Доблесть великанов - Чингиз Абдуллаев

– И плюс ко всему тебя еще хотят убить, – напомнил Вейдеманис. – У тебя просто прекрасные перспективы.

– Похоже на то.

– Мне вообще кажется, что ты балансируешь на тонкой проволоке. У тебя еще не было такого сложного дела. Я не знаю, чем именно ты занимаешься и как проводишь свое расследование. И не узнаю, если ты сам не захочешь мне рассказать. Но понимаю, что на тебя спустили собак все, кто мог. И еще тебе постоянно угрожают твои «заказчики». Как сказал Лоусон, он не имеет права отпускать тебя одного. Я ведь слышал его слова. Получается, что он не только твой охранник, но и в нужный момент твой палач. А как он ловко стреляет, несмотря на свой возраст, мы уже видели.

– Он не палач, – возразил Дронго, – он такой же аналитик, как и я. Уверяю тебя, что для моего устранения они пришлют другого человека. Можешь не сомневаться, Кевин не станет в меня стрелять после всего, что с нами произошло.

– Будем считать, что ты меня успокоил, – махнул рукой Вейдеманис, – хотя теперь я понимаю, что тебе требуется персональная охрана. Можно хотя бы узнать, что именно ты ищешь? Что они тебя попросили сделать? Какое-нибудь невыполнимое задание, типа кто убил Улафа Пальме?

– Почти похоже, – мрачно ответил Дронго. – Во время последнего заседания в их клубе были приглашены семеро очень известных политиков и финансистов, не считая руководителей клуба. И там было принято решение по поводу новой финансовой политики в мире. Они посчитали, что нужно совместным усилием опустить золотой паритет на достаточно низкий уровень, чтобы укрепить мировые валюты и стабилизировать рынки. Но кто-то из этой семерки решил сыграть по-крупному и сообщил об этом решении сразу нескольким известным брокерам в Нью-Йорке, Гонконге и Токио. Видимо, с нью-йоркским биржевым брокером у него были самые тесные отношения, поэтому, поняв, что его деятельность бросается в глаза, он сразу принял меры к устранению этого брокера. Мафия провела блестящую операцию. Застрелила брокера, инсценировав его самоубийство. Причем перед смертью он оставил записку о том, что неизлечимо болен. Они сумели даже поменять тело, подменив его действительно больным китайцем, и получили протокол вскрытия, подписанный светилом медицины профессором Рутенбергом.

Остальное – понятно. Теперь важно выяснить, кто из этой семерки мог войти в контакт с брокерами. На подозрении самые известные люди нашего мира. Самые известные, – повторил Дронго.

– И ты удивляешься, что за тобой объявили охоту? – спросил Эдгар. – Кто в твоем списке? Можешь назвать их имена?

– Могу. Председатель Еврокомиссии, Директор-распорядитель Международного валютного фонда, Президент Европейского банка, ведущие банкиры Испании, Италии, Германии, Бельгии. Интересный список?

– Там случайно нет Обамы или Путина? – разозлился Вейдеманис. – Ты сошел с ума! Ввязался в такую компанию! Будет настоящим чудом, если вылезешь живым из такого расследования. Даже если найдешь предателя, тебе просто не разрешат остаться в живых. Или скомпрометируют так, чтобы никто и никогда не имел бы с тобой дел. А может, просто подставят и посадят в тюрьму. Лет на двести. Кажется, директором МВФ раньше был Стросс-Кан, который считался самым реальным претендентом на пост президента Франции. А учитывая, что Саркози сумел победить даже вялый и нехаризматичный Оланд, у Стросс-Кана были все основания для победы. Но его подставили и опозорили в Америке, после чего он потерял не только все шансы на избрание, но и свою прежнюю должность.

– Верно, – согласился Дронго, – это была явная подстава. Мне особенно «нравилось», когда сообщали, что он дважды изнасиловал эту темнокожую афроамериканку. Поразительная история. Причем практически сразу Стросс-Кана признали невиновным. ФБР каким-то чудом удалось подслушать разговор этой изнасилованной горничной со своим другом, где она хвасталась, что скоро станет богатой. Либо она полная кретинка, либо все это было сделано намеренно. Стросс-Кана нужно было убрать либо из своего кресла, либо из президентской гонки. Это было выполнено блестяще. Его не посадили, не приговорили, не разорили. Его просто опозорили и вычеркнули из всех списков. А его место заняла мадам Лагард, которая много лет работала в Америке и была близка с бывшим Государственным секретарем США Бжезинским.

– Я даже не могу предложить тебе уехать, – сказал Эдгар, – никто не разрешит тебе просто так сбежать. И, судя по должностям этих людей, тебя найдут даже на краю света, не говоря уже о Москве или Риме. Ты попал в очень неприятную ситуацию.

– Это я понял, когда меня привезли на встречу с руководителями клуба, и теперь мой единственный шанс выжить – сработать профессионально и найти того, кто им нужен.

– И как ты собираешься это сделать? Будешь опрашивать этих людей? Или ты думаешь, что тебе разрешат их допрашивать?

– Не разрешат даже близко к ним подойти, – признался Дронго, – именно поэтому у меня такая сложная задача.

– Я останусь с тобой в Нью-Йорке столько, сколько понадобится, – решил Эдгар.

– Это может быть опасно, – вздохнул Дронго. – Лоусон будет обязан рассказать своим о нашем чудесном спасении и о твоем появлении. Тогда они начнут за нами следить и достаточно быстро тебя вычислят.

– Я не уеду, – упрямо повторил Вейдеманис, – это даже не обсуждается.

– Мы поговорим об этом завтра, после того как увидимся с Лоусоном, – предложил Дронго. – И учти, что один из моих «обиженных друзей» живет в настоящее время в Нью-Йорке. Это глава местного клана мафии Альфредо Прасси, руководитель компании «Пилигрим». Его выпустили под залог в два миллиона долларов, но я полагаю, что он нашел дополнительные деньги, чтобы заплатить еще и этой паре китайцев.

– Тебе не хватало своих неприятностей, и ты решил еще побороться с американской мафией, – рассмеялся Эдгар.

– Это они убрали брокера и поменяли труп, – пояснил Дронго. – Если удастся узнать, кто именно был с ними в контакте и заказал им убийство брокера, легко можно будет понять, кто и зачем начал свою игру на финансовых рынках.

– Ты знаешь его имя и место работы. Может, лучше сдашь его местным правоохранительным органам? – предложил Эдгар.

– Я же тебе сказал, что его выпустили под залог. Это своеобразная страна. Здесь можно заплатить огромный залог и остаться в доме до суда. Или заключить сделку со следователем и прокурором, чтобы поторговаться и купить себе несколько лет свободы. Страна великих тружеников и торжествующих торгашей. Страна романтиков свободы и циничных бизнесменов, искреннее считающих, что Бог – это деньги. Поэтому Прасси до сих пор на свободе. И если мы даже попытаемся захватить его до суда, то нас быстро и легко упекут в тюрьму по обвинению в нападении на этого честного гражданина, который исправно платит налоги. В этой стране торжествует американская юстиция, где вину любого человека может определять только суд.

– Ты считаешь, что это плохо? – не поверил Вейдеманис.

– Это прекрасно. Только мафия уже давно приспособилась к подобному положению дел и использует презумпцию невиновности в своих собственных целях. Хочу тебе напомнить классический американский случай. Известного гангстера и бандита Аль-Капоне удалось посадить только из-за неуплаты налогов. Все его остальные преступления доказать просто не смогли.