Лунатик исчезает в полночь - Дарья Донцова

Я всмотрелась в лицо незнакомки. Это Филипп? Корсаков опять сменил образ? Снова использовал свою чудо-маску? Глаза быстро пробежались по фигуре женщины, взгляд наткнулся на кривые пальцы ног, торчащие из вьетнамок. Стало понятно, что сия дама никогда не делала педикюр, и размер у нее тридцать шестой, не больше. Филипп мог изменить лицо, фигуру, но вот длину ступни вряд ли.

— Чаво молчишь? — нахмурилась тетка. — Зачем приперлась?

— Позовите, пожалуйста, Андрея Сергеевича, — попросила я. И услышала вопрос:

— Кого?

Я пустилась в объяснения:

— Андрея Сергеевича Попова. Полный лысый мужчина лет пятидесяти пяти, он здесь живет.

— Зинка! — неожиданно завизжала баба.

— Погоди, я в туалете сижу, — ответили из глубины квартиры.

— Иди скорей сюда! Кто такой Попов?

Раздался шум спускаемой воды, и я увидела еще одну очаровашку в байковом халате, которая спросила:

— Ты о чем, Рита?

Первая тетка показала на меня пальцем.

— Вот глянь, ищет какого-то Алексея, говорит, что он у нас живет.

— Андрея, — поправила я. — Я хочу видеть Андрея Сергеевича Попова.

Зина оттеснила Риту в сторону.

— Девушка, вы ошиблись адресом. Здесь прописаны мы с сестрой, более никого.

— Можно жить и без регистрации. Я была в гостях у Попова, он меня на кухне чаем угощал, могу цвет мебели назвать — бежевый.

Бабы переглянулись.

— Зин, чего она говорит-то? — протянула Рита.

— Не волнуйся, — начала успокаивать сестру Зинаида, потом обратилась ко мне: — Мы приехали час назад из аэропорта, летали в Турцию, отпуск на море проводили. Мужей у нас нет, братьев тоже. Двушку перед отъездом заперли, ключи с собой взяли. Вы, наверное, корпус перепутали, их с таким номером несколько.

— Мне крайне нужен Попов, — сказала я. — Если он придет, передайте, что его ищет старая знакомая с голубым яблоком на шее и что у нее неприятности.

Зина заулыбалась.

— Конечно. Не переживайте. Непременно скажем.

Затем она захлопнула створку, а я осталась стоять на лестничной клетке.

— Зин, че девка хотела-то? — раздался за дверью голос Риты. — И че за яблоко у нее? Яблоки че, голубые бывают?

— Забудь, сумасшедшая какая-то, — ответила сестра. — Психов теперь без ихнего согласия в дурку не сажают, вот они и бродят по городу. Голубой фрукт у ней заместо мозга.

— Зин, а вдруг тут, пока мы в отпуске были, кто-то жил? — не успокаивалась Рита. — Тайком вошел и устроился.

— Дурь тебе в голову залетела, иди конфетку съешь и чаю выпей, — посоветовала Зина. — Как человеку без нас внутрь попасть? Ключи только у нас имеются. Девка или психованная, или корпус перепутала.

Я тяжело вздохнула и пошла по лестнице вниз, испытывая острое желание зарыдать. Николай Михайлович и Вадим Олегович уехали в отпуск, Филипп, как всегда, подевался не пойми куда и неизвестно, когда он снова появится в моей жизни. Кто мне поможет?

Глотая слезы, я спустилась на первый этаж, вышла во двор, села в машину, достала из бардачка пачку бумажных салфеток, приготовилась отчаянно зареветь и случайно увидела свое отражение в зеркале. Боже! Ну и вид! Тушь с ресниц стекла, под глазами образовались черные круги, блеск на губах размазался, волосы напоминают гнездо, в котором подрались бегемоты…

Забыв о слезах, я спешно начала приводить себя в порядок. И тут зазвонил телефон — меня разыскивал Роман.

— Привет. Как дела? Чем ты занимаешься? — скороговоркой произнес Звягин.

На секунду я заколебалась. Владелец фирмы «Бак» мой хороший друг. Так может, рассказать ему историю про Морозову, попросить у шефа помощи?

— Ау, слышишь меня? — чуть повысил голос босс.

— Извини, еду по городу, связь дырявая, — ответила я, продолжая размышлять, что делать.

— Помнишь, вчера я просил тебя взять в практикантки сестру моего приятеля? — продолжал Роман.

— Да, пусть обращается, — вздохнула я. — Может прямо сейчас звякнуть. У меня сегодня клиентка. Возьму с собой твою протеже, сразу начнет учиться.

— Она пыталась с тобой связаться, но не получилось, — пояснил Звягин. — Звякни ей сама, сейчас номер скину.

— Ладно, — без особой охоты согласилась я.

— Очень тебе благодарен, — обрадовался Роман. — Подопечную зовут Миранда.

— Необычненько, — использовала я любимое словечко Несси и соединилась с девушкой.

— «Любовь не знает грани-и-иц, она всегда-а-а с тобой», — запела трубка. Затем раздался почему-то знакомый голос: — Алло!

— Здравствуйте, вас по просьбе Романа Звягина беспокоит директор по макияжу фирмы «Бак» Степанида Козлова.

— Вау! — завопила Миранда. — Слушайте, по вашему номеру недавно какая-то чучундра тупая отвечала, ни фигашечки не понимала. Я зову вас, она не подзывает, отсоединяется. Можно уже сегодня начать учиться? Очень хочется!

Я попыталась остановить поток слов.

— Миранда…

— Брат сердится, что я никак на работу не устроюсь, — частила девушка. — Знаете, не хочется в офисе кофе пить, я мечтаю о творческой работе, но Костя рожи корчил, когда про мое желание научиться макияжу слышал. Его просто трясло! Прямо искры от брата летели! Фррр… — в разные стороны шибали. Знаете, что от некоторых людей молнии бьют? Вот такой мой братик. Он меня на пятнадцать лет старше и ведет себя, как отец.

— Миранда! — громко позвала я.

— Ой! Я слишком много говорю? — испугалась собеседница. — Молчу, как лягушка.

— Лягушки квакают, — невесть зачем поправила я, — молчат рыбы.

— Ой! Точно! Я прикусила язык, как лосось.

— Записывайте адрес, — велела я. — Вам надо приехать к указанному дому через полтора часа. Запомнили?

— Агашечки, — подтвердила Миранда. — Только вы номер квартиры не сообщили.

— Он вам не нужен.

— Вау! Будем работать в подъезде?

Мне расхотелось иметь дело с этой девицей. Если человек, ни разу не увидев вас, начинает ехидничать, ничего хорошего из общения с ним не получится. И мне совершенно не нужна ученица. Не имею ни малейшего желания тратить время, натаскивая новичка, при «Баке» есть курсы визажистов, нужно посоветовать Миранде записаться туда. Но, к сожалению, я не могу отправить девчонку лесом, за нее просил Роман, придется налаживать контакт.

— Ждите меня у подъезда.

— Агашечки. Подскажите, как одеться, чтобы не опозорить фирму «Бак»? — прочирикала протеже Звягина.

— Подойдет любой повседневный наряд, — ответила я. — Но, пожалуйста, никакого парфюма.