Гора Тяньдэншань - Фань Ипин

Вино постепенно убывало, а слов, казалось, становилось все больше. Они обсуждали абсолютно все, кроме политики и расследуемого дела. В этих разговорах, не относящихся к работе, и начальник, и подчиненный считали друг друга мудрыми и придерживающимися правил, тонко чувствующими и очень близкими. Чаще говорил Хуан Инъу — с чувством, проникновенно и безостановочно. Он предупреждал Вэй Цзюньхуна, пытался его вдохновить и окружить заботой.

— Цзюньхун, как думаешь, мы сейчас можем считаться братьями? — спросил он.

— Я всегда смотрел на вас как на старшего брата.

— А почему тогда мне все время кажется, что ты что-то от меня скрываешь?

— Нет, ничего подобного.

— Ты влюбился? — глядя в нечестные глаза Вэй Цзюньхуна, спросил Хуан Инъу.

— Да, было дело когда-то.

— Я спрашиваю — сейчас!

— Да где там… — притворно ответил Цзюньхун.

— Давай, расскажи все своему брату. Кто она?

Вэй Цзюньхун помолчал, как будто обдумывал что-то или набирался смелости, но потом все-таки покачал головой.

Хуан Инъу тоже покачал головой и тяжело вздохнул:

— Если хочешь продвигаться по карьерной лестнице, надо поскорее жениться.

Вэй Цзюньхун в изумлении уставился на него.

— Знаешь, что больше всего мешает продвижению по службе? — спросил Хуан Инъу. Он поднял стакан, но потом снова опустил его. — Брак. Первое — если ты в разводе или как раз сейчас в процессе развода, это оказывает влияние. Второе. Если ты не женат, это тоже влияет. Как же влияет то, что ты в разводе? Ты и без моих объяснений сам понимаешь — это вопрос образа жизни и морали, это на самом деле серьезная проблема. Всегда в первую очередь рассматривают кандидатуры именно с этой точки зрения. Сколько уже чиновников не смогли получить повышение или даже были понижены именно из-за этого вопроса? Далее, если ты не женат, скажут, что ты еще молодой и незрелый. Поэтому в аттестационном тесте, который мы каждый год заполняем, есть графа «семейное положение». Вот смотри, тебе двадцать семь лет, исходя из твоего образования и способностей, которых у тебя более чем достаточно, ты должен бы уже занимать должность моего заместителя. А почему этого не происходит? А потому что ты не женат, тебя считают молодым и незрелым. Вот почему, — он протянул руку и похлопал Вэй Цзюньхуна по плечу, — тебе следует поскорее жениться.

Вэй Цзюньхун смущенно улыбнулся:

— Наверное, ваша помощь понадобится.

Хуан Инъу сначала убрал руку с его плеча, потом снова положил.

— Я задам тебе еще один вопрос: ты что, закрутил роман с Лун Мин?

Вэй Цзюньхун остолбенел.

— Просто ответь — да или нет?

— Да, — слабым голосом ответил Вэй Цзюньхун.

— Ну вот и молодец! — воодушевленно произнес Хуан Инъу и хлопнул его по плечу. — Все-таки у меня глаз наметан! Отлично, я поддерживаю!

Он взял стакан, заглянул внутрь и увидел, что вина осталось совсем чуть-чуть на донышке.

— Давай, выпьем до конца!

Они чокнулись стаканами, и в этом звоне Вэй Цзюньхуну послышался выстрел стартового пистолета.

Он залпом допил вино и от всего выпитого, словно от куриной крови^[30], пришел в крайне возбужденное состояние.

А Хуан Инъу, наоборот, начал зевать, сел на стоявшую рядом кровать, скинул обувь, и только лег, как мгновенно захрапел.

Полный энтузиазма Вэй Цзюньхун, которому так много хотелось рассказать, смотрел на своего уже погрузившегося в мир сновидений начальника с таким выражением лица, которое могло бы быть у бегущего изо всех сил спортсмена, внезапно с досадой обнаружившего, что трибуны пусты и зрителей нет.

Ему оставалось только думать о Лун Мин, он не мог не думать о ней.

Он послал ей СМС: