Фьорды. Ледяное сердце - Ингрид Юхансен

Кто-то должен был снимать. В постиндустриальную эпоху не нужны операторы, обученные крутить ручку кинокамеры, или громоздкие монтажные. Пусть профессионалы киноиндустрии, с которыми частенько выпивал Олаф, негодуют сколько угодно, но кино сегодня может снять абсолютно любой. Мне не надо ломать голову, кто именно – я вытащила пальцы из волос, – строгая хозяйка наверняка контролирует процесс и подгрузила пикантное видео себе в айпад.

Попрошу Анонимуса взломать ее игрушку! Я вытащила из стола свой планшет – практически новенький, мне так не хотелось возвращаться за старым к Олафу, что я купила себе этот. Десять дюймов и есть десять дюймов, загрузила почтовый агент и снова остановила себя: нельзя никого в это втягивать!

Если я права – то являюсь источником повышенной опасности для всех, с кем контактирую, а если ошибаюсь? Темная сторона Всемирной паутины будет считать меня идиоткой со склонностью к паранойе.

Нет. Мне придется рискнуть и поступить иначе: подменить гаджет мадам Дюваль своим разряженным девайсом и попробовать покопаться в нем, пока королева эротической прозы обозревает фьорды с экскурсией.

Не помню, что я ела, но запила перекус двумя чашками двойного эспрессо, чтобы накопить достаточно решимости. Никакой гарантии, что мой план с подменой удастся. Я приблизилась к двери «Алого люкса», зажмурилась и пробормотала «Я ставлю эксперимент» – нас учили этой небольшой психологической уловке, позволяющей снять страх неудачи, и постучала.

– Я хотела бы поблагодарить мадам Дюваль за цветы… – объясняю еще одному высоченному красавцу, он пропустил меня внутрь.

– Минуту, я приглашу мадам.

Апартаменты действительно был обставлены с избыточным пафосом.

Поразительно, как реальность отличается от рекламных снимков и роликов! Так называемый «Алый Королевский Люкс» описывают как каюту повышенной комфортности с эксклюзивным дизайном помещений. Действительно, от круизных лайнеров ждут чего-то воздушного, светлого и волшебного! Но здесь на меня с порога опрокинулось сочетание фиолета, черного и алого. Оно подавляло, даже несмотря на рассыпанные по интерьеру золотые элементы декора, обилию которых позавидовала бы сама Донателла Версаче. В центре помещения сверкающим водопадом стекла струилась гигантская люстра. Она была включена – серое небо нагоняло мрак и портило прекрасный вид на море. Эклектики помещению добавляло уже знакомое мне готическое кресло, чужеродное, как обломок кораблекрушения. Но планшета мадам нигде не видно. Похоже, хозяйка отличается завидной аккуратностью – личных вещей на виду совсем немного. Чуть приподнимаюсь на цыпочки и пытаюсь угадать, что скрывается за приоткрытой дверью: спальня с огромной круглой кроватью под алым, как свежая кровь, покрывалом? Закуток с барной стойкой? Или ванная?

Сердце у меня подпрыгнуло к самой ямочке между ключиц – не сомневаюсь, что там стоит громадная ванна с зеркальным потолком и мраморной облицовкой. Холодный камень с серыми разводами, похожими на веточки лишайника.

Появилась, отодвинув полупрозрачную перегородку, и улыбнулась мне, нисколько не заботясь о естественности. Ее губы были подчеркнуты пронзительно-алой помадой, но в самом лице нет ничего примечательного или запоминающегося. В руках мадам Дюваль держала жилет из полярной лисы – какое безобразие, что это обреченное гламурными тварями на смерть животное до сих пор не внесено в перечень охраняемых видов! Но сегодня я не могу отвлекаться от своих целей.

– Огромное спасибо за книгу, мадам Дюваль! Цветы тоже чудесные. Смотрите, я их сфотографировала, – вынимаю планшет (он на последнем электрическом издыхании), демонстрирую ей снимок.

– Да, очень мило. – Ее четко прорисованная бровь вздрогнула. – Вы тоже очень милая, с такими наивными веснушками.

– Спасибо! – я улыбнулась во весь рот, как Джокер. Надеюсь, вышло достаточно глупо. – Ой, у вас такой жилет – это Гуччи?

– Нет, Фэнди.

– Давайте я вас сфотографирую в нем? Великолепно смотрится в таком интерьере!

Старая добрая лесть еще никогда и никого не подводила. Мадам набросила жилетку, надвинула шляпу на самые глаза, вручила мне свой планшет и эффектно устроилась на поручне кресла. Потом принялась глубоко изгибаться на фоне люстры, почему-то я подумала, что она бывшая циркачка или гимнастка. Действительно, чтобы избить взрослого, спортивного мужика хлыстом до первой крови требуется сильная рука и определенный навык. У нее крепкие пальцы и тренированные мышцы, это заметно даже через облегающий черный свитер. Я посоветовала:

– Одевайтесь теплее на экскурсию, погода грозит испортиться.

– Хорошо, – она заглянула за перегородку, видимо, перебирает гардероб.

– Я пойду, до свидания, – чуть подрагивающими пальцами кладу свой планшет на столик и уношу с собою ее.

– Да-да. До свидания!