Вольному воля - Марина Серова

— Ну что ж, подождем, твою мать… — тем не менее угрожающе произнесла я.

— Ты не больно-то выделывайся. Я это не люблю. А то смотри… — охранник снова посмотрел на свои внушительные кулаки.

«Да, то, что ты это не любишь, я уже поняла», — с тоской подумала я, поглаживая свободной рукой шею. Вот ведь заехал, урод! Теперь, если жива останусь, будет болеть еще с месяц.

Охранник молчал, продолжая рассматривать свои руки. Это что, психологический прием такой, что ли — все время пялиться на свои кувалды? Меня невыразимо бесил этот ублюдок! Ох, мне бы только освободиться… Основательно выругавшись про себя, я немного успокоилась. Конечно, это не самый радикальный способ сбросить напряжение, лучше бы заехать как следует по наглой морде, да с ноги… Но за неимением лучшего пришлось довольствоваться малым — ругаться про себя. Надо же успокоиться и подготовиться к тому, что меня ожидает.

Прошло минут десять с тех пор, как меня приковали наручниками к лестнице. Лось продолжал разглядывать свои кулаки, а я сидела и обдумывала ситуацию, в которую попала. Вскоре послышался какой-то шум внизу. Я поняла, что это подъехала машина.

«Милицию, что ли, вызвали?» — мелькнуло у меня в голове. На данный момент это было бы наилучшим выходом из ситуации.

И тут я вспомнила: охранник сказал, что скоро приедет шеф. Значит, прибыл Сам. Интересно, зачем? Что они собираются со мной делать? Вряд ли сдадут в милицию — они с ней не очень-то дружат. А вдруг зальют мои стройные ножки цементом в тазике и бросят меня, раскрасавицу, в буйны воды родимой Волги? Эх, невеселые мысли посетили меня в преддверии встречи с Сарафановым.

— Вставай, — грубый окрик охранника вернул меня к действительности. — Пойдем, сейчас с тобой разговаривать будут.

«Хорошо бы только разговаривать», — подумала я.

Бугай номер два отстегнул меня от перил и пристегнул свободное кольцо наручников к своему запястью. Он зашагал вниз по лестнице, нимало не заботясь о том, что я не успеваю за его громадными шажищами. Мне пришлось перескакивать через две ступеньки, чтобы не скатиться кубарем по лестнице.

Мы спустились на второй этаж и направились в сторону кабинета Сарафанова. Теперь там горел свет, и я имела полную возможность рассмотреть все, что находилось внутри.

За столом сидел сам хозяин кабинета. Сарафанов был невелик ростом, лет сорока с небольшим, а может, просто так выглядел. В его волосах была видна седина, которая, впрочем, его ничуть не портила. Скорее придавала ему некий мужской шарм. Лицо с несколькими шрамами было мужественным и суровым. Да это и немудрено: кто хоть раз побывал в Афгане, тот навеки сохранит на своем лице боль и страдания, перенесенные за время войны.

В общем-то как мужчина Сарафанов был очень даже ничего. Только вот росточком не вышел. Но определенное, какое-то грубое мужское обаяние у него было. Он сидел за столом совершенно свежий, без единого следа сна на лице, несмотря на то, что было далеко за полночь. Видимо, военная закалка и здесь давала себя знать.

Сарафанов посмотрел на меня пристальным взглядом, как будто пытаясь сразу же оценить мои способности, намерения и вообще все остальное. Мой конвоир грубо втолкнул меня в кабинет и отстегнул наручник от своей руки. Затем он решил было приковать меня к трубе отопления, но Сарафанов взглядом остановил его, дав понять, что наручники с меня следует вообще снять и оставить нас наедине. И, о чудо, безмозглый на вид лосище понял его — сделал все, как надо, и вышел из кабинета.

Сарафанов жестом предложил мне сесть на стул рядом со столом, продолжая все это время смотреть на меня в упор. Если таким образом он надеялся сломить мою волю и подавить меня психологически, то глубоко ошибался. Не из той я породы людей, которых можно так легко запугать и поработить. Так что знайте, господин Сарафанов, со мной будет не так-то просто.

Еще некоторое время Сарафанов продолжал разглядывать меня, а потом заговорил, и голос у него оказался вполне приятный — мягкий и вкрадчивый:

— Ну что ж, милая девушка, давайте побеседуем.

Я молчала с вызывающим видом.

«Не о чем нам с тобой беседовать, убийца», — с вызовом подумала я, но вслух ничего не сказала. По крайней мере начало оставляло надежду на то, что пытать меня не будут.

— Надеюсь, мои ребята не слишком грубо обошлись с вами? — продолжал довольно любезно Сарафанов.

Я потерла нывшую шею.

«Да уж, твои костоломы постарались», — подумала я и взглянула на шефа исподлобья.

— Ну вы сами понимаете, работа у них такая, — как будто прочитав мои мысли, сказал Сарафанов. — Но ведь и вы тоже не правы. Залезли ночью на чужую территорию… Нехорошо.

«Вот только морали мне читать не надо! — его манера говорить начинала меня раздражать, но я тут же взяла себя в руки. — Ведь он именно этого и добивается, Танюха! Держи себя в руках, ему не удастся тебя разозлить».

Я нагло смотрела на этого босса бандитов и наемных убийц. Устроившись покомфортнее на удобном мягком стуле, я позволила себе немного расслабиться, закинула ногу на ногу, а руки скрестила на груди.

— Ну так как, будем разговаривать или нет? — Сарафанов начал терять терпение.

— А о чем нам с вами разговаривать? — проговорила я.

— Ну, может быть, вы хотите объяснить, что вы делали здесь ночью, одна? Только давайте сразу договоримся: сказочку о том, что заблудились, вы рассказывать не будете.

— Да ни о чем я с вами договариваться не собираюсь. А что я тут делала, не скажу. Ну что, вы убьете меня за это или пытать будете?

— Да нет. Зачем же так сурово? Но просто так вы отсюда не уйдете, можете мне поверить, — взгляд Сарафанова вдруг стал жестким и колючим.

— Вызывайте милицию, — бесшабашно ответила я и посмотрела ему прямо в глаза. Пусть знает, что мы тоже чего-то стоим и не таких видали.

— Милицию, говорите? — Сарафанов на минуту задумался. — С милицией мы всегда успеем. Да и что-то вы слишком cвободно о ней говорите. Наверняка у вас там связи. Нет уж, так легко вы не отделаетесь. Для начала, наверное, нам нужно познакомиться. Меня зовут Владимир Иванович. Фамилия моя Сарафанов. Да вы и сами наверняка все знаете.

Хозяин кабинета вопросительно посмотрел на меня, видимо ожидая, что сейчас я начну рассказывать ему в подробностях свою автобиографию.

Я молчала.

Сарафанов подождал, но, не встретив понимания с моей стороны, решил продолжить свой монолог.

— Не хотите говорить, не надо. Ваше имя недолго выяснить. Я, когда ехал сюда, заметил в посадках бежевую «девятку», скрытую в кустах. Плохо вы маскируетесь, гражданочка, как вас там… Сейчас ребята принесут оттуда ваши документы, и мы наконец-то выясним, кто вы и зачем сюда явились.

«Ну и пусть себе выясняют», — зло подумала я.

Про машину я совсем забыла. А там в бардачке лежат мои водительские права и кое-какие бумажки. Ну, не беда. По этим документам они смогут узнать лишь мое имя и фамилию, не больше. Да и на здоровье. В смысле — пусть подавятся.