Люкке - Микаэла Блэй

Эллен поблагодарила и позвонила в соседнюю дверь, но ей никто не открыл.

– Привет, – крикнула она в щель для почты. – Я нашла ключи, по-моему, они твои.

Из квартиры донесся какой-то звук, и дверь медленно открылась.

– Какие ключи? – спросил он, просунув морщинистое лицо в узкий проем.

– Привет, можно войти? Мне надо с тобой поговорить.

Он распахнул маленькие глазки.

– А мы знакомы?

– Нет, но мы встречались, и я знаю, чем ты занимался. – Она закусила губу и попыталась успокоиться. – Мне надо с тобой поговорить.

Не успела Эллен закончить фразу, как мужчина сделал шаг назад, чтобы захлопнуть дверь.

– Подожди. – Она поставила ногу в дверной проем. – Может быть, я смогу тебе помочь.

– А почему ты решила, что мне нужна помощь?

– Люкке! – крикнула она и встала на цыпочки, чтобы заглянуть поверх его головы в прихожую.

– Что ты делаешь? – прошипел он, пытаясь оттолкнуть ее, но Эллен не сдавалась.

– Если ты меня не впустишь, я закричу еще громче, а ты же не хочешь привлечь к себе внимание? – сказала Эллен, пытаясь распахнуть дверь.

Внезапно он перестал сопротивляться и сделал шаг назад. Эллен почти упала в квартиру.

Когда он закрыл за ней дверь, у нее внезапно подкосились ноги. Оставалось только надеяться, что он не видит, как она дрожит. Только теперь она осознала, что сделала. Все произошло так быстро. Она нащупала в кармане телефон, но вспомнила, что он разряжен. И все же достала аппарат и стала делать вид, что смотрит в него, чтобы мужчина хотя бы видел, что телефон у нее есть.

– Кроме меня здесь никого нет, – сказал он.

Эллен сделала глубокий вздох, а потом прошла мимо него. Он стоял, прижавшись к стене и заложив руки за спину.

– Тебя по-прежнему зовут Ларс? – спросила она, войдя в темную квартиру времен конструктивизма.

Он покачал головой.

– Ты меня помнишь?

– Нет, – ответил он и пристально посмотрел на нее.

В двухкомнатной квартире почти не было мебели. В одной из комнат стояла не застеленная раскладушка с тонким матрацем. Рядом на полу – стакан воды и рулон туалетной бумаги. В углу – напольная лампа. Эллен попыталась зажечь верхний свет, но ей это не удалось.

– Ты здесь живешь? – спросила она, постучав по стене.

– Да. Что тебе надо? Если ты сейчас же не уйдешь отсюда, я позвоню в полицию.

– Звони, – сказала Эллен, надеясь, что полиция не заставит себя ждать. – Возможно, они уже выехали, – продолжила она, чтобы проверить его реакцию.

Но он по-прежнему стоял, не шевелясь и держа руки за спиной.

Эллен вошла в комнату, задуманную, наверное, как гостиная. В комнате ничего не было, за исключением нескольких газет на полу. Она поддела кипу ногой и увидела, что это обычные дневные газеты.

Ей понадобилось немного времени, чтобы удостовериться, что Люкке в квартире нет.

В кухне лежало два пакета с едой, которые он принес.

Эллен зажгла лампу рядом с вытяжкой и поставила пакеты на мойку.

– «O’бой», почему ты купил «O’бой»? – спросила она, вынув упаковку какао, и продолжила копаться в пакете. Нашла печенье «Марикекс». – Разве это не детская…

– Что хочу, то и ем. Что тебе надо?

Эллен обернулась – она не ожидала, что он подойдет к ней почти вплотную. Мигала лампа вытяжки.

– Кто ты такая? – спросил он, вперив в нее маленькие глазки.

Эллен огляделась и начала тихо щелкать пальцами, и только потом встретилась с ним взглядом.

– Ты меня не узнаешь? Я журналист ТВ4. Мы виделись три года назад на процессе против тебя, а теперь я ищу пропавшую девочку. – Она заговорила слишком быстро, тем самым выдав, что ей не по себе. Зря она сюда пришла. Никто не знает, что она здесь, за исключением старой дамы с печеньем в соседней квартире. Она достала телефон из кармана и украдкой посмотрела на него в надежде, что Ларс не видит, что дисплей выключен.

Он сделал еще шаг и теперь стоял так близко, что она чувствовала его несвежее дыхание.

– Тогда тебе следовало бы знать, что мне не нравятся девочки.

Эллен попыталась вспомнить, но увидела перед собой только массу детей. Не играло никакой роли, кем они были – девочками или мальчиками.

– Но речь шла о детях.

В квартире Ларса в Гётеборге нашли свыше 12 400 детских порнографических фотографий и почти 200 фильмов на жестком диске. Ларса и его подельников удалось схватить по наводке немецкой полиции.

– Люкке! – крикнула Эллен в последний раз, чтобы убедиться, что девочки здесь нет. Потом разбежалась, бросилась мимо него в прихожую и, открыв дверь в ванную, отодвинула шторку.

– Где ты ее прячешь? – спросила она Ларса, теперь звавшегося другим именем, которое она не хотела знать.

– Проваливай. – Он подошел к входной двери и открыл ее. – Я могу заявить на тебя в полицию за незаконное проникновение в жилище. Уходи, пока ничего не случилось.

Эллен поступила, как он велел. В квартире Люкке не было.

Выйдя на улицу, она почувствовала себя совершенно опустошенной. Она медленно пошла обратно к торговому центру «Фельтёверстен» и к машине, не обращая внимания на то, что вся промокла под дождем. Она вела себя неосторожно. Мысли о том, что могло случиться, перемежались у нее в голове с мыслями о детях, проходивших по делу Ларса, об его обшарпанной квартире и о Люкке.

Дойдя до места, она огляделась. Машины не было. «Может быть, я оставила ее не здесь, а с другой стороны торгового центра?» – мелькнуло у нее в голове. Она попыталась вспомнить. Была такая спешка, что она совсем растерялась.

И вдруг, совсем рядом, она услышала какое-то шевеление. Посмотрела в ту сторону, но ничего не увидела. Наверное, ей показалось. Нервы были на пределе. Она вздрагивала от малейшего звука.

Но звук повторился. Эллен посмотрела через плечо и повернулась кругом. Посмотрела сначала в сторону улицы Карлаплан, а потом в сторону улицы Вальхаллавеген.

Он шел за ней?