Кровь как лимонад - Денис Воронин

— Ты что делаешь?

— Э, а что? Ему не больно, да? — Эргаш хлопнул крышкой багажника.

— Все? Едем? — спросил Жека.

— Подожди пять минут, — попросил Эргаш. — Переоденусь.

— Зачем?

— Э… Выкинем его, я сразу в клуб поеду, сегодня в «Фиделе» веселушка, да? Там охранник знакомый — мы ему машину делали. Должен пустить, слушай.

— В «Фидель»? Когда? Сейчас?

— Так рано еще, час ночи, все только начинается. Подкинешь на тачке? Тут недалеко.

Жека устало кивнул:

— Подкину.

— Я сейчас, да? Жека, ты какой-то грустный сегодня. Почему так? — Эргаш участливо положил руку ему на плечо, заглянул в глаза. — Пойдем в «Фидель», танцы-шманцы, черный «баккарди» с колой-шмолой, «ягер». Отдохнешь, повеселишься.

— Эргаш, мне вот интересно, тебя совсем не напрягает ситуация?

— А чего? Не мы же замесили его, да? Зачем нервничать? Насилие — это камень, брошенный в воду, да? От него круги расходятся, волны — так ты не греби, а качайся на этих волнах. Так — плюх-плюх.

— Ты, бля, еще серфингом займись, — сказал Жека и сел в машину. — Ментам что будешь говорить, когда повяжут с трупом? Про волны? Давай, жду тебя.

Скверная история. Откуда же взялся этот кавказец? Кто убил его? И каким боком он, Жека, влип во все это? Кофеиновый барьер (три чашки зеленого чая, выпитые с Темиром) между ним и реальным миром не давал сосредоточиться, мысли скакали, путались и обрывались. Он не заметил, как вышел Эргаш, одетый в явно фэйковые джинсы «D&G» и куртку с надписью на спине «Idiot Inc.». На голове у него была смешно на нем выглядевшая клетчатая шляпа. Жека не удержался и спросил:

— Ты, смотрю, не ортодоксальный мусульманин. Тюбетейку не носишь.

— Хотел купить, — развел руками узбекский хипстер. — Да их нет в «H&M», слушай. В «Jack-ака and Jones-ака» тоже смотрел — нету. У тебя ведь айфон, я видел. Сфоткай меня на аватарку, да?

— Тебя с трупом или как? Поехали давай!

— Не ругайся, Жека-джан! Сейчас, только в хожатхону схожу. А то… Как это? Полный член воды.

Узбек открыл ворота бокса. Жека выехал на улицу, где было темно и, кажется, холодно, и притормозил, ожидая Эргаша. Тот отошел за угол и, пристроившись к стене, стал делать свое дело. Хожатхона, покачал головой Жека.

Медленно, освещая фарами выбоины, они подъехали к шлагбауму. Из будки появился охранник.

— Не спится? — зевая, спросил он.

— Да, мы совы вроде как. Ночью гуляем, потом дрыхнем до обеда, — ответил Жека.

— В дупле дрыхнем, ага, — громко добавил Эргаш. — Хры-хры.

— Сигареты не найдется, совы?

— Не курю, — ответил Жека.

— Насвай будешь? — перегнулся через Жеку Эргаш.

— Нет, — страж сплюнул. — А в багажнике что?

Жека встретился взглядом с сонными глазами охранника.

— Труп, — сказал он. — Будешь смотреть?

Эргаш рядом шумно выдохнул.

— А чего его смотреть? — махнул рукой страж. — Накладная на труп есть? Значит, все в порядке…

Жека тронулся под не до конца поднятый шлагбаум.

— А пропуск? — напомнил охранник.

Эргаш снова нагнулся к окну водителя.

— Вот пропуск, — сказал он, протягивая бумажный квиток с печатью. — ООО «Винтик-Шпунтик».

— А ты кто? — спросил охранник, принимая пропуск. — Винтик или Шпунтик?

— Я Эргаш, да? А Винтик — Шпунтик — это автосервис, я там работаю.

Охранник махнул рукой:

— Проезжайте.

Жека выехал на набережную.

— Ты зачем ему сказал, что мы труп везем? — повернулся к нему Эргаш.

— Чтобы нас пропустили. Это называется сарказм, — ответил Жека и добавил. — Спроси у Яндекса.

— Э, слушай, я знаю. Дедушка из Коканда умер от сарказма. Плохая болячка, да?

— Вроде того… Куда ехать?

— Вперед метров двести, там будет мостик. Скинем с него.

Затормозил, включил «аварийку», вышли из машины. Тишина. Полная луна дрожаще-серебристого цвета. Зловещие темные силуэты промышленных зданий с обеих сторон Обводного. Кровавый отблеск моргающих аварийных огней «опеля». Обстановочка, подумалось Жеке. Не хватает только каркающих во тьме воронов.

Вдвоем вытащили осциллограф из багажника и доволокли до моста.

— Уф-ф-ф…Тяжелый, мать его.

Внизу, на поверхности черной воды, Жека увидел какое-то движение.

— Что там, да?

Ответом на вопрос Эргаша раздался звук, похожий на дабстеповую «пилу».

— Утки, да? Жека-джан, может, поймаем, у нас пожарим с яблоками, да? Вроде как айпэд у Стивен-Джобс-ака, да? Только съедобный.

— Где ты сейчас яблоки посреди ночи возьмешь?

— До «Ленты» сгоняем, слушай. Одна нога здесь, другая — тоже здесь.

— Ты же в «Фидель» собирался.

— Утку поужинаем, поедем в клуб, да?

Жека вздохнул. Выкинуть труп из багажника прямо на проезжую часть и дать по газам.

Послышался приближающийся шум. По другой стороне набережной со стороны Балтийского вокзала пролетела тачка с прогоревшим глушителем.

— Э, шайтан, да? Всех уток распугал! Ладно, завтра приду сюда. Наловлю.

Проводив взглядом габаритные огни, Жека посмотрел на Эргаша.

— Пойдем, дружище.

Рукав куртки убитого, за который его Жека вытаскивал из «лексуса», видимо, при перегрузке из багажника в багажник, испачкался в запекшейся крови. Прикасаться к нему Жека не хотел. Сделав над собой усилие, он взялся было за руки мертвого человека, но тут же удивленно отпрянул. Что-то было не так у него с левой рукой. Жека пригляделся. У кавказца отсутствовал мизинец.

— Ты что ли вместе с кольцом каким-то отрезал? — спросил он у Эргаша.

Тот затряс, замотал головой.

— Может, у него всегда было четыре пальца, — предположил он. — Ну, как у Гомер-Симпсон-джана.

— Да конечно, — кивнул Жека, продолжая разглядывать руку кавказца. Кажется, он потерял палец давно. — Ладно, вытаскиваем. Пальцем больше — пальцем меньше.

Операция по извлечению тела из машины заняла три минуты. Закряхтевший Эргаш проговорил:

— Ох, нелегкая это работа — из болота тащить бегемота-джан. А интересно, бегемот-джан вкусный? Ты не знаешь, Жека-джан?

Они опустили труп на середине моста. Жека свел ноги мертвеца вместе, а Эргаш принялся обматывать их проволокой.

— Как мы перекинем его через ограждение вместе с осциллографом? — спросил Жека. — Не поднимем ведь.