Числа Мардж - Кейт Андерсенн

– А мне казалось, ты все еще влюблен в Маргарет.

– Перестань, Себ! – разозлился вдруг Гарри. – Я по делу спрашиваю, а в ином случае не смею отвлекать от литературы.

– Да ладно, что ты как медведь-шатун, – примирительно сказал Себ. – Я других причин не вижу. Что-то случилось?

– Именно это я и должен выяснить, – кивнул Гарольд. – Видимо, ее однокашник Вилли Тернер прав и с ней произошло что-то из ряда вон выходящее, так что…

– Вилли Тернер?! – переспросил Себ. – Ты сказал. – Вилли Тернер, я не ослышался?!

– Да, а что? – голос Гарри зазвучал несколько раздраженно.

– Да то, что если бы ты интересовался хакерландией побольше, то слышал бы о нем! Это же Терви Пей! Все по компилингу…

– Ты забыл, что я теперь уже следователь, а не детектив, – сухо отвечал Гарольд.

– Ах, целый год как, – безмятежно отозвался Кингстон-младший. – Брось, Гарри, что за снобизм?

Гарольд промолчал, но брат читал его как открытую книгу.

– Понимаю, после подставы от Лесли ты сделался чурбаном и ударился в карьеру. И все сложилось даже ничего так, но Мардж начинала тебя было превращать в человека, так чего…

– Себ, марш на урок! – зло оборвал разговор Гарольд и опустил руку с дорогими часами на запястье, все еще сжимая новейшую версию смартфона. Отчего-то на душе стало гадко и снова захотелось заглушить печаль парой-тройкой стаканчиков виски в «Сверкающем шаре». Однако взваленная на него Брентом и этим крякером-хакером Тернером задача требовала внимания. Светлое теплое пятно на сердце от Маргарет следовало отодвинуть. К тому же какое там теплое, если вспомнить ее на лестнице сегодня.

Фактов мало. Известно, что дома у родителей Лили не появлялась: семейные узы у Смитов-старших с ней пропали после самовольного отъезда девушки. Любимый колледж она не посещала уже три дня. Личных трагедий и сторонних увлечений не имела, ее портрет – портрет спокойного и целеустремленного человека. Можно было бы предположить, что сорвалась с места к какой-то подруге, но таковых у нее не было, по всем свидетельствам. К тому же как тогда объяснить телефон, запертый в съемной квартире? Согласно сведениям, собранным у однокурсников и профессоров, Лили имела единственный хоть сколько-то стоящий внимания конфликт – с профессором Мертоном. Да и то по основам химии. Проводила какие-то исследования, что ли. Сначала была любимицей, а потом вдруг раскол. При личной беседе профессор Мертон подозрительно скрытничал и не давал прямых ответов на вопросы. Ученый, конечно, да хоть какое-то подозрение. И безумная идея пришла в голову следователю, копошившемуся в отчетах в офисе. Это, разумеется, дурачество, совершенно непрактично. Особенно учитывая строгое порицание от начальства за самовольное вмешательство в дело Фачелли осенью. Но как сказала Маргарет в том лесу – «А когда, если не сейчас?». Опять Маргарет. Почему-то Гарри не отогнал воспоминания и привычно усмехнулся.

С того самого леса застрял за бумагами безвылазно. Суды, внушительные папки, очные ставки и допросы. Перспектива подышать воздухом неплоха сама по себе. Если Мертону есть что скрывать, это можно узнать через простую открытую слежку.

По окончании рабочего дня Гарольд Кингстон без проволочек подъехал к колледжу и, выяснив, что профессор все еще в здании, остался ждать в машине через дорогу. Ливингстон, конечно, никогда не поощрял личных расследований, требовал держаться устава. Но сейчас просто необходимо отвлечься. А Фачелли… Так Никсон его и втянула, он подозревал ее в намерении разузнать об уликах, и закрутилось. Несколько важнейших пакетов на крупных шишек лежит в хранилище. А у него ключи. Станешь тут осторожничать.

Окончательно стемнело, как и полагается. Уходивших становилось все меньше, гасли окна. В сумерках человек перестал отличаться от человека. Гарри ничего не оставалось, кроме как выбраться из теплого автомобиля и засесть под прикрытием жидких кустиков недалеко от парадных ступеней.

Прошло не так много времени, а колени под брюками уже задеревенели, пальцы, мерзнущие через тонкую подошву блестящих туфлей, начали терять чувствительность. Рукам пришлось чуть лучше – к их услугам оказались и карманы, и подмышки, и дыхательный подогрев. Ступни же деть оказалось некуда. Напарник бы не помешал. Хоть отвлечься на разговор. А то и пересменку устроить. Хотя, увы, не всегда это уместно. Порой приходится мерзнуть в безмолвной солидарности.

От размышлений его оторвал нервный женский окрик:

– Эй! Сейчас вызову полицию!

Гарольд вздрогнул от неожиданности, и заиндевевшие ступни его подвели – он свалился на бок, одновременно изумленно узрев над собой Маргарет Никсон, также пораженную встречей.

– Ма… Мардж? – заикнулся Гарри отчего-то и мысленно проклял себя за это. – Что ты… – с ним такого не случалось со времен зеленой юности и истории с Лесли, а ведь он обещал, что и не случится.

– Я-то тут живу, – насупилась Маргарет, стараясь ронять слова как можно более скупо. – А вот вы…

Чуткий слух Гарольда уловил долгожданный шум у парадной двери, так что он поспешно втянул девушку в свое укрытие. Маргарет не успела даже сообразить, что происходит, как оказалась на заиндевелой земле за голым кустом.

– Тс-с! – зажал ей на мгновение рот рукой Гарри. – Да, это профессор Мертон!

Мардж кивнула и сидела тихо, не понимая, что заставляет ее делать это.

Профессор Мертон медленно вышел во двор, устало спускаясь по ступеням. Ничего особо злодейского в облике. Гарольд внимательно следил, продолжая сжимать локоть Маргарет Никсон.

– В чем вы его подозреваете? – не выдержала Маргарет, завороженно глядя на его ладонь, обхватившую ее предплечье.

– Пропала студентка, – еле слышным шепотом на ухо ответил ей Гарри после минутного колебания. – С ним общалась тесней остальных.

– Лили Смит?..

– Откуда ты знаешь?!

В это время во дворе раздались чужие гулкие шаги. Напарники умолкли, остановился и профессор Мертон.

– Профессор Мертон! – воскликнула черная фигура юношеским срывающимся басом.

– Черный парень! – выдохнула Мардж с ужасом.

– Что за Черный парень? – не понял Гарольд. И потом опомнился. – Тс-с! Не шуми, нас не должны сейчас заметить!

Между тем участники разворачивающегося действа совершенно не заметили шума в кустах.

– Что… тебе нужно? – сделал профессор Мертон шаг назад. Его сутулые плечи, тем не менее, не выдавали страха, и поджарая фигура не напряглась. Словно он ждал и знал подошедшего.

– Я стерегу тебя здесь уже четвертую ночь, – неизвестного действительно вполне можно было окрестить Черным парнем: невысокий, но крепко сбитый, в черной одежде без единого логотипа и такой же кепке и кроссовках.

– С тех самых пор, как… – запнулся профессор с ноткой волнения.

– Как пропала Лили! – нашептал Гарольд Мардж.

Черный парень в несколько шагов приблизился вплотную к профессору и сказал что-то негромко. Профессор слабо вскрикнул. Гарольд подобрался, Маргарет же бессознательно