Трибьют - Нора Робертс

— А почему бы и нет?

— Не увиливайте. Для чего?

— Я не увиливаю, — странная смесь настороженности и открытости, подумал он. — Но если вам нужны объяснения — пожалуйста. Я тренируюсь всего несколько часов в неделю. Поэтому вы тоже можете пользоваться этим залом несколько часов в неделю. Называйте это южным гостеприимством.

— Когда вы обычно тренируетесь?

— У меня нет определенного режима. По настроению. Но я стараюсь следить, чтобы это настроение появлялось пять или шесть раз в неделю, иначе я стану похож на Скелетора.

— Кого?

— Ну, Скелетора. Повелителя Тьмы. Главного врага Хи-Мена. Конечно, вы не знаете. Я принесу вам книгу. Ладно, неважно, потому что, несмотря на имя, у него вполне накачанный пресс. В любом случае можете открывать эту дверь, когда вам захочется. Я даже не буду знать, что вы здесь. А если мне повезет и наши желания совпадут, то у меня появится возможность поглазеть на мускулистую, вспотевшую женщину.

— Поднимите рубашку, — Силла прищурилась.

— Я думал, что уже не дождусь.

— Штаны оставьте на месте. Только рубашку, Форд. Я хочу взглянуть на ваш пресс.

— Вы странная женщина, Силла, — сказал он, но задрал рубашку.

Она ткнула пальцем в его живот.

— Нормально. Просто хотела убедиться, что вы действительно занимаетесь на этих тренажерах, а настроение — это побочный эффект, а не цель.

— В том, что касается вас, у меня есть цель.

— Я поняла, и это хорошо. Я с радостью приму ваше предложение без каких-либо условий или оговорок. Я ценю ваше гостеприимство, Форд. Правда. Кроме того, на вас стоит печать одобрения Мэтта, а он мне очень нравится.

— Это хорошо, потому что я плачу ему пятьсот долларов в год за такое одобрение.

— Он вас любит. Это выяснилось, когда я осторожно и хитро расспрашивала его о вас.

— Вы расспрашивали его обо мне? — сердце Форда радостно подпрыгнуло.

— Осторожно, — повторила она. — И хитро. Он отличный парень, и поэтому… — Она еще раз обвела восхищенным взглядом помещение и тренажеры, и он почувствовал, как она соскучилась по тренировкам. — А как насчет бартера? Я буду пользоваться вашим фитнес-клубом, а если вам нужно будет что-нибудь починить или настроить, я это сделаю.

— Вы хотите предложить услуги «мастера на все руки»?

— Я и правда мастер на все руки.

— На вас будет пояс с инструментами и короткая юбка?

— Пояс с инструментами — да. Короткая юбка — нет.

— Очень жаль.

— Если я не смогу что-то починить, то пришлю кого-нибудь из парней. Может, один из них и носит короткую юбку.

— Остается надеяться.

— По рукам?

— По рукам.

— Отлично, — улыбнувшись, она еще раз окинула взглядом комнату. — Завтра и начну. Хотите, я приглашу вас на обед, чтобы отпраздновать нашу сделку?

— Я приму ваше приглашение в другой раз, потому что я уже составил меню в Доме Сойера.

— Вы собираетесь готовить?

— Я умею готовить, — он взял ее под руку и повел к лестнице. — Просто нужно бросить пару стейков на гриль, нанизать несколько перцев на шампур и запечь три картофелины. Как вы относитесь к стейку?

— Мне кажется, что он тихонько мычит.

— Вы женщина моей мечты, Силла.

Нет, она ничья. Она преследует собственные цели и испытывает удовлетворение, добиваясь их. Но она была вынуждена признаться, что Форд сумел заинтересовать ее. Он влечет ее, заставляя чувствовать себя непринужденно и одновременно быть начеку. Это тонкое искусство, подумала Силла. Ей нравилось его общество, причем с каждым днем это все больше переходило установленные ею границы разумного — особенно с учетом того, что она собиралась много времени проводить в одиночестве.

И он был чертовски хорош, когда стоял над грилем.

Они обедали на задней веранде в обществе Спока, который блаженно фыркал, когда ему перепадали кусочки со стола. Силла с удивлением отметила, что простая еда может быть очень вкусной.

— Боже, как здесь хорошо. Спокойно.

— И никакого желания отправиться в ночной клуб или совершить набег на магазины Родео-драйв?

— И то и другое мне надоело много лет назад. Иногда это бывает весело, но быстро приедается, если это не твое. Оказалось, что не мое. А вы сами? Вы ведь некоторое время жили в Нью-Йорке? Нет никакого желания вернуться обратно?

— Это было здорово, и мне нравится время от времени возвращаться туда, чтобы впитать его энергию. Все дело в том, что мне казалось, что я должен там жить — учитывая, чем я хотел заниматься. Но через некоторое время я понял, что, приезжая сюда навестить родителей и встретиться с друзьями, я успеваю сделать гораздо больше, чем за то же время в Нью-Йорке. Там просто слишком много людей, которые думают — дни и ночи напролет. А мне лучше думается здесь.

— Забавно, — сказала она.

— Что именно?

— Как-то во время одного из интервью журналист спросил мою бабушку, почему она купила эту маленькую ферму в Виргинии. Она ответила, что здесь она слышит свои мысли, которые обычно заглушаются в Лос-Анджелесе.

— Я точно знаю, что она имела в виду. Вы читали много ее интервью?

— Читала, перечитывала, слушала, смотрела. Сколько себя помню, я всегда восхищалась ею. Это яркая звезда, от которой я произошла. Я не могла убежать от нее, и поэтому я должна была узнать ее. Я обижалась на нее, когда была ребенком. В сравнении с ней я всегда проигрывала.

— Сравнения для того и придуманы, чтобы кто-нибудь проигрывал.

— Это уж точно. К двенадцати или тринадцати годам они уже здорово злили меня. Поэтому я начала изучать ее — с определенной целью, выискивая какой-то ее секрет. Но обнаружила женщину огромного природного таланта. В сравнении с ней все проигрывали. И, осознав это, я перестала на нее обижаться. Это все равно что обижаться на бриллиант за его блеск.

— В детстве я слышал о ней, потому что у нее здесь был дом. И здесь она умерла. Мама часто слушала ее пластинки. Пару раз ее даже приглашали на вечеринки на ферму, — добавил он. — Я имею в виду мою маму.

— Неужели?

— Она гордится тем, что целовалась с сыном Дженет Харди, который был бы вам дядей. Немного странно, правда, что мы вот так сидим здесь с вами, а много лет назад моя мать и ваш дядя обжимались в укромных местечках на той стороне дороги. Но вы удивитесь еще больше, если я скажу, что моя мать занималась тем же самым с вашим отцом.

— О боже, — рассмеявшись, Силла взяла свой бокал с вином и сделала быстрый глоток. — Вы не сочиняете?

— Чистая правда. Но это было еще до того, как она выбрала моего отца, а ваш отец уехал в Голливуд вслед за вашей матерью. Теперь, когда я об этом думаю, мне это кажется таким запутанным.