Гарпун дьявола - Тони Бранто

– Ты что-то хотела мне сказать?

Джуди подняла на меня удивлённые глаза.

– Когда это?

– Вчера вечером у маяка.

– Не припомню, – она прищурилась, точь-в-точь как её отец.

– Мне показалось, ты хотела поговорить.

Она отпила глоток чаю, взглянула исподлобья на меня, потом на каминные часы. Наконец произнесла:

– Вряд ли, я, должно быть, неправильно выразилась. Я хотела согреться. Вечер был прохладный.

Разумеется, ответил я кивком и деревянной физиономией. Мы выпили чай, я поблагодарил и удалился.

Глава 10

Рассуждения

Бригада полиции, прибывшая некоторое время назад, прочёсывала местность вокруг маяка. Искали гарпун и какие-нибудь следы. Признаюсь, наблюдать за этим было крайне любопытно. Хоть повод был ужасен.

Как раз за этим действом я и нашёл Адама: он сидел на террасе перед домом с восточной стороны, созерцая полицейскую маету. На колене его лежала тетрадь, в которую он небесталанно зарисовывал карандашом развернувшуюся картину: маяк и полицейские. Я перегнулся через его плечо, оценив результат.

Я опустился на соседний шезлонг, растянулся, выдохнул так, что стенки гортани вот-вот должны были соприкоснуться. Зрелище, представшее мне, напоминало муравьёв, топчущихся по мифическому зверю: полицейские шныряли вдоль холмов вверх и вниз, спускались по крутому склону к морю, а зверь, прикрыв от усталости глаза, лежал и терпел. Если бы он мог говорить, ничего бы искать не пришлось.

Кемар по-прежнему владел морем, что было только на руку поисковой группе. Из маяка, переодевшись, вышли водолазы. Довершив у самой воды снаряжение ластами, они бросались в пучину один за другим. Интересно, что они найдут и найдут ли вообще?

Дед говорил, что для многих море – крупнейшая помеха. Я никогда не понимал этих слов. В недавнюю войну из Гринока[34] по морю проходили арктические конвои в Россию. Туда везли продовольствие, лекарства и боеприпасы. Море было нашим союзником и моим другом детства. Но сейчас я видел, как нелегко было полицейским.

Я поделился с Адамом своим полуденным моционом во всех подробностях и в довершение сказал:

– Что-то я в толк не возьму: кто-то бог знает каким образом узнаёт, что его гарпун сейчас находится в горле Кампиона, крадёт ключ из куртки, про который тоже неясно, как пронюхал, поднимается и вырывает штырь, раздробив окоченелый труп. На что, в таком случае, рассчитывает полиция? Гарпун уже давно зарыт в землю.

– Зарыт топор войны, – пробубнил под нос Адам, продолжая рисовать.

Я пришёл в изумление.

– Почему ты так сказал?

– Потому, Макс, что это больше похоже на некое возмездие. Я понимаю заколоть человека ножом, даже пальнуть из пистолета. Но так жестоко – запустить гарпун сквозь горло…

Насчёт жестокости этого убийства я сам не раз говорил. Это действительно чудовищно.

Адам добавил:

– Теперь война, надо полагать, закончена.

Я помотал головой.

– Не думаю, что у Кампиона могли быть враги. Да, он – не сахар, но человеком был порядочным. Не представляю, с кем бы он конфликтовал. Думаю, его и вправду убил торговец зельем. Вполне в духе какой-нибудь наркомафии.

Адама это не убедило. Он молчал, как и всегда, когда был не согласен, но и я в таких случаях не отступал. В доказательство своей правоты я привёл новый довод:

– А как насчёт порыва ярости? Человеком на секунду овладело желание всадить что-то в Кампиона, а под рукой оказался один гарпун.

Мой друг мрачно глянул в мою сторону.

– Убийцей не становятся в порыве, это выдумки романистов, – сказал он. – К тому же гарпун не та вещь, чтобы носить её с собой и чтобы она случайно оказалась под рукой. Хотя в деревне как эта, где рыбак – основная профессия, может, и возможно. Но гарпун – вещь не такая простая. Судя по заключению Тёрнера, убийца превосходно справился с задачей, остриё вошло куда надо. То есть убийца держал гарпун не впервые. Хирургическая точность, – добавил он, словно восхищаясь талантом убийцы.

Я подумал, справился бы с этим дед? Зрение у него в норме, чего не скажешь о силе в руках и ногах. Но раньше он был первоклассным метателем. Я вдруг представил себе ужас: если бы я не сопровождал деда весь вчерашний вечер практически каждую минуту, то инспектор заподозрил бы деда в первую очередь. И не потому, что дед что-то выиграл бы от смерти товарища, а потому, что дед был отважным моряком и блестяще владел оружием, и это хорошо известно полиции. Задумай дед месть, будь у него шанс, он бы поднялся на маяк и заколол Кампиона не моргнув. То есть смог бы физически, но я не знал, способен ли был дед убить человека.

Я сделал глубокий вдох, затем выдох, попытался расслабить лицо. Я был рад, что провёл с дедом весь вечер, потому быстро прогнал свои фантазии за пределы реальности.

– Похоже, я чем-то её разочаровал. Не знаю чем, – признался я.

– Возможно, тем, что ты не читал Ремарка? – Адам шуршал карандашом.

– О чём там хоть речь?

– У Роберта двое товарищей, Готтфрид и Отто, после войны они открывают небольшую автомастерскую. Роберт знакомится с Патрицией, они влюбляются, Роберт знакомит Пат с друзьями, вчетвером они идут гулять в луна-парк. Про верную дружбу.

– Хорошая история, – повторил я слова Джуди.

– Похоже, тебя разочаровали гораздо сильнее, – сказал Адам.

– Это ясно как день! Дело в Стэнли. Чёртов Стэнли!

– Любовь слепа и нас лишает глаз[35]… – пропел Адам, ухмыляясь бумаге.

– Dùn do chab[36].

Какое-то время мы молчали.

– Она ждала Стэнли. Ждала, чтобы утешить бедняжку! Подумать только! – бурчал я.

– А в итоге пришлось утешать тебя.

– Смейся. Но ты не видел её смущения. В голове не укладывается, – сказал я. – У них должна была быть тайная свадьба.

– А с чего ты взял, что она ждала Стэнли?

Я облизал пересохшие губы.

– И именно тогда, когда ушёл Рассел, – сказал Адам. – Пораскинь мозгами, Макс. Джуди и Стэнли могут увидеться где и когда угодно. Это не тайна.

– Ну как же не тайна? – глядел я чёртом. – Они же тайно встречались, чтобы обсудить свадьбу! Они скрывали это!

Адам молчал.

Я сменил выражение лица на привычное безразличное, хотя понимал, что меня видно насквозь. Для убедительности образа я достал сигареты и неспешно закурил. Я попытался вспомнить, когда Адам начал умнеть. Когда надел очки в средней школе? Нет, это случилось раньше, я уверен. До знакомства со мной.

Как-то в ночь незадолго