Совокупный грех - Сергей Зверев

— Александр, — назвался тот.

— Игорь, — сказал я в ответ свое имя.

Видимо, Александр был предупрежден о моем приходе, потому что он, ни слова не говоря, двинулся прочь из кухни. Мы с ним протиснулись мимо друг друга в дверях, и каждый пошел своей дорогой: Александр в глубь квартиры, я — к столу. На нем на тарелках были разложены сырная и колбасная нарезка, огурчики, помидорчики, печенье и конфеты. Конечно, не пироги зазнобы Легкова, но с голодухи пойдет…

Елена пригласила меня сесть за стол, стала потчевать. Я не отнекивался, после работы легкий ужин придется мне в самый раз. Попивая чай с бутербродами и печеньем, я повел с хозяйкой дома неспешный разговор.

— Вы не против, если буду называть вас Еленой без отчества? — предложил я.

Сидевшая напротив меня Данилина покрутила головой.

— Да нет, конечно, называйте.

— Вы тоже можете называть меня просто Игорем, — великодушно разрешил я и задал первый вопрос: — Давно вы в пятнадцатом доме в элитном поселке работаете?

Хозяйка квартиры положила руки с грубоватой кожей, явно привыкшие к домашней физической работе, на стол и сцепила пальцы в замок.

— Лет семь, наверное, — проговорила она после паузы, потребовавшейся ей, по-видимому, для того, чтобы высчитать стаж работы в доме элитного поселка. — Раньше на депутата работала, он дом продал Шумилиным, и я им по наследству, так сказать, и перешла.

Я отхлебнул чаю и отправил в рот ложечку варенья, тоже, кстати, клубничного, как и у Вероники, но варенье от Елены было вкуснее.

— И как работается у новых хозяев?

Данилина ответила не очень охотно, очевидно, не желала стучать на своих работодателей.

— Честно говоря, не очень. Старые хозяева больше платили. Да и таких проблем с кражами денег не было.

Поигрывая в руке чайной ложечкой, я спросил:

— Но вы-то, я надеюсь, не крали?

Лицо Елены приняло презрительное выражение.

— Мама с детства учила меня не брать чужие вещи, — заявила она, покривив рот. — Это может окончиться реальным сроком.

— Можете это доказать? — Я изучающе уставился на свою визави.

Она выдержала мой взгляд и твердо проговорила:

— Задавайте вопросы, я правдиво отвечу на любой.

Не играть же друг с другом в гляделки. Я опустил глаза первым.

— Я надеюсь, что вы скажете правду. Итак, где вы были двенадцатого февраля в четверг, скажем так, с пятнадцати тридцати до шестнадцати тридцати?

Елена взглянула недоверчиво.

— И что? Если я правдиво отвечу на этот вопрос, с меня снимут подозрения в краже?

Я улыбнулся: простодушие хозяйки квартиры умиляло меня.

— Нужно еще доказать, что вы в этот момент находились вне дома Шумилиных, потому что именно в это время была совершена кража.

Елена подперла рукой щеку, приняв позу мыслителя.

— Погодите-ка, дайте подумать… — Она с минуту размышляла, потом выдала ответ. — Я вспомнила. В тот день мне нужно было срочно на вторую работу. Нам с мужем приходится дочку и сына, студентов, поднимать на ноги, потому тружусь в двух местах — у Шумилиных и Новиковых, — словно оправдываясь за то, что приходится пахать в поте лица, сказала Елена. — Их дом уже в самой Балашихе. Хозяйка Новикова в тот день попросила помочь с проведением дня рождения у маленькой дочери… Так вот, я по-быстрому убралась у Шумилиных и уже в одиннадцать тридцать отправилась на вторую работу.

Елена замолчала, молчал и я. Наконец женщина догадалась, что от нее требуется.

— Господи, Игорь, — воскликнула она. — Я в этот день после обеда работала у Новиковых и никуда из их дома не отлучалась. Там меня видели и хозяйка, и нянечка, и хозяин. Я все время была у них на виду. Как я могла попасть в дом Шумилиных и совершить кражу? Да и видеонаблюдение там у них кругом.

— Есть способ обойти камеры видеонаблюдения, — вставил я. — Новиковы могут подтвердить ваши слова?

— Могут, конечно, но… — Елена запнулась. — Но я бы не хотела, чтобы вы встречались с моими работодателями и говорили о том, что меня подозревают в краже. Вы же понимаете, что после такой рекламы я дальше не смогу работать у Новиковых.

Конечно, я все понимал и постарался войти в положение женщины.

— А нянечка, о которой вы упомянули, может подтвердить ваше алиби? Надеюсь, разговор с нею не повредит вашему реноме?

— В общем-то, нет, — после секундного раздумья решительно промолвила Елена. — У меня с нянечкой хорошие отношения, она не настучит хозяевам, и разговор останется между нами.

— В таком случае я бы хотел с нею встретиться для беседы, — ухватился я тут же за возможность проверить правдивость слов собеседницы.

— А телефонный разговор с нею вас устроит? — с улыбкой стала торговаться Елена. — Зачем человека напрягать, да и вам самому напрягаться? Все люди занятые, лишнего времени на переговоры ни у кого нет, можно, наверное, уладить дела и по мобильнику.

Я развел руками:

— Почему бы и нет? Звоните!

Данилина встала, принесла из другой комнаты сотовый телефон и набрала номер. Пару минут она общалась со своей знакомой, потом передала трубку мне.

— Поговорите с нею, Игорь, — предложила она. — Светлана расскажет все, что от нее требуется.

Я приложил трубку к уху и стал задавать вопросы. Женщина с детским голоском отвечала на них твердо и обстоятельно и подтвердила, что в означенное время Лена находилась в доме Новиковых. Нянечка в четыре часа отправилась на прогулку с ребенком, а Данилина в это время оставалась дома наводить порядок к приходу гостей.

Я поблагодарил Светлану за ответы и передал телефон Елене.

— Если вам показаний нянечки мало, — отключая телефон и укладывая его на стол, сказала Елена, — то же самое может подтвердить охранник дома Новиковых. Но он еще тот фрукт, язык у него длинный, так что он запросто может разболтать хозяевам, что мною интересуются частные сыщики, да еще приврать для красного словца.

Я со стуком поставил пустую чашку из-под чая на стол.

— Нет, Лена, хватит показаний вашей подруги.

Честно говоря, я с самого начала расследования не верил, что деньги украла Елена. Сложно как-то для женщины сломать на трансформаторной будке замок, отключить рубильник, затем пробраться никем не замеченной в дом Шумилиных и совершить кражу. Хотя она могла выступить и в качестве наводчицы. Вдруг муж Елены электрик?.. Но нет! — отогнал я докучливую мысль. Если так рассуждать, то можно приплести к краже и дочь Данилиной, и ее сына. Не думаю, что эта семья станет затевать сложную комбинацию с похищением из-за пятисот тысяч. Миллионов пять было бы, дело другое. Не могла она совершить кражу, и точка. А проверял я ее ради очистки совести. Так что охранника и домработницу можно исключить из списка подозреваемых. Остается брат Шумилина Гена. Вот для него, пьющего человека, как раз таки пол-лимона сумма приличная. И ради нее он может пойти на многое. В том числе и на кражу денег у брата. Тем более что он особо ничем не рискует. Даже если я разоблачу Гену, родной брат его не посадит. Ладно, попробуем узнать о нем хоть что-то прямо сейчас.