Кровь как лимонад - Денис Воронин

— Завтра — поздно.

— Жека, да выкинь ты жмура за какими-нибудь гаражами. И всего делов-то. Чего ты как маленький? Или подожди, может, его кто-то просто потерял. Сейчас даст объявление по телевизору в маршрутке. Вознаграждение получишь — приходи. Бухнем… — Олег заржал над своей шуткой. — Ладно, мне пора. Если что — звони завтра. Но не с самого утра.

Жека убрал айфон.

— У вас на территории можно его закопать? — спросил он у Темира.

— Нет, — покачал головой тот. — Тут же люди живут, дети играют-гуляют. Вывези с «Треугольника», брось в Обводный канал.

Жека с досадой посмотрел на него:

— Ты так говоришь, будто делал это десятки раз.

— Ну конечно. Убил всех таджиков, которым не нравился ВИА «Ялла», — ответил бригадир.

Все-таки шутит?

— А если на охране попросят открыть багажник?

— Не попросят, они тут сытые, ленивые. Ну а если попросят, одним телом больше — одним меньше, — Темир улыбнулся в бороду и встал, чтобы налить себе еще одну — наверно, десятую по счету — чашку чая.

Жека разозлился. Кругом одни остряки и юмористы. Сказал с досадой.

— Темир, тут серьезное дело, а ты веселишься, будто я тут клоун с дрессированными шариками… Твой племянник поможет мне?

Темир повернулся к Эргашу и что-то коротко произнес по-узбекски. Тот закивал, сказал скайпу:

— Хайр![18]— и закрыл ноутбук.

Жека спросил у бригадира:

— Где ключи от «лексуса»?

— Извини, Жека-джан. Ключи дать не могу. «Лексик» уже не твой. Я сказал Аббасу, что он у нас. Я за него отвечаю. Его хотят забрать завтра. А вдруг с ним сейчас что случится? Схватят тебя, к примеру.

Жека подумал, что сейчас это — самый вероятный конец истории.

— И что мне делать?

— А никаких проблем. Перегрузи в свой «опель».

Твою же мать.

Спускаясь на первый этаж бокса, Жека думал о том, как получилось так, что в багажнике машины, которую он должен был угнать в определенный день и час, лежал труп. Знал об этом Аббас? Или это — совпадение? Не смешно. Тогда что он тут делает? Как бы там ни было, утром он позвонит Аббасу, все выяснит. Возможно.

Загнав «опель» в бокс, он поставил машину рядом с «лексусом». Эргаш открыл багажник «немца». Жека подошел и снова увидел тело кавказца. Глаз на той половине лица, которую можно было видеть, приоткрылся, отчего мертвый человек выглядел еще и печальным. Эргаш бесцеремонно потянул его за ноги и вопросительно взглянул на Жеку.

— Ну же, Жека-джан. Одна рука хлопкане сделает. Хватай-тащи, да?

Жека заставил себя прикоснуться к кистям кавказца. Они были прохладными и какими-то твердыми — как шар в боулинге. Чтобы не трогать их, Жека схватился за рукава куртки убитого. Вдвоем они вытащили труп из багажника «лексуса». Господи, бля, Иисусе. И это Эргаш назвал дыркой? Живот мертвеца был вспорот от грудной клетки до паха. Через прореху на рубашке и сквозь разошедшиеся мягкие ткани Жека увидел что-то темно-красное, почему-то отливающее блестящей синевой. Так выглядит, если ее потрясти перед тем, как открыть, банка с взятыми на рыбалку червями. К Жекиному горлу поднялась муть. Кавказец был невысоким и худым, но очень тяжелым. Когда, кряхтя от взятого веса, подтащили его к «опелю», Жека не сумел удержать тело, выпустив сначала один рукав, через секунду — второй. Мертвый кавказец с противным чмокающим стуком ударился головой о бетонный пол. В ране на животе что-то всхлипнуло. Жеку чуть не вытошнило. Он отвернулся, переводя дух. Эргаш, бросив ноги убитого, присел над ними.

— Ботинки какие! — восхищенно потрогал он светлые кожаные мокасины, надетые на ноги кавказца. — Тебе не нужны?

— Хочешь их забрать? — спросил Жека.

— Слушай, он ведь ходить уже не будет, да? Зачем хорошие вещи пропадать будут? Халат — того, кто его надел, конь — того, кто на него сел… Э, что такое? Никак не снять. Помоги, Жека-джан.

— Пошел ты к черту, мародер.

— Зачем говоришь так, да? Ты, наверное, сам хотел ботинки забрать? Хитрый ты, Жека. Шайтан, да? У тебя ведь есть, а я брату в Душанбе отвезу, он рад будет… Не слезают. Сейчас отвертку возьму, поддену.

Сверху раздался громкий голос Темира, по-узбекски заругавшегося на своего племянника.

— Вах, не повезло! — покачал головой Эргаш. — Хватай-тащи, Жека.

Они подняли тело и перекинули его в багажник «астры». Мимо просвистела мертвая рука с волосатым запястьем, чуть не ударив Жеку по лицу. Эргаш принялся сноровисто приминать труп, чтобы закрылся багажник.

— Жека-джан, скажи, пожалуйста, — вдруг оставив свое занятие, обернулся он, — какие в Питере хорошие клубы, чтобы дискотеки там, туда-сюда, понимаешь? — и стал дальше прессовать тело.

Жека даже не удивился. Все происходящее напоминало ему «Pulp Fiction». Двое заталкивают в машину убитого человека, попутно обсуждая свежие музыкальные новости, религию и список покупок в гипермаркете.

— Клубы? — переспросил он.

Эргаш даже прекратил свое занятие, его лицо выражало неподдельный интерес.

— Только не клуб «Метро» и все такое. Был там один раз, не понравилось. Знаешь, музыка там такая-никакая, девушки все пьяные как «Охота крепкое», да? Смеются, обзываются, понимаешь? Корана не знают.

— Музыка какая нужна?

— Ну, инди-шминди, понимаешь? Чтоб эпатаж, да? Ну, певец вроде Шуры, да? Или певица. Вроде «Xiu Xiu» или «Scissor Sisters». И девушки, чтоб такие симпатичные, да? Не узбечки, да? И толерантные чтоб.

Жека повел плечами.

— В клуб «Порт» тебе надо.

— «Порт»? Не знаю такого, слушай. Где он?

— Прямо у Исаакиевского, найдешь.

— Найду-найду, — закивал Эргаш. — В Яндексе найду. Слушай, кто у них там сидит в Яндексе — все знает. Много читает, наверное, да? Спасибо, Жека-джан.

— Пожалуйста, — кивнул Жека, промолчав, что «Порт» закрылся много лет назад. Охренеть — узбеки, слушающие «Scissor Sisters». Куда катится мир? И тело кавказца со вспоротым животом в его «астре» — из той же оперы.

— Нужен груз, Эргаш, чтобы утопить тело. И веревка.

— Слушай, сейчас все найдем, — кивнул узбек и скрылся в подсобке. — Держи, Жека! — кинул ему моток стальной проволоки.

Потом, сопя, вынес древний осциллограф.

— Что это?

— Груз, слушай. Давно стоит, выкинуть жалко было. Теперь пригодился, да? И выкину, вроде как. Два зайца в одном, слушай. Не беспокойся, Жека. Утонет как водолаз, да? Отойди скорее! Тяжело!

Эргаш опустил ящик осциллографа на грудь кавказца, покачал головой, прокомментировав: «Не поместится, да?» и передвинул его на лицо.