«Н» - значит невиновен - Сью Графтон

– Господи, да откуда же мне знать? Я и верю и не верю. Он занимался бегом трусцой на протяжении многих лет. Говорил, что ночью бегать приятнее оттого, что мало народу, машин, выхлопных газов. Мне кажется, у него к тому же была хроническая бессонница.

– Он устраивал себе пробежки, чтобы хоть как-то справиться с ней?

– Ну, я не могу точно сказать. В ту ночь его появление выглядело очень странно. – Она пощелкала пальцами, пытаясь подобрать слова. – Очень странное совпадение. Он вошел в дом и сказал: "Я тут случайно. Просто пробегал мимо".

– Симона сказала мне, что он жил тогда где-то совсем рядом.

– Да, в этом дурацком доме, – поморщилась Ре. – Он сказал полицейским, что возвращался домой со своей ночной пробежки, увидел в доме свет и решил узнать, что происходит.

– Как он реагировал на то, что увидел? Был потрясен?

– Нет, я бы так не сказала. Он всегда слыл равнодушным человеком. Изабеллу это просто бесило. Бесчувственное бревно.

– Вы сказали, что Симона упала в обморок. Это как-то можно объяснить?

– Когда появился Дэвид, у нее начался припадок. Она была уверена, что именно он убил Изабеллу. Она считала, что он нарочно разыграл спектакль с похищением пистолета. Мы много раз бывали в их доме по самым разным поводам. С какой стати нам нужно было подниматься к хозяевам и похищать оружие?! По мнению Симоны, у Дэвида еще тогда созрел какой-то план. И я должна согласиться, что в ее рассуждениях есть логика.

– Значит, вы тоже были на той вечеринке в день Труда, когда был похищен револьвер?

– Конечно. Там было много народу. Питер и Иоланда Вейдманы, Сигеры, Войты.

– Как? Кеннет тоже был там? Ее бывший муж со своей женой?

– Да, ничего необычного в этом не было. Одна большая семья, если, конечно, не брать в расчет Франческу. Это жена Кеннета, бедняжка. Она была такой несчастной. Мне иногда казалось, что Изабелла нарочно приглашала ее, чтобы поиграть ей на нервах. Франческе оставалось только отказываться от этих приглашений.

– У нее были какие-то проблемы?

– Она знала, что Кен все еще очень привязан к Изабелле. Если откровенно, то Изабелла просто выгнала Кена из дома под зад коленом. Чтобы хоть как-то скрасить свое положение, он и женился на Франческе.

– Просто готовый сюжет для "мыльной оперы".

– Скорее, для драмы, – возразила Ре. – Франческа – настоящая красавица. Вы уже встречались с ней?

Я покачала головой, и Ре продолжала:

– Она красавица с фигурой фотомодели, но при этом существо совершенно беззащитное, стремящееся попасть под власть мужчины. Вы понимаете, о чем я говорю? Кен был для нее идеальным вариантом, так как ей пришлось бы завоевывать его всю жизнь.

Я сказала:

– Вчера вечером я услышала от Кеннета несколько другую версию. Он заявил, что беззащитной всегда была Изабелла. Это похоже на правду?

– Нет, я так не считаю, хотя, кто знает, может быть, с мужчинами она себя вела как-то по-другому, – задумчиво проговорила Ре. Она показала на съезд с автострады, ведущий налево: – Нам сюда.

Мы очутились в районе Монтебелло, считавшемся довольно бедным. Дома здесь стоили около 280 тысяч долларов. Я остановила машину перед небольшим коттеджем, выкрашенным в белый цвет. Ре выбралась из машины.

– Я бы пригласила вас выпить бокал вина, но, извините, очень много работы. Мне и поспать сегодня будет некогда.

– Ради Бога, не извиняйтесь, ничего страшного. Я сама страшно замотана. Извините, что отвлекла вас. Кстати, где у вас будет выставка?

– В галерее "Эксминстер". Презентация назначена на пятницу, на семь часов вечера. Если сможете – приезжайте.

– С удовольствием.

– Спасибо, что подбросили до дома. Будут еще вопросы – звоните.

* * *

Когда я подъехала к своему дому, в окнах Генри уже было темно. На автоответчике не было никаких сообщений. Скорее по привычке, я навела порядок в гостиной и в ванной на втором этаже. Уборка оказывает на меня какое-то лечебное действие, наверное, из-за того, что, протирая пыль или моя ванну, не надо ни о чем задумываться. Много раз я переживала нелегкие моменты в жизни, вооружившись щеткой для мытья посуды и средством для чистки раковин. На следующую ночь я наметила уборку лестницы, прихожей и ванны на первом этаже.

Я прекрасно выспалась, встала в 6.00 и сразу включилась в свой обычный ритм, действуя в режиме автопилота. По дороге в офис я остановилась возле кондитерской и прихватила большой пластиковый стакан кофе с молоком. Машину удалось поставить всего в двух кварталах от офиса. Когда я заняла рабочую позу за столом, кофе уже остыл до нормальной температуры, и я с удовольствием принялась за него. Со всех сторон меня окружали завалы из папок. Надо будет и здесь навести порядок, иначе скоро я утону в них с головой. Я отставила в сторону недопитый стакан.

Закатав рукава рубашки, я принялась за дело. Первым делом вывалила на пол все папки из коробок, пластикового пакета, добавила к ним несколько тонких досье из офиса Морли. С большим трудом удалось расположить материалы в хронологическом порядке. К моему удивлению, многие папки были пустые, хотя их завели, чтобы складывать накапливающиеся отчеты. Так было с досье по Ре Парсонс, Франческе Войт, Лауре Барни – она была первой женой Дэвида. Непонятно, разговаривал с ней Морли или нет? Бывшая жена, судя по записям, работала в клинике Санта Терезы. Имелся номер ее телефона, но звонил ли ей Морли или нет, записано не было. Согласно счетам, Морли оплатил шестьдесят часов интервью, а также расходы на бензин. Но в досье не было и намека на такие объемы отчетов. Я отметила для себя, каких бумаг не хватает.

В 10.30 у меня уже был список из семнадцати имен. Выбрав наугад два из них, я решила позвонить. Первой была Франческа Войт. Она ответила сразу, голос ее звучал холодно и как бы издалека.

Я представилась и спросила, действительно ли она является женой Кеннета Войта.

– Дело в том, что я разбираю бумаги и хотела бы уточнить, какого числа вы встречались с детективом Морли Шайном.

– Я никогда с ним не встречалась.

– Ни разу?

– Да, представьте себе. Он звонил мне и оставил сообщение на автоответчике. Это было недели три назад. Я перезвонила ему, мы назначили встречу, однако вскоре он перезвонил и отменил ее. Причины я не знаю. Я как раз вчера говорила на эту тему с Кеннетом. Все это странно. Я ведь была свидетельницей на первом процессе и предполагала, что меня вызовут на второй.

Из записей Морли следовало, что он встречался с моей собеседницей.

– Мы должны увидеться с вами как можно раньше, – сказала я.

– Подождите, сейчас я возьму записную книжку. – В трубке зацокали ее каблуки, затем раздался шелест страниц. – Сегодня днем я занята. Как насчет сегодняшнего вечера?