Семь минут - Ирвин Уоллес

У дверей Джерри порылся в кармане, но не нашел ключей. Он сунул руку в другой карман, но и там их не оказалось. Встревоженный юноша безуспешно обшарил карманы спортивной куртки, и внутри у него похолодело. Нахлынула волна паники.

Слева в кустах послышался шорох, и внезапно яркий луч фонарика осветил его лицо. К нему подошел рослый полицейский в форме.

В свободной руке он держал блестящий серебряный брелок, к которому была прикреплена цепочка со связкой ключей.

— Ты их ищешь, сынок? — поинтересовался он. Луч фонарика упал на ключи, лежащие на ладони. Джерри растерянно замигал, заметив свое имя на диске. — Ты Джерри Гриффит?

— Да. — Джерри затрясло. Он потянулся за ключами, но полицейский быстро сжал их в кулаке. Джерри поднял голову. — Где… где вы их взяли?

— Мы нашли их, Джерри, пару часов назад на полу спальни в квартире на Догени рядом с телом девушки, которую изнасиловали. Ты поступил жестоко, Джерри.

— Я никого не насиловал!

— Нет? Подружка нашла мисс Мур и вызвала «скорую». Мисс Мур на полминуты пришла в сознание и рассказала, что ее изнасиловали. Когда ее увезли в больницу, она была в забытьи. У нее проломлен череп. Девушка в тяжелом состоянии, Джерри.

— Все произошло случайно! — пробормотал Джерри. — Она поскользнулась, упала и ударилась головой…

— А может, кто-то ударил ее, когда она сопротивлялась, а, Джерри? Сейчас это неважно. Можешь молчать до тех пор, пока не приедет твой адвокат. — Полицейский бросил взгляд через плечо юноши, и Джерри услышал шаги на цементной дорожке за спиной. — Нат, это он. Обыщи его.

Шаги приблизились, и пара опытных рук быстро обшарила его карманы. Потом лицо Джерри вновь осветил луч фонарика.

— Ты был один?

— Я… я… да, я был один. Послушайте, дайте мне…

Полицейский еще раз посмотрел через его плечо:

— Что нашел, Нэт?

— Бумажник. Немного мелочи. Еще ключи. И перочинный нож.

Полицейский с фонариком кивнул.

— Все верно, нож. Так я и думал. Они всегда берут с собой что-нибудь в этом роде, когда в одиночку пытаются изнасиловать женщину.

Джерри почувствовал, что краснеет. Его ноги внезапно стали ватными.

— Послушайте… Нет… Этот нож — сувенир из Швейцарии, когда я был… У него всякие приспособления, ножницы и…

— И лезвия, — закончил полицейский. — От чего другие ключи?

— От… от… машины, моей машины.

— Слышал, Нэт? Хорошенько обыщи машину, а я отведу его в дом. Когда закончишь, приходи туда. — Он взял Джерри за руку. — Пошли в дом.

— Нет!

— Не создавайте себе лишних хлопот, молодой человек. У вас их и так хватает… Родители ждут твоего возвращения и приезда семейного адвоката. Ты идешь со мной в дом. Тебе будет предъявлено обвинение в изнасиловании и нанесении телесных повреждений. Так что лучше не сопротивляйся, Джерри. Пошли.

Лютер Йеркс снял тяжелые золотые часы «Ролекс» и поднес их к голубым стеклам очков.

— Полпервого, — удивленно произнес он. — Я даже не подозревал, что уже так поздно. По-моему, мы неплохо поработали.

Элмо Дункан встал, потянулся и зевнул.

— Я чувствую себя как выжатый лимон.

Андервуд сложил бумаги в кожаную папку и заметил:

— Надеюсь, совещание не прошло впустую.

— Давайте соберемся через несколько дней, — предложил Ирвин Блэйр, быстро вставая. — Мы составили большой перечень новых идей, над которыми следует поработать.

— Я так устал, что даже не могу сказать, придумали мы что-нибудь дельное или нет, — сообщил Дункан. — Но мне нравится ваша энергия.

Йеркс допил третий бокал арманьяка.

— Мы не собираемся сдаваться, Элмо. — Он неожиданно наклонил голову. — Кто это может быть в такой час?

Из бильярдной донеслись тихие телефонные звонки, потом послышался приглушенный голос дворецкого.

— Наверное, моя жена, — с коротким смешком сказал Дункан. — Ну что же, господа, пожалуй, я…

В сводчатом дверном проеме возникла фигура дворецкого.

— Это вас, мистер Дункан.

— Видите? Я же вам говорил! — воскликнул Элмо.

— С вами хочет поговорить шеф полиции Паттерсон, мистер Дункан, — добавил дворецкий.

— Это хуже, — застонал прокурор. — Значит, что-то стряслось.

— Можно не ходить в бильярдную, Элмо, и поговорить отсюда. Если конечно, разговор не секретный. Здесь установлен «спикерфон» — это микрофон и громкоговоритель, чтобы можно было разговаривать прямо из гостиной. — Йеркс показал на два маленьких зеленых ящичка с дырочками над микрофоном и усилителем, стоявшие на столе между креслами.

— Да какие там секреты. Включайте, Лютер.

Йеркс наклонился и нажал кнопку на микрофоне.

Дункан кивком поблагодарил и сказал в микрофон:

— Привет, Тим. Это Элмо. Что стряслось?

— Очень не хотел вас беспокоить, Элмо, — раздался скрипучий голос шефа полиции. — Ничего необычного. Простое изнасилование на Догени в западном Голливуде. У жертвы пролом черепа, ее без сознания отвезли в больницу «Гора Синай». Самое обычное дело, если не считать того, что в нем замешана важная птица. Когда мне доложили, я подумал, что, может, вам будет интересно.

— Какая важная птица, Тим?

— Парню двадцать один год, и он во всем признался. Это сын… Фрэнка Гриффита.

— Владельца рекламного агентства? — уточнил Дункан.

— Его самого.

Лютер Йеркс вскочил на ноги и замахал рукой.

— Элмо, спросите, не ошибся ли он? «Рекламная компания Гриффита» часто выполняет мои заказы. Может, это другой…

Дункан повернулся к микрофону.

— Это был мистер Йеркс, Тим. Вы слышали, что он спросил?

— Слышал, — затрещало в микрофоне. — Да, это сын Фрэнка Гриффита.

— Не могу поверить своим ушам, — заявил Йеркс. — Знаете, кто такой Фрэнк Гриффит? Он в одной команде с Бентоном и Боулзом, Янгом и Рубикамом, Дойлем Дейном Бернбахом. Едва ли не лучшая в мире репутация… Был олимпийским чемпионом… в десятиборье… много лет назад. Сегодня он один из самых уважаемых людей в городе. Как мог его сын… Невозможно, чтобы это был его сын!

Дункан нагнулся к микрофону.

— Слышали, Тим? Вы уверены, что это сын Гриффита?

— Мои ребята задержали парня, когда он возвращался домой. Фрэнк Гриффит был дома, и он вызывал своего адвоката, Ральфа Полка. И, как я уже сказал, парень признался в изнасиловании.

Дункан посмотрел на Йеркса, потом — на громкоговоритель.

— Признался? Отлично… Что еще известно?