Забытое дело - Майкл Коннелли

Кроме нее в классе задержалась и одна из учениц. Симпатичная светленькая девочка неторопливо и деловито складывала в рюкзачок книжки. Закончив, она застегнула замок и направилась к выходу.

– До свидания, миссис Сейбл.

– До свидания, Кэтлин.

Девочка с любопытством посмотрела на Босха и Райдер и прошла мимо. Детективы переступили через порог, и Босх закрыл за собой дверь. И только тогда Бейли Сейбл оторвалась от тетрадей.

– Я могу вам чем-то помочь? – спросила она.

Босх взял инициативу на себя:

– Возможно. Нас направил к вам мистер Стоддард. И он же сказал, что мы можем поговорить здесь, в классе.

Он подошел к столу. Учительница настороженно смотрела на незнакомца снизу вверх.

– Вы родители?

– Нет, мы из полиции, миссис Сейбл. Меня зовут Гарри Босх, а это Кизмин Райдер. Мы хотели бы задать вам несколько вопросов о Бекки Верлорен.

Женщину как будто ударили в солнечное сплетение. После стольких лет боль все еще жила в ней.

– О Боже, о Боже… – прошептала она.

– Извините, что мы так внезапно, без предупреждения…

– Что-то случилось? Вы нашли его? Того… – Миссис Сейбл не смогла договорить.

– Дело открыто заново, – сказал Босх. – И мы рассчитываем на вашу помощь.

– Но чем я могу помочь?

Босх достал из кармана фотографию Роланда Маккея, которую они позаимствовали у Киббл. На ней был изображен восемнадцатилетний парень, осужденный за угон автомобиля. Босх положил карточку на тетради.

– Вы знаете этого человека?

– Снимок сделан семнадцать лет назад, – добавила Райдер. – Примерно тогда, когда погибла Бекки.

На фотографии Маккей вызывающе таращился в объектив камеры. Бейли Сейбл долго смотрела на карточку, не говоря ни слова. Босх взглянул на Райдер и кивнул, предлагая ей продолжить разговор.

– Он не напоминает вам кого-либо из тех, с кем вы или Бекки сталкивались в то лето?

– Он учился в нашей школе?

– Мы так не думаем. Но нам известно, что он жил в этом районе.

– Это убийца?

– Мы пока не знаем. Сейчас полиция лишь пытается выяснить, была ли между ним и Бекки какая-то связь.

– Как его зовут?

Райдер посмотрела на Босха. Он снова кивнул.

– Роланд Маккей. Вам знакомо это имя?

– Вообще-то нет. Мне уже трудно что-то вспомнить. Я имею в виду, чужие лица.

– То есть вы определенно не знали этого человека? Я правильно вас понимаю?

– Да. Я определенно не знала его.

– А могло ли быть так, что Бекки знала его, а вы нет?

Сейбл ненадолго задумалась.

– Ну пожалуй, да. Знаете, она ведь забеременела. Я об этом не знала, так что, возможно, не знала и о чем-то другом. Например, о нем. Это он… отец?

– Мы не знаем.

Сама о том не подозревая, Бейли Сейбл повернула разговор в нужное русло, и Босх сразу же воспользовался этим:

– Знаете, миссис Сейбл, с тех пор прошло много времени. Я понимаю, что тогда вы, наверное, не хотели обо всем говорить из-за Бекки. Но если вам что-то известно, вы можете сказать сейчас. Не исключено, что это последний шанс решить ту давнюю загадку.

– Вы имеете в виду ее беременность? Но я действительно ничего не знала. Мне так жаль. Я, как и все, была шокирована, когда полиция стала расспрашивать об этом ее знакомых.

– Если бы Бекки решилась довериться кому-то, она открылась бы вам?

И снова ответа пришлось ждать. Миссис Сейбл задумалась.

– Не знаю, – медленно сказала она. – Мы были очень близки, но она была так же близка и с другими. Знаете, мы четверо сдружились еще в первом классе. Называли себя «Кошачьим клубом», потому что все держали дома кошек. В разное время отношения складывались по-разному, кто-то больше сближался с кем-то, но как группа мы всегда держались вместе.

Босх кивнул.

– В то лето, когда все случилось, кто из вас был ближе всего к Бекки?

– Наверное, Тара. Ей и пришлось тяжелее, чем остальным.

Босх взглянул на Райдер – он никак не мог вспомнить фамилии девушек, с которыми была Бекки за два дня до смерти.

– Вы говорите о Таре Вуд? – уточнила Райдер.

– Да, о ней. В то лето они много времени проводили вместе, потому что работали в ресторане отца Бекки, в Малибу. Делили дневную смену на двоих. Они только об этом и говорили.

– Что же они рассказывали? – спросила Райдер.

– Ну, знаете, обычные девчоночьи разговоры. Кто там бывает, кого они видели. Какие кинозвезды туда заглядывают. Помню, они называли Шона Пенна и Чарли Шина. Иногда говорили о парнях, с которыми работали. Кто самый клевый и все такое. Мне это было не очень интересно, потому что я там не работала.

– Вы не помните, они выделяли кого-то особенно?

Миссис Сейбл опять задумалась.

– Пожалуй, нет. По крайней мере я такого не помню. Просто им нравилось говорить о ребятах, которые отличались от наших, местных. Серфингисты, будущие актеры. Тара и Бекки – девочки из Долины. Для них многое там было необычным, особенным. Они как будто попали в другой мир.

– Она встречалась с кем-то из ресторана? – спросил Босх.

– Мне об этом ничего не известно. Но как я уже сказала, я ведь и о беременности узнала только после ее смерти. Может быть, с кем-то Бекки и встречалась, но держала это в тайне.

– Вы им завидовали? – поинтересовалась Райдер. – Из-за того, что они там работали?

– Нисколько. У меня не было необходимости работать, и я нисколько об этом не жалела.

Босх не знал, куда клонит Райдер, однако дал ей возможность продолжить.

– Скажите, чем вы занимались, как проводили время, когда собирались вместе? – спросила она.

Сейбл пожала плечами:

– Не знаю. Ходили по магазинам, в кино… как и все.

– У кого из вас были машины?

– У Тары и у меня. У Тары был купе. Мы, бывало… – Она осеклась, по-видимому, вспомнив что-то.

– Что? – подтолкнула ее Райдер.

– Просто вспомнился один случай. Как-то после школы мы поехали в Лаймкилн-каньон. У Тары в багажнике был холодильник, и ее отец никогда не замечал, если она брала из дому несколько бутылок пива. И вот однажды нас остановил полицейский патруль. Мы спрятали пиво под школьные юбки. Они отлично подходили для этого дела, и полицейские ничего не заметили.