Пьедестал для аутсайдера - Чингиз Абдуллаев

– Продуктовый, – пояснил Борис, – у нас на комбинате уже давно такое правило. Это не я придумал. Все руководство предприятия раз в неделю получает специальные продуктовые наборы. А иначе зачем нам такая большая столовая на две тысячи человек и отдел общественного питания, которым, кстати, тоже будешь ты руководить.

– Я не понимаю. Какой продуктовый набор?

– Ты по магазинам не ходишь? – спросил Кирюхин, разливая водку в рюмки. – Никакого представления о дефиците не имеешь? Сейчас в магазинах можно купить без талонов и очередей только кабачковую икру и плавленый сырок «Дружба».

– Это я знаю, – помрачнел Смыкалов, вспомнив про свои бутерброды, лежавшие в портфеле.

– А мы с тобой должны делом заниматься, а не бегать по магазинам в поисках дефицита, – пояснил Борис. – Давай за твое назначение.

Они чокнулись и выпили.

– Учти, я на работе не пью и другим не разрешаю, – строго сказал Кирюхин. – Можно одну рюмку или две. Но лучше не злоупотреблять. После работы можешь пить сколько в тебя влезет, но на работе ты нужен мне трезвым.

– Я вообще непьющий, – пожал плечами Смыкалов.

– Это я помню, – улыбнулся Борис, – поэтому и выбрал тебя. Ты у нас еще в институте был самым спокойным и выдержанным: никогда не срывался, никогда не напивался, никогда не сквернословил. В общем, был показательным студентом. А наш Яков Абрамович считал, что ты будешь выдающимся финансистом. Он всегда говорил, что ты лучший его студент.

– Спасибо, – пробормотал растроганный Илья.

– Бери грибочки, – посоветовал Кирюхин. – Вот я, например, не такой финансист. Мое дело – практика. Руководить людьми, организовывать производство, что-то пробивать, доставать. А ты у нас должен стать мозговым центром. Финансовым гением, который все будет контролировать. Человеком, которому я могу абсолютно доверять. Понимаешь? Мне нужен именно такой человек. Свой человек, Илья.

– Я и есть твой человек, – сказал Смыкалов.

– И не просто мой. Ты должен быть моей правой рукой, моим союзником, моим единомышленником, – вдохновенно произнес Борис. – Здесь столько разного сброда. Не знаешь, кому можно верить, а кому нельзя. Вот почему ты мне так нужен.

– Мне ты можешь верить, – ответил Илья, глядя Борису в глаза.

– Знаю, – кивнул Кирюхин. – А насчет продуктового набора ты не беспокойся. Наборы готовит наша столовая раз в неделю для всех руководителей. Все честно. За эти продукты с тебя вычитывают из зарплаты…

– Много? – обеспокоенно спросил Илья.

– Немного, – рассмеялся Кирюхин, – по государственным расценкам. Не беспокойся, ты не обеднеешь. Зато твоя супруга и ты перестанете бегать по магазинам в поисках дефицита. Давай еще по одной и закончим, – он снова разлил водку в рюмки. – За твои успехи Илья! Я в тебя очень верю.

После сытного обеда Смыкалов почувствовал некоторую боль в животе. Он никогда так плотно не обедал в дневные часы. Вернувшись в свой кабинет, Смыкалов вызвал к себе Маргариту Акоповну и распорядился собрать всех руководителей отделов, которых он курировал, на завтрашнее утреннее совещание. Потом еще раз беседовал с Рудневым, уточняя финансовое положение предприятия в третьем квартале. В пятом часу дня Маргарита Акоповна доложила, что ему звонит супруга. Он же удивился, что Зинаида узнала номер приемной заместителя генерального директора, понял, что ей сообщили. Илья Данилович усмехнулся и поднял трубку.

– Алло, Смыкалов, что случилось? – услышал он испуганный голос жены.

Она опять назвала его Смыкаловым. Он нахмурился.

– Ничего не случилось.

– У меня было два урока во вторую смену, – сообщила Зинаида. – Не пришла наш молодой педагог, и мне пришлось ее заменять. Почему ты позвонил? Что случилось? Я ничего не понимаю. Звоню к тебе в отдел, а меня все поздравляют. Все говорят, что ты ушел из отдела, и дают этот телефон. Что-то про директора или заместителя директора. Я ничего не поняла. Объясни, что происходит?

– Ты еще в школе? – спросил Илья.

– Я сейчас уже иду домой. Тебя повысили? Кирюхин сделал тебя заместителем начальника отдела или все-таки выдвинул начальником? Я услышала, что они говорили про заместителя, и даже пожалела тебя. Он ведь обещал сделать тебя начальником. Но ты не переживай, это все равно хорошо. Хотя они говорили про заместителя директора, но я правильно поняла, что ты стал заместителем Руднева? Ты только не переживай, Смыкалов. Руднев всегда к тебе хорошо относился.

«Какая дура», – раздраженно подумал Илья Данилович.

– Ладно, – сказал он, – у меня все в порядке. Вечером приеду и все объясню.

– Хорошо. Только ты не переживай, – повторила она.

– Я не переживаю! – рявкнул он. – У меня все хорошо, – и бросил трубку.

Конечно, она не может поверить в такое невероятное назначение, подумал Смыкалов, чуть остывая. И ей кажется, что он может быть только заместителем начальника финансового отдела. Для нее эта должность – предел мечтаний. Впрочем, и для него она была таковой еще сегодня утром. Еще только сегодня утром… Илья Данилович снова оглядел свой кабинет. Теперь он уже стал совсем другим человеком с другими возможностями.