осматривая каждый дюйм.

— Сюда! — позвал Роули, ушедший чуть дальше, вниз по течению.

Кейн осторожно прошел по краю пляжа и, обернувшись к Вулфу, сказал:

— Ты здесь все сфотографируй, а я пойду гляну, что у Роули.

— Минутку. — Вулф мотнул головой вперед. — Там вроде как следы двух человек. Я бы предположил, что жертва вырвалась и побежала прочь от убийцы вдоль кромки воды. — Он указал на дерево со сломанной веткой. — Когда он ее убил, то, похоже, замел следы при помощи веточки. Он умен и импровизированную метелку потом, видимо, бросил в реку. Прошелся по воде вдоль берега, а после углубился в лес по тропе, которой мы сюда пришли.

— Значит, надо найти место, где он ее убил.

— Это бы пригодилось. — Вулф мрачно ухмыльнулся. — Но готов спорить, что убивал наш псих в воде. Он уже проделывал такое прежде и знал, что надо оставаться чистым, не хотел, чтобы его увидели в крови. Значит, живет в городе и знаком местным.

— А еще он много переезжает с места на место, потому что мы оба знаем: он убивал прежде и часто. — Стараясь держаться подальше от заметенных следов, постоянно глядя себе под ноги, Кейн пошел к Роули. Вскоре он нашел помощника: — Что у тебя?

— Судя по виду, кусок ткани, а в воде вроде как сапожок, только он далеко от берега. — Роули побледнел. — Обычно посреди реки так долго ничего не задерживается. Там очень глубоко и течение быстрое. Дети если купаются, то держатся бухты ниже по течению.

— Это откуда идут следы?

— Да, там мелко, но, как видите, все пути сходятся. Отнести тело от берега реки в бухту, а потом на валун было бы не сложно. — Роули судорожно сглотнул. — Кстати, о клочке ткани. Если это с одежды Фелисити, то убийца вещи с нее срезал: лоскут не оторван.

Испытывая дурное предчувствие, Кейн наклонился разглядеть кусочек синей ткани с нашитой на него пайеткой. Тут не нужно было быть криминалистом, чтобы определить: его срезали охотничьим ножом. Пайетка могла быть частью узора в виде бабочки, к тому же цвет совпадал.

— Сфотографируй и убери в пакет. — Он выпрямился и бросил Роули перчатки. — Где этот сапог?

— Видите, вон там из воды торчит черный камень? Слева от него, на дне. — Роули указал на реку. — Мне сплавать?

— Нет, я сам.

Кейн отошел к крупному валуну выше по течению, огляделся в поисках следов и, не заметив ничего важного, разделся до исподнего. Вошел в быструю реку, нырнул и осмотрел дно. Очень кстати пришлось его умение надолго задерживать дыхание: до черного камня он доплыл, вынырнув всего один раз.

Голову пронзила ослепительная боль от холодной воды, но Кейн плыл дальше, не теряя решительности. Отыскал розовый сапог с блестками, и в животе свело от тоски. Вылез на камень и, словно мяч в футболе, швырнул улику Роули. Помощник без труда поймал ее. Пошарив еще по дну ниже по течению, Кейн отыскал второй сапог, но другие следы Фелисити Паркер пропали.