Стенка на стенку - Евгений Сухов

— недоверчиво посмотрел Красный на гостя. — Если так, то я могу что-нибудь эксклюзивное организовать. Ты только не стесняйся, скажи. За хорошие бабки целку приведу!

— Я непривередлив, — хмыкнул Филат. Он вспомнил, как несколько дней назад вызвал себе домой девку. Если кто и кумекает в сексе, так это опытные проститутки! И он почувствовал дрожь, как будто ощутил прикосновение прохладных девичьих пальцев к своему телу.

— Ну и молодец! — не без удовольствия отрезал смотрящий. — Тебя, брат, ждет ночь любви, какие бывали в этом городе только у Петра Великого!

У Красного явно была заранее заготовлена для гостя какая-то забористая шоу-программа, может быть, стриптиз-балет, а может, и еще что покруче, но Филату после утомительной дороги страшно хотелось спать и он уже не чаял донести отяжелевшую голову до подушки. Да, видать. Красный так просто от него не отвяжется, пока не продемонстрирует питерское радушие в полном блеске…

Они все еще стояли в просторном вестибюле отеля и, видно, кого-то ждали.

К ним из бокового коридора вышла тонкая высокая девица в черном костюме-тройке.

Наверное, администраторша.

Красный приветливо ей кивнул.

— Светочка! Здравствуй, родная моя! Ты все хорошеешь! Ну-ка найди моему гостю лучшую комнату.

Филат украдкой оглядывался по сторонам. Все здесь выглядело респектабельно и благопристойно. С потолка свисала тяжелая бронзовая люстра в виде виноградной грозди, окна были занавешены тяжелыми плюшевыми портьерами. По углам пустого вестибюля дежурили крепкие парни, одетые под кабацких половых начала двадцатого века. Здешний интерьер больше напоминал не отель, а особняк какого-нибудь придворного вельможи.

— Ой, господи, да такого гостя я бы и сама не прочь обслужить! — Навстречу Филату вышла высокая брюнетка лет тридцати пяти. — Да только я ему не подойду, твои гости, Лешенька, все на молодых посматривают.

— Это и есть наша сестра-хозяйка Лариса Ивановна. — Красный хлопнул даму пониже спины, и Филат без труда догадался, что с этой дамой у него отношения несколько более тесные, чем просто приятельские. — Если бы не ее старания, Филат, то наша жизнь выглядела бы просто убогой. А может, ты, Лариса, и в самом деле нашего гостя обслужишь? Ведь лучше тебя этого никто не сделает. А он у себя в Москве расскажет, что мы гостей принимаем по высшему разряду! Сам-то что скажешь, Филат?

Филат усмехнулся:

— Ларису Ивановну не хочу обидеть. Но мне бы что-нибудь попроще. После дороги чувствую себя не особенно свежо.

— Понимаю, — отвечала Лариса Ивановна. Видно ей доплачивали еще за то, чтобы она не обижалась. — Для такого случая вам подойдет Глашенька. Вы не смотрите, что она молоденькая — девушка сумеет сделать все, что нужно. Главное, не стесняйтесь, будьте с ней поласковее. — Было видно, что работа доставляет ей удовольствие и разговаривать на пикантные темы для нее так же естественно, как уличной собачонке справлять нужду под забором. — Игорь, — обратилась «мадам» к высокому парню, которому больше подошла бы роль центрового в баскетбольной команде. — Отведи нашего уважаемого гостя в седьмой номер и приведи ему Глашеньку.

У самого порога, скрывая неловкость, топтались Данила с Глебом. По их лицам было ясно, что и они совсем не прочь отведать хваленых питерских деликатесов, но пока не знают, что же им следует предпринять: отправиться на поиски добычи или терпеливо дожидаться патрона.

— У меня к вам просьба, — заметил Филат. — Позаботьтесь о том, чтобы мои друзья не скучали.

— Не беспокойтесь, с нашими девочками заскучать невозможно! — весело ответила Лариса Ивановна.

— Прошу вас! — Великан повел Филата по длинному коридору с зеркальными стенами.

Обернувшись, Филат заметил, как Красный приобнял за талию двух подошедших девиц и уверенно увел их в соседнюю комнату.

Миновав зеркальный коридор, Филат оказался в просторной комнате, где шторы, скатерти и даже посуда, расставленная на круглом столе, были болотно-зеленого цвета. Филат совсем бы не удивился, если бы почувствовал здесь застойный смрад болота, однако в воздухе витали сладкие эротические ароматы.

Филат извлек из кармана пачку сигарет, чиркнул зажигалкой и смачно затянулся.

Ему стало легче, он опустился в мягкое кресло, которое поглотило его целиком, и стал ждать. Сейчас его взору должна была предстать царевна-лягушка со стрелой в лапке…

И она появилась. Девушка была в легком прозрачном пеньюаре, через который просвечивало молодое гибкое тело. Но вместо волшебной стрелы она держала в руках небольшой поднос, на котором стояла запотевшая бутылка шампанского и два высоких бокала. На мгновение Филат и вправду ощутил себя Иваном-царевичем, готовым броситься искать по углам лягушачью кожу.

Девушка прошлась по комнате. В полупрозрачном одеянии она чувствовала себя так же уверенно, как светская дама в вечернем платье.

— Как тебя зовут? — спросил Филат, когда она опустилась в кресло напротив него и из-под дымчатой ткани показалась крепкая полноватая ляжка. — Ах, да, Глашенька! Мне так кажется, тебе больше подошло бы какое-нибудь сказочное имя.

— Например? — девушка охотно подхватила игру.

— Ну, скажем, Елена Прекрасная, — в тон ей отвечал Филат.

Глашенька восторженно захлопала ресницами.

— Как это замечательно, мне никто никогда не делал такого комплимента!

Присмотревшись, Филат понял, что его гостья совсем молоденькая, если не сказать юная. Если бы не губы, раскрашенные в ярко-вишневый цвет, она могла бы вполне сойти за восьмиклассницу.

— А если бы ты не была Еленой Прекрасной, я мог бы подумать, что ты сбежала из гарема какого-нибудь султана.

Девушка заливисто рассмеялась.

— Если я откуда-то и сбежала, так только из хореографического училища.

Мне было там так не интересно! — Она капризно наморщила губы. — От упражнений на этих дурацких станках у меня все время болело вот здесь. — И Глашенька невинно погладила ладонью в паху. — А потом от прыжков очень кружится голова.

Девушка говорила так, как будто они были давно знакомы, даже тон ее был какой-то доверительно-интимный. Словно встретились старые друзья и решили в легкой болтовне провести время.

— И много здесь у вас девушек из хореографического училища? — так же по-приятельски поинтересовался Филат.

— Хватает! — В этот раз ответ прозвучал несколько скромнее.

Глазки потуплены, ресницы прикрыты, Филат готов был бы поверить в то, что перед ним невинная школьница, если бы не вызывающе голое тело и откровенная поза: ноги широко расставлены, грудь навыкат…

Оставалось только гадать, откуда у нее такая неподдельная искренность — то ли знак профессионализма, то ли врожденное качество. Филат нисколько бы не удивился, если б девушка начала рассказывать о том, какой она выдержала серьезный вступительный экзамен, прежде чем попасть в этот «отель». Но неожиданно она поинтересовалась: