Личное дело сыщика - Алексей Макеев

– Учитывая то, что с момента преступления прошло два с половиной часа, можно сказать, что пока действуете оперативно. Что с машиной?

– «Ауди-100» куплена, со слов жены, два года назад на базаре. За машиной никакого криминала не числится, проверили по компьютеру.

– В компьютере всего может и не быть. Что думаешь делать дальше?

– Пусть Крячко занимается, а я продолжу поиски дочери Вербицкого, пока один, но теперь мне хотелось бы использовать и людей, и технические возможности своего подразделения на все сто процентов. Мне представляется, что я столкнулся с серьезной преступной группировкой. Не забывайте, после того, как я начал искать Анну Вербицкую, мне пришлось практически присутствовать при двух убийствах и одном изнасиловании.

Орлов поморщился.

– Ну, изнасилование, можно сказать, ты сам организовал, впрочем, это не упрек. Я сообщу обстоятельства дела замминистра Бардину, и, думаю, он не будет возражать, хотя ему придется поприжать своего приятеля Вербицкого. Я согласен. Не давать делу официальный ход мы больше не можем. Будем проводить дознание по всей форме: с протоколами, свидетелями, заключениями экспертизы.

* * *

Вскоре перед Гуровым лежала тонкая папочка с новым делом, у которого не было пока ни порядкового номера, ни даты начала следствия. На этом настоял Бардин. В папку была вложена всего-навсего одна-единственная бумажка – фотография исчезнувшей Анны.

* * *

Спрятав фиксирующую повязку под рукавом пиджака, – о том, как вправляли кисть, Гуров старался не вспоминать, – полковник без стука вошел в гримерную, где еще не так давно обретался известный оратель хриплым голосом Маревский.

Надя сидела на диванчике и читала бульварный роман.

– Ой, Лева! – воскликнула она. – Ты вовремя! Как ты красиво одет.

Гуров заехал домой и надел светло-синий однобортный костюм, который потрясающе сочетался с его голубыми глазами.

– Ты тоже ничего. – На ней была белая кофточка и оранжевый костюм: брюки и пиджачок. – Ну что, мы можем идти? – Гуров обвел взглядом комнату, где, кроме дивана, двух стульев и большого туалетного столика с зеркалом, ничего не было. На светлом линолеуме валялись какие-то бумажки, обертки от цветов, пробка из-под шампанского. В углу стояло несколько пустых водочных бутылок. – Это что, каждый раз такое?

– А чего удивляться, артисты должны снимать стресс.

– О, мне сегодня тоже не помешает расслабиться. Только прошу тебя, – он протянул к ней здоровую руку, и она подала ему свою, – не пытайся взять меня сегодня за правую кисть. Она у меня очень болит.

– Что случилось? – перепуганно спросила она.

– Ничего, производственная травма, ударился, но не сильно. Убираться ты здесь не будешь?

– Я мыла пол только перед приездом Маревского, а уж после-то зачем?

Гуров еще раз посмотрел себе под ноги.

– Когда здесь уборщица будет мыть полы, не знаешь? – Гуров нагнулся и провел пальцем по полу: – Не люблю загаженные помещения, пошли.

Полковник повез даму к Гене Андронову. Там его ждал радушный прием в любое время дня и ночи. Почему бы не воспользоваться тем, что когда-то посадил человека на год и сделал его после этого весьма состоятельным и преуспевающим господином?

Как только они вошли в бар, Артур бросил обслуживать жаждущую выпить публику и поспешил по телефону сообщить хозяину, что пришел полковник, на этот раз с дамой.

Вскоре на столе появились салатики и пиво.

Надя оказалась болтушкой, что было на руку кавалеру – меньше рассказывать о себе и меньше придумывать. Он сидел и слушал симпатичную брюнетку, изредка поддакивая. Как оказалось, она выросла в простой семье, папа всю жизнь проработал на «ЗИЛе» водителем. Мать была с образованием, но Надя от этого не стала ее больше любить. Проводила свободное время с отцом. Он ей нравился, может быть, потому, что был более добр к ней, нежели мать, которая постоянно чего-то требовала и была недовольна то ее успеваемостью в школе, то ее весьма развитой в подростковый период ленью.

– Родители живы? – поинтересовался Гуров. Оказалось, что отец умер, а мать живет в однокомнатной квартире на Краснобогатырской.

– Ты работой довольна? – Гуров переключился на Надю.

– Нервов много уходит, но я не жалуюсь. Пока платят, можно работать.

– Не могу не согласиться. Как-то по телевизору видел его шоу. Девочек пятнадцать, наверное, с собой возит.

– Бери больше, двадцать три. И мне всех надо одеть и обуть, не считая, естественно, самого маэстро.

– Вы его называете «маэстро». По-моему, у него ни голоса, ни слуха.

– Не важно. На него работает индустрия, а он, в свою очередь, на нее. Здесь просто делаются деньги. Я бы назвала Маревского как-нибудь иначе: Карабасом-Барабасом, например. Бородища у него черная, густая, да и поорать он любит.

– От его крика девочки, наверное, разбегаются.

– Совсем нет. Они его любят. И он их тоже. Может, мне хватит пить? А то я буду абсолютно ни на что не способна, – она явно опьянела.

– Вы не похожи на замужнюю женщину.

Она рассмеялась.

– Да это я так, про мужа и ребенка. Все в прошлом. Уже нет ни мужа, ни мальчика. Погибли в автокатастрофе.

– Мне жаль, – искренне произнес Гуров. Затиликал сотовый.

Звонил Крячко и просил срочно приехать на окраину города к Кузьминскому лесопарку на улицу Головачева.

– Наш старый знакомый оставил свежий след, – сообщил он ровным голосом.

– Свидетели есть?

– Ищем. Но шансов мало: место глухое.

– Понял тебя. Сиди там, буду минут через сорок.

– Тебе надо идти? – огорченно спросила она, что не может удержать его.

– Проблемы с подчиненными. Один из людей ушел с поста, прихватив с собой газовый пистолет. Но, я думаю, мы завтра сможем увидеться. Или ты уезжаешь?

– Всю следующую неделю мы в столице.

– Вот и отлично. Извини, но будет лучше, если ты мне позвонишь завтра сама в это же время, – он написал на бумажке номер сотового телефона. – Работа у меня собачья.

* * *

Гуров ехал в лесопарк, лелея надежду, что на этот раз ему удастся зацепиться хоть за что-нибудь. Маньяк убил очередную жертву. А милиция тем временем находится в неведении. Что у них есть на преступника, насилующего и убивающего молоденьких девочек? Только описания двух мужчин, данные в разное время.

Одного мужчину описала бабушка еще в прошлом году. Молодой, высокий, узок в плечах. Лица не разглядела, у бабки было плохо со зрением. Он повстречался ей на проселочной дороге на окраине поселка Заречье, что на юго-западе от Москвы.

Второе описание появилось у Гурова этой весной. Бомж нашел в лесопосадках умирающую израненную девушку и вызвал «Скорую». Спасти жертву насилия не удалось. По словам спившегося бродяги, он видел, как в сторону от девочки по не стаявшему еще снегу уходил мужчина в черной кожаной куртке и синих джинсах. Молодой, здоровый, широкоплечий бугай. С тех следов они установили размер обуви – сорок третий. Кроме того, сыщикам была известна группа крови – определили по сперме. Первая положительная – самая что ни на есть распространенная.