Покой и не снится - Марина Серова

— Подожди, Антон, — я догнала его в коридоре. — Какая тебе разница, чья я племянница? Что с тобой?

Он резко остановился и посмотрел мне в глаза.

— Ты ведь с самого начала разыгрывала меня. Не так ли?

— А если и так, то что? — дерзко парировала я.

В первую минуту он растерялся, а затем спросил:

— Почему ты сразу не сказала, что его племянница?

— Да что это меняет?

— Все. Это все меняет. Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

Алябьев снова устремился прочь.

— Но почему? — крикнула я вдогонку.

— Почему? — он почти бегом вернулся обратно и приблизился ко мне вплотную. — Ты хочешь знать почему? Так я объясню тебе. Пару минут назад ты сказала, что твой дядя очень ценит меня? Считает перспективным хирургом? Так? Так вот на самом деле ни хрена он меня не ценит. Думает, я сопляк желторотый, а он гений. Твой дядя такой человек. Он ко всем так относится. Послушаешь его, так получается, что никто не достоин зваться хирургом, кроме его светлости господина Решетникова. С утра до вечера всех поучает, шагу без его ведома не дает ступить. А ты… ты его племянница. Не скрою, ты мне очень понравилась, но я лучше вырву сердце из груди, чем заимею такого родственника, как Решетников. Не хватало еще выслушивать от него советы, как вести себя в первую брачную ночь.

— Кажется, речь о свадьбе у нас не заходила, — попыталась перевести все в шутку.

— Это я к слову, — отмахнулся Алябьев и вновь засобирался уйти, но я схватила его за руку.

— Да постой же ты! Нельзя быть таким нервным.

— Нельзя, — усмехнулся Антон. — Так, может, объяснишь мне, зачем ломала комедию с ногой?

— Ну, я не совсем придурялась. Сначала ты и впрямь наступил мне на ногу. А потом… Потом понравился, и мне захотелось познакомиться поближе.

— Все ты врешь, — подвел черту Алябьев.

— Не вру. И что касается дяди Саши, то тут ты тоже ошибаешься.

— Почему же? — заинтересовался он.

— Дядя Саша не такой. Он просто радеет за честь клиники.

Неожиданно мы оба умолкли. Не знаю, о чем думал в этот момент Антон, а я размышляла над вопросом, стоит он ли за всеми покушениями на Александра Михайловича или не имеет к ним никакого отношения. Нельзя сказать, чтобы Алябьев мне нравился. Вообще не люблю щеголей и отношусь к ним специфически. Но почему-то в душе очень хотелось надеяться, что злоумышленник не он. Парень был правдив, я чувствовала. Мне показалось, все, что он говорил о Решетникове, было верно. Александр Михайлович вполне подходил под те определения, которыми не стесняясь сыпал Алябьев. Я осознавала это, несмотря на то что тот был моим клиентом.

— Послушай, какой смысл нам спорить о характере моего дяди? — я попыталась подписать мировую.

— Огромный смысл, — Антон снова завелся. И даже его чувства ко мне отошли на второй план. Сейчас в нем сидел только честолюбивый хирург. — Нашей клинике нужен другой главврач. И если он, как ты говоришь, радеет за честь «Виты-С», пусть подаст заявление об уходе.

— И кто же займет место главврача? — я тоже заразилась азартом спора. — Уж не ты ли?

— А хотя бы, — серьезно ответил он.

— А какую роль во всей этой истории играет Чиф? — выпалила я.

— Какой еще Чиф? — не понял он.

Профессиональным актером Алябьев не был, а потому я поняла, что о Чифе он действительно слышит впервые. Проверка не прошла. Вернее, прошла, но с отрицательным результатом. Однако я была этому рада.

— Кто такой Чиф? — повторил Антон.

— Не бери в голову, — отмахнулась я.

— Ты чокнутая, да? — он с опаской отошел от меня.

— Расслабься, Антон, — успокоила его. — С головой у меня все в порядке.

— А тогда что ж ты несешь какую-то чушь?

— Прости.

Он еще раз оглядел меня с ног до головы, махнул рукой и двинул прочь.