Гетера с лимонами - Дарья Калинина

– Когда я квартиру у нее убирала, Люда у меня прямо-таки над душой стояла. Каждую пылинку мне указывала, в каждую соринку носом тыкала. Вот я и подумала: ох, врешь ты, голубушка! Не с твоим-то характером постороннего мужика, пусть даже и соседа, одного в помещении оставить хоть на минуту. Ты бы уж ему всю кровь выпила. И за каждым его движением бы проследила. Нет уж, не заметить, что он забыл у нее зажигалку, Люда точно не могла.

Тетя Надя давно ушла спать, а подруги все сидели и думали: как бы вывести на чистую воду мать Катерины? Найденная у нее в квартире зажигалка необычайно встревожила их.

– Нужно найти хозяина этой вещицы. Позарез!

– И как это сделать?

– Во-первых, нужно будет обойти всех ее соседей и расспросить про умельца, который чинил ей выключатель.

– А во-вторых?

– Во-вторых, надо раздобыть фотографию Кирилла. И показать ее тем же соседям. Вдруг кто-нибудь из них возьмет да и вспомнит, что видел этого парня в подъезде.

– Ага, ты еще скажи, видел в квартире Людмилы Ильиничны. И вообще, где мы возьмем фото Кирилла? Это снова к его родителям ехать нужно.

– И поедем. Кроме того, еще раз потолкуем со стариками.

– О чем?

– О жизни. И главное – расспросим их поподробнее про этого Влада. Очень уж мне его рожа не понравилась.

Инне физиономия Влада тоже не понравилась. Поэтому она план подруги одобрила и отправилась к себе домой. А Мариша провела остаток вечера, набирая номер своего любимого мужа. Однако Смайл постоянно был недоступен.

– Конечно, – вздыхала Мариша, – небось, в этом Конго повстанцы все телефонные станции разгромили. Или их там вовсе никогда не было.

И тут же в душе шевельнулся червячок подозрения. Как же не было? А как тогда Смайл звонил ей? И слышимость, пока связь не прервалась, была вполне приличная. Так почему же теперь он ей не звонит? И она, что характерно, тоже до него дозвониться не может.

На следующее утро Мариша вручила своей тете Наде обещанный комплект белья. Узнав, что сегодня дражайшая тетечка уже присмотрела себе чудесную хрустальную вазу в соседнем магазине, она со вздохом пообещала вымогательнице новый презент.

– Не перепутай, Маришенька, – напутствовала ее тетя Надя. – Такая хорошенькая, с золотыми лепесточками.

– Да, поняла.

– А сами цветочки, что на боку у вазочки нарисованы, – малиновые, с белой сердцевинкой.

– И это поняла.

– А по краю – золотая каемочка.

– Усвоила.

– Стоит три с половиной тысячи рублей. Со скидочкой триста пятьдесят.

Ни фига себе! Вот это вазочка! Когда Мариша обещала вазу, она думала, что речь идет о ерундовой покупке. Максимум рублей пятьсот. А тут – три тысячи! Ну и ну! Но вслух Мариша этого не сказала. Не дай бог обидеть тетю Надю. Как же они тогда будут осведомляться о том, что происходит в доме Людмилы Ильиничны и ее дочери?

В общем, Мариша пообещала вазу. И лишь после этого ей удалось отправить тетю Надю на боевое дежурство к матери Катерины. Сами же подруги поехали к родителям Кирилла. И уже в дороге их настиг звонок Евдокима.

– Хотите новость? – выпалил он в трубку. И тут же, не дожидаясь ответа, прокричал: – Менты нашли его!

– Кого? – воскликнула Мариша. – Убийцу Кирилла?

– Ага! Счас! Прямо разбежались и прыгнули!

– А кого же они тогда нашли?

– Твоего парня!

На мгновение Марише стало дурно, она представила, что менты нашли ее дорогого и любимого Смайла. А кого же еще? Других парней у нее сто лет уже не было.

– Того, из клетки с шакалами! – прокричал Евдоким и тем самым спас Маришу от сердечного приступа.

– Тьфу ты… – с облегчением выдохнула она. – А чего же его искать? Он что, у них из морга куда-то убежал?

– Придумаете же такое… Как он мог убежать? Он ведь труп!

– А где они его нашли?

– В Костроме.

Подруги молча переглянулись.

– Где-где?

– В Костроме.

– А что… Что он там делал?

– Не знаю я, – ответил Евдоким. – Жил он там, наверное. Родом был из Костромы, ясно? А в Питер на заработки приехал. Только в общежитие устроился, вещи распаковал – и исчез. Хотя мы-то с вами знаем, что не исчез, а убили его. Но тетка из общежития думала, что исчез. Заплачено у него вперед было. Так что пока деньги не кончились, она терпела, что вещи стоят, а жильца нету. А как деньги кончились, тревогу подняла. Вот и выяснили.

– Кошмар. И кто же он такой?

– Не знаю. Обычный парень. Сюда на стройке работать приехал. Каменщик. Сказал, что работу нашел. Хорошую.

– А как он в клетке с шакалами оказался, этот каменщик? Да еще голый…

Этого Евдоким не знал. Но пообещал: как только что-то выяснится, перезвонит подругам.

– Ты знаешь что?.. Ты для начала адрес этого общежития для нас выясни! – напутствовала его Мариша.

– Выясню, – пообещал Евдоким и тут же спросил: – А вам зачем?

– Съездим туда. Потолкуем с этой теткой, которая первой нашего убитого хватилась. И имя его выясним.

Евдоким обещал, что непременно все выяснит. Но голос у него был какой-то неуверенный. Впрочем, ничего удивительного. Ведь дамский любимчик Леонид не стал скрывать от своего коллеги, что тот до сих пор на подозрении у ментов в связи с этими тремя убийствами. То есть менты полагали, что Евдоким и Кирилл, также убитый впоследствии злодеем Евдокимом, по ночам заманивали свои жертвы на территорию зоопарка. Зачем заманивали? Конечно же, с целью ограбления. А затем, так как оба были небольшого ума ребята, прятали трупы в клетках с животными.

Конечно, эта версия имела право на существование. И, конечно же, ментам было очень удобно свалить все на Евдокима. Мол, как только узнал, что возле клетки с Праймом камера стояла и Кирилл оказался заснятым на пленку, сразу же устранил сообщника, чтобы тот при допросе его не выдал.

– Потому что совершенно ясно: в убийствах замешан сотрудник зоопарка, – рассказывала своему любовнику лапочка Зоя. – Тот самый Кирилл. И получается, что последней жертвой, а также соучастником первых двух убийств является один и тот же человек – Кирилл. А вот от чьих рук пострадал сам Кирилл – это предстоить выяснить. На подозрении пока что все, с кем он общался. В том числе – сотрудники зоопарка.

Поэтому Евдоким, до ушей которого дошли эти слухи, чувствовал себя очень неуютно. Под задом у него так и горело. Никому не хочется отправляться за решетку. И особенно не хочется, если ты ни в чем не виновен.

Родители Кирилла были дома. Как и предполагали подруги, оба уже успели принять граммов по сто, а то и по сто пятьдесят. И теперь оба страстно желали продолжения банкета.