Самое бессмысленное убийство - Алексей Макеев

– Со старушкиной дочки, я так думаю, – сказал Гуров. – Кому, как не ей, знать подробности о личной жизни своей мамы. Ну, хоть что-нибудь…

– И где же мне ее отыскать? – спросил Крячко.

– А вот на этот вопрос тебе ответит Галина Никитична, – сказал Гуров.

– Кто такая?

– Заведующая домом престарелых.

– Что, хорошая женщина? – прищурившись, поинтересовался Крячко. – Я это к тому, что с хорошей женщиной и общаться приятнее.

– Милейшая, – заверил Гуров. – Умница, красавица.

– Ну-ну…

– Без всяких «ну-ну»! Говорят тебе – красавица и умница.

– Что ж, будем считать, что вы меня вдохновили и обнадежили, – торжественно произнес Крячко. – Все, я пошел. А вы – ждите обнадеживающих вестей.

– Э, нет! – воспротивился Гуров. – Мы тебя проводим и укажем кратчайший путь.

– Это еще зачем?

– А вот увидишь.

– Как интересно, – сказал Крячко. – Что ж, тогда не томите меня ожиданием. Вперед!

Проходя мимо вахты, где на посту по-прежнему сидела молоденькая медсестра, Крячко улыбнулся ей, как старой знакомой, и сказал:

– Обязательно отметьте в своем журнале, что я был да весь вышел! Так и запишите! И отдельной строкой запишите, что я еще вернусь! А если в это самое время на вахте будете все еще вы, то вернусь тем более. Ради вас. Прямо так и отметьте. С красной строки.

Гуров и Федор Иванович повели Крячко по той самой тропинке, которая вела к тыльным владениям дома престарелых и на которой нашли убитую старушку.

– Стой! – сказал Гуров Станиславу, когда они подошли к месту происшествия. – Остановись и осмотрись. И скажи, что видишь.

– Вижу тропинку и заросли вокруг, – осмотревшись, сказал Крячко. – Хорошая тропинка. А местечко, на котором мы стоим, и того лучше – уютное. Ничего не видать – ни с какой стороны. В таком местечке, знаете ли, хорошо целоваться. Или… – он не договорил и укоризненно взглянул на Гурова и Федора Ильича. – Вот оно что… Не иначе как именно здесь и нашли убитую старушку. Проверяете, да? Лучшего друга – и проверяете? Ну, лукавый народ.

– И ничего мы не проверяем, – возразил Федор Ильич. – Просто ты человек новый, и…

– Дальше понятно, – перебил Крячко. – Да, действительно. Местечко укромное. Можно сказать, подходящее местечко. Будто специально выбранное. А может, и вправду специально, а? – Он сорвал прутик и с задумчивым видом его пожевал. – Слушайте, братцы, уж не профессионал ли здесь поработал? Уж больно хорошо местечко подобрано. А если к этому моменту добавить еще и способ убийства – шилом в спину, то факты указывают на работу профессионала. Ну, чего вы ржете? Что не так я сказал?

– В том-то и дело, что все так! – сквозь смех выговорил Гуров. – А смеемся мы от радости. То есть из-за того, что и сами думаем точно так же. А когда сразу три человека думают одинаково…

– То, значит, это не случайность, а наоборот – в том, о чем они думают, таится закономерность.

– Вот именно! – подтвердил Федор Ильич.

– Вот только я не понимаю, отчего вы так бурно возрадовались, – пожал плечами Крячко. – Тут, знаете ли, надо рыдать, а не радоваться. Потому что, похоже, мы имеем дело с матерым уголовником. С профессионалом! А это намного хуже, нежели иметь дело с дилетантом. Станете возражать?

– Не станем, – заверил Гуров. – Просто хорошо, когда вся команда думает одинаково. Это означает, что мы идем в правильном направлении. А правильное направление – это уже половина дела.

– Может быть, – в раздумье проговорил Крячко. – И тем не менее все говорит о том, что здесь поработал киллер. Вот смотрите, что получается… Во-первых, необычный способ убийства. Как мы все знаем, так обычно убивают профессионалы. Во-вторых, примечательное место убийства. Будто нарочно выбранное. В-третьих, полночь, когда кругом почти никого нет. В-четвертых, дождь, который, как утверждается в названии старого фильма, смывает все следы. Вот такие, значит, красноречивые факты… Не много ли их для случайного убийства?

– У меня предложение, – сказал Гуров. – Давайте вернемся на аллею. Там я видел замечательную скамеечку. Дождя вроде нет. Посидим, обмозгуем…

– Да, тут есть над чем подумать, – согласился Федор Ильич.

Они вернулись, сели на скамейку и принялись обдумывать сказанное Станиславом. Версия о том, что старушку убил киллер, была серьезной, а потому на нее следовало обратить пристальное внимание и рассмотреть со всех сторон.

– Значит, наемный убийца, – сказал Гуров. – Что ж… Давайте для начала представим, как он расправился со старушкой. Кто будет излагать сценарий?

– Можно мне? – попросил Федор Ильич.

Гуров и Крячко молча кивнули.

– Я думаю, что дело происходило так, – начал Федор Ильич. – Убийца выбрал подходящий, то есть дождливый, а потому безлюдный вечер… даже не вечер, а ночь, чтобы уж наверняка не было никого постороннего, выследил старушку, ну и того… Но прежде чем убить, он, конечно, какое-то время за ней следил. Выяснял, любит ли она гулять по саду, как часто она это делает, в компании она гуляет или одна… – Он замолчал, подумал и покрутил головой: – Нет, не сходится. Слишком много лишних вопросов, на которые нет ответа. Вот ведь какая беда.

– Да, не сходится, – согласился Гуров. – Во-первых: старушка, скорее всего, гуляла в саду нерегулярно. Дождь, плохое самочувствие, да мало ли что… Все-таки человеку было восемьдесят лет. Какие уж тут регулярные прогулки? Тем более по ночам. Во-вторых: откуда убийца мог знать, одна она гуляет или в компании?

– Допустим, он изучил ее характер и привычки, – неуверенно предположил Федор Ильич.

– И каким же образом? – возразил Гуров. – Что, он об этом расспрашивал у каждого встречного? Или интересовался у персонала богадельни? А может, у старушек и старичков? Вряд ли. Потому что такие вопросы очень подозрительны. А коль так, то на убийцу обратили бы пристальное внимание. Вот, мол, ходит и выспрашивает.

– А может, и обратили, да не поняли, что к чему, – вступил в разговор Крячко. – Говорят, старики те же дети. А дети – народ доверчивый и не рассуждающий. У них чего ни спросишь, все расскажут.

– Может, и так, – согласился Гуров. – Старики как дети… А отсюда вывод. Придется нам с Федором Ильичом окунуться в стариковскую среду и выяснить у обитателей дома престарелых, не расспрашивал ли кто их о рабе Божией Елизавете Петровне Калининой.

– Именно это я и хотел сказать, – согласился Крячко. – Вы, значит, барахтаетесь в стариковской среде, а я – со всех сторон щупаю дочерь убиенной рабы Божией. Тем более что только что у меня родилась еще одна перспективная версия.

Гуров и Федор Ильич выжидательно уставились на Крячко.

– А версия такая, – сказал Стас. – Если и вправду существует киллер, то уж не