Крестоповал. Армия воров - Альберт Байкалов

— Расписаться нигде не надо? — доставая сотовый телефон, спросил Николас.

— Нет, — покачал головой Дешин.

— Мне сегодня звонил один человек, — словно извиняясь, стал объяснять художник, — просил посмотреть свои приобретения, а я ему отказал из-за отсутствия времени. Сейчас заодно спрошу, есть ли у него возможность подъехать, — с этими словами он надавил на кнопку вызова.

Марта укладывала в сумочку камеру, когда у нее зазвонил сотовый. Матвей с ходу понял, в чем дело. Ведь это он утром звонил с ее телефона Сапронову. Неужели не догадается?

Он подхватил холст и развернулся. Так и есть, Марта, как ни в чем не бывало, приложила трубу к уху:

— Да.

— С этого номера мне звонили утром, — начал было Сапронов, но замолчал и медленно развернулся к Марте. — Вы?!

— Что? — растерялась молодая женщина.

— Это я вам звонил, — шагнул и встал между ними Матвей. — Дело в том, что в отделе никого не было, чтобы решить вопрос о встрече, и я придумал легенду, надеясь таким образом решить проблему с экспертизой раньше.

Некоторое время Николас переваривал услышанное, глядя на Матвея, потом пожал плечами:

— Неужели вы думаете, что я легче бы пошел навстречу какому-то нуворишу, не знающему, куда деть деньги, чем полиции?

— Теперь будет знать, — вмешался Дешин, окатив Матвея осуждающим взглядом. — Еще раз извините…

— Да, Марта, ты нас чуть под монастырь не подвела, — усевшись на переднее сиденье, начал сокрушаться Дешин.

— Но ведь все закончилось хорошо. — Марта щелкнула ремнем безопасности.

— Будь на его месте кто-то другой, не миновать мне проблем, — признался Дешин. — Чего ему стоит сразу позвонить министру?

— М-да. — Матвей повернул ключ в замке зажигания и вопросительно посмотрел в зеркало заднего вида на Бориса.

— Что? — насторожился полицейский.

— Мы сейчас домой, быстро меняем имидж, а потом в «Солярис».

— А что это? — Дешин чуть наклонился вперед.

— Клуб. — Матвей включил передачу. — Там сегодня светская тусовка. Будет много «звезд».

— Зачем тебе? — удивился Борис.

— Надо иметь еще пару фотографий в компании известных людей, — пояснил Матвей.

— Как думаешь туда попасть? — продолжал засыпать вопросами Дешин.

— Деньги делают все, — трогая машину с места, ответил Матвей.

— Неужели? — повеселел Дешин.

— Не понял иронии, — выезжая на дорогу, насторожился Кораблев.

— А разве не ты сегодня пытался предстать перед Николасом в образе состоявшегося олигарха?

— Это скорее исключение, — вздохнул Матвей.

— Смотри. — Борис откинулся на спинку сиденья. — Такие мероприятия обычно по приглашениям.

Вопреки опасениям Дешина, вечер сложился удачно. Матвею и Марте удалось попасть на презентацию нового альбома группы «Ночь». Известностью музыканты не отличались, а лишь стояли где-то на той половине пути к славе, откуда если свалишься, то уже не поднимешься, и наоборот. Как обычно, в числе приглашенных были несколько известных композиторов и исполнителей. Матвею не составило труда сняться в их компании, однако времени на все это ушло прилично, и к дому они подъехали лишь под утро.

— А у тебя есть там что-нибудь перекусить? — спохватилась Марта, когда Матвей заглушил двигатель.

— Тумаркин питался пельменями, которые покупал в супермаркете, — глядя на освещенный фонарями двор, проговорил Матвей и пожал плечами. — В холодильнике их было на неделю точно запасено. Поэтому, если не забрал, они там и лежат.

— Ты же знаешь, что я принципиально не питаюсь полуфабрикатами, — выбираясь из машины, сказала Марта.

— Странная ты. — Кораблев толкнул дверцу. — Зачем мне дома продукты, если я у тебя живу?

— Мало ли.

— Не понял. — Матвей спрыгнул на землю. — Это намек на то, что мне пора сворачиваться?

— Дурачок, — раздался из темноты голос. — Я просто страшно устала и плохо соображаю.

Сомова обошла машину и обняла его за талию.

— Буду считать это бредом. — Он поцеловал девушку в лоб и убрал с талии ее руку. — Надо краски забрать.

Они решили преобразить квартиру Матвея в обитель художника. Два холста, которые привозили к Николасу, купленный по пути мольберт и с десяток приобретенных еще днем у студентов общежития художественной академии эскизов они занесли домой перед поездкой в клуб. Осталось рассовать повсюду краски и кисти да устроить творческий беспорядок. Матвей обошел машину, открыл багажник и замер. Его внимание привлекло едва заметное свечение в окнах квартиры. Оно появилось и пропало, но этого было достаточно, чтобы быть уверенным: у него дома посторонние. Кто они? Матвей снова закрыл багажник:

— Садись в машину.

— Зачем? — насторожилась Марта.

— Так надо, — не спуская глаз с окон, тихо проговорил Кораблев.

— Как скажешь, — догадавшись, что случилось что-то из ряда вон выходящее, Сомова почти беззвучно открыла дверцу со стороны водителя и замерла. — Что, кто-то забрался в дом?

— Возможно, — подтвердил он ее опасения.

— Может, Тумаркин вернулся? — выдвинула девушка предположение.

— Ты забыла, ключи были оставлены рядом с запиской, — с досадой напомнил ей Матвей.

— А если…

— Я сказал, в машину, — разозлился Матвей.

Марта, наконец, подчинилась и заняла место водителя.

Кораблев оглядел двор. Освещения фонарей было достаточно, чтобы увидеть даже сидящих в машинах людей. Но ничего, что могло бы говорить о присутствии здесь еще кого-то, кроме него и Марты, он не заметил. В окнах свет больше не появлялся.

«Может, показалось?» — подумал Матвей, направляясь вдоль дома к подъезду. Он не собирался подниматься на этаж, а тем более в квартиру. Если это домушники, то наверняка заметят, как он возится с замком, и встретят. Как правило, в таких случаях они идут на крайние меры. Кораблев не принадлежал к числу тех, кто бездумно бросается в авантюры.

«А если это Ирина? — неожиданно вспомнил он свою бывшую жену и тут же усмехнулся своим мыслям. — Кто ей свет не дает включить?»

Дойдя до подъезда, он прислушался. По-прежнему было тихо. Приложив магнитный ключ к замку, осторожно потянул за ручку двери и проскользнул в образовавшийся проем. В подъезде было темно. На стене мерцал красный светодиод выключателя. Лампы здесь отключались через определенное время реле, однако света, пробивающегося через щели из шахты лифта, хватало, чтобы различить крупные предметы и силуэты людей.

Матвей отошел к почтовым ящикам и стал ждать. Время тянулось медленно. Подъезд жил своей ночной жизнью. Оживали странные светлые пятна на стенах, шуршали в щитках электрические счетчики, где-то журчала вода. Неожиданно откуда-то сверху раздался едва уловимый звук закрывающейся двери. Матвей уже был уверен, кто-то вышел из его квартиры и направился вниз по лестнице. Шаги приближались. Было ясно, идут двое.