Перекресток - Мэтт Бролли

– Очевидно, ее шокировала смерть матери, но прошло уже немало времени. К тому же она была пожилой женщиной…

Луиза решила говорить конкретно.

– Мы нашли героин в доме Вероники.

– Героин? Нет, нет, нет, Вероника никогда бы не стала употреблять наркотики. Она не такой человек.

Луиза слышала подобные опровержения бесчисленное количество раз.

– Иногда трудно определить, употребляют ли люди, – заметила она.

– Возможно, но думаю, что заметил бы. Вероника считалась самым продуктивным и ценным волонтером. За все время, что я ее знал, она никогда не отменяла встречи и никогда на них не опаздывала.

Я не могу даже представить, что она употребляла наркотики.

Луиза решила больше не давить на молодого священника.

– Спасибо, отец Макгуайр, вы нам очень помогли.

– Пожалуйста, позвольте мне проводить вас, – предложил священник и потушил вторую сигарету.

Он повел ее обратно через церковь и абстрактные станции Крестного пути.

– Интересная архитектура, – сказала Луиза, когда они остановились у дверей церкви.

Макгуайр кивнул. Он был рассудителен.

– Да, но она далека от идеала. Я думаю, в восьмидесятые такая архитектура была в моде.

– В восьмидесятые? – переспросила Луиза.

– А вы не знали? В восьмидесятых годах произошел пожар, и большая часть церкви сгорела дотла. Часть строения уцелела, но не сохранилась – церковь было небезопасно восстанавливать. Поэтому мы и выстроили это… современное здание.

– В каком году был пожар? – уточнила следователь.

– В тысяча девятьсот восемьдесят третьем году, – ответил священник.

– Отец Маллиган служил здесь в восемьдесят третьем?

Священник на мгновение смутился.

– Ну… Полагаю, да.

Глава четырнадцатая

Прогулка Луизы от церкви до набережной была короткой. Прилив полностью прекратился. Он мог простираться на полтора километра от берега и оставлять за собой грязевую пустошь. Люди постоянно застревали в опасных илистых отмелях. С момента приезда Луизы в город два человека погибли в них, несмотря на многочисленные предупреждающие знаки вдоль пляжа.

Она посмотрела в сторону того места, где обнаружили тело Вероники Ллойд. Трудно было поверить, что это произошло всего два дня назад. Выгуливающий собаку мужчина топтал землю там, где была разбита палатка криминалистов, а его рыжий уиппет обнюхивал пятачок пляжа, словно чувствовал, что произошло на этом месте. Море смыло шансы найти дополнительные улики, и Луиза Блэкуэлл могла только надеяться, что криминалисты собрали все необходимое. Следователь ожидала сообщения из отдела судебно-медицинской экспертизы в Портисхеде, оно должно было поступить сегодня. Возможно, хотя и маловероятно, что дело будет закончено, как только придет их отчет. Все, что для этого потребуется, – след ДНК кого-то из их базы данных на теле Вероники. Тогда у них сразу появится подозреваемый.

Однако, хотя Луиза не сомневалась, что на Веронике и отце Маллигане окажутся следы ДНК убийцы, она не надеялась на совпадения с базой данных. Это было маловероятным не потому, что она считала убийцу слишком организованным и профессиональным, чтобы оставить свою ДНК на месте преступления, а потому, что подозревала – Вероника была первой жертвой преступника, его ДНК просто нет в базе. Сначала убийца расправился с Вероникой, а затем оставил тело отца Маллигана в общественном месте, где его точно должны обнаружить. Немыслимо думать, что кто-то известный полиции совершил зверское преступление, если только он не хотел своей поимки, а следователь чувствовала – он этого не хотел.

По крайней мере пока.

Луиза Блэкуэлл заказывала кофе в ларьке на набережной, когда вдруг зазвонил телефон. Она взглянула на экран: брат. Луиза почти не думала о вчерашних событиях, она и сейчас была слишком сосредоточена на текущих. Ей еще предстояло поговорить с матерью, написавшей, что Эмили останется с ними на несколько дней. Пол звонил либо для того, чтобы обвинить сестру, либо чтобы убедить ее помочь в борьбе против родителей. В любом случае Луиза не хотела вмешиваться. Она дождалась, когда телефон перестал звонить, и только потом направилась обратно к ряду развлекательных залов на Риджент-стрит. В зимние месяцы они почти пустовали и становились убежищем для местных наркоторговцев. Луиза Блэкуэлл часто задавалась вопросом, за счет чего владельцы могли позволить себе поддерживать мигающие огни игровых автоматов? Она вспомнила, как была взволнована в детстве, когда проходила мимо этого ряда зданий. Тогда аркады были построены как приложение к ярмарке, предваряя ее, но теперь они казались безвкусными и холодными. Пустые, печальные места.

Это заставило ее подумать о церкви Святой Бернадетты и ее вынужденной современности, резко контрастирующей с атмосферой Старого Света в церкви Святого Михаила и священником, управлявшим там. Священники. Сегодня она видела троих из них, хотя только двое из них были живы. Отец Райли и отец Макгуайр, как и сами церкви, были противоположностями. Райли, немолодой, серьезный священник, и Макгуайр, почти невинный юноша. Луиза не могла представить, как признаётся в грехах такому молодому священнику. Может, потому, что она старше, или потому, что не была на исповеди с одиннадцати лет?

Когда Луиза высказала предположение о жестоком обращении с детьми, Макгуайр сразу посерьезнел и слишком быстро встал на защиту Маллигана и Церкви. Придерживался ли он церковной линии или что-то скрывал? Сама по себе идея Луизе Блэкуэлл не нравилась, но им придется расследовать оба прихода на предмет подозрений в злоупотреблениях, и, если учитывать ее опыт общения с католической церковью, Луиза предполагала: это будет проблематично. Она уже работала над делами о жестоком обращении раньше, в Бристоле. Церковь любила удерживать все в свои стенах, и от ее представителей было почти невозможно получить какие-либо прямые ответы. Это одна из главных проблем в общении с организацией, верившей, что все ваши преступления могут быть прощены, если вы просто будете достаточно усердно молиться.

А потом случился пожар. Макгуайр не считал это подозрительным, но Блэкуэлл хотела разобраться в случившемся.

Она увидела Фаррелла, когда входила в участок. Сержант традиционно ухмыльнулся и сказал:

– Мэм.

– Куда ты собрался, Фаррелл? – поинтересовалась Луиза. Ей не хотелось быть с ним вежливой.

– Я видел подозреваемого – наркодилера Вероники Ллойд – в баре в Хаттоне. Я собираюсь привести его сюда и расспросить об отце Маллигане.

– Возьми с собой форму.

Фаррелл нахмурился:

– Мне она не нужна. Я знаю этого подонка. Будет делать то, что ему скажут.

– Просто возьми на всякий случай.

Фаррелл хотел сказать что-то еще, но потом просто пожал плечами.

– Ладно, вы – босс, – сказал он.

Луизе не понравилось, как Фарелл произнес слово «босс», его пожатие плечами, но она пропустила эти странности мимо ушей.

Блэкуэлл вошла в кабинет и почувствовала напряжение. Ее офицеры были заняты работой, однако царила необычная тишина. Дверь Робертсона была