Жаркая вечеринка - Марина Серова

— Да. Они в Россию сахар поставляют.

— Поня-ятно, — протянула я.

— Да что тебе понятно? — игриво хихикнула Светка. — Грушин-то этот, как мне Ромка рассказывал, с головой в свои выборы ушел, появлялся в конторе только изредка, Яков Григорьевич за него практически все дела вел. Слава богу, что такой человек нашелся! Грушин только купоны стриг. Я ведь его новую любовницу знаю, вернее, видела пару раз — ниче так баба, стильная и на рожицу смазливая. Но немного какая-то расторможенная. Как Рому моего увидела, начала ему глазки строить. Да не на того напала! У Ромки манеры — что надо! Он и бровью не повел: он таким, как Оля, цену знает.

«Ну, пошли опять бабские дела», — с досадой подумала я, принимая от Светки огромный желтый банан. Она мыла помидоры и огурцы.

— Вот и славненько, сейчас салатик сделаем. Ромка говорит, что в Израиле и овощей, и фруктов — завались! А мы тут загибаемся без витаминов. Нет, Тань, если так и дальше все между нами пойдет, я не откажусь с ним куда-нибудь в Иерусалим слинять. Представь себе: море, пляжи, пальмы, тачки крутые, тряпки, какие хочешь, а кругом евреи богатые на тебя зенки таращат! — Она не удержалась и рассмеялась своим глуповатым мечтам. — Ты с нами-то, надеюсь, пообедаешь?

— Не обижайся, Светик, дел невпроворот!

— Вечно ты так! Да не деликатничай, ты нам не помешаешь! — Она хитро и многозначительно посмотрела на меня.

— Ты мне лучше скажи, где тебя искать, когда нужно будет тебе машину возвратить?

— Да на работу можешь пригнать…

— А если вечером пора настанет? — Моя неуместная, может быть, в Светкиных глазах, настойчивость объяснялась простой причиной: я решила — тоже на всякий случай — узнать ее новый адрес. Вернее, адрес ее крутого парня.

— Набережная Космонавтов, двадцать семь, квартира восемь, — неохотно сказала Светка.

— Да ты не бойся, — успокоила ее я, — я зря беспокоить не буду.

— Ой, не в этом, Тань, дело, просто, сама понимаешь, квартира-то не моя. Ромка хоть от меня и тащится, а кто его знает, понравится ли ему это? — Светка бросила на меня виноватый взгляд.

Поработил прямо ее этот вежливый, заботливый Рома!

— У него что же, своя хата? — не унималась я.

— Снимает, но говорит, что скоро своя не хуже будет.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, — с доброй порцией иронии сказала я. — Ну, Светик, мне пора.

— Ты в бегах, что ль? — вперила она в меня проницательный взгляд.

— Что-то вроде того, я тебе позвоню, узнаю, как у тебя дела с отъездом обстоят, — пошутила я.

— Вот, возьми, — Светка протянула мне ключи от машины, — и сумку свою не забудь.

— Ты меня не видела и ничего обо мне не знаешь, поняла? И Роме своему не трепись!

Светка молча утвердительно кивнула. Любезно попрощавшись с Романом, я вышла из квартиры, предоставив любовникам пространство и время для сладких мирских забав.

Рядом с белой Светкиной «девяткой» величественно застыл гигантский бутылочно-зеленый с перламутром девятьсот шестидесятый «Вольво». Устроившись за рулем Светкиной машины, я запустила двигатель.

Теперь, пока я не найду настоящих убийц Грушиной, мне придется находиться на нелегальном положении. Дома появляться я, естественно, не могла, но у меня была «конспиративная» квартира, оставленная мне двоюродной бабушкой. Я держала ее именно для подобных критических ситуаций, и уже несколько раз мне приходилось ею пользоваться.

Квартирка была однокомнатной, но очень уютной. Я сохранила практически нетронутой ее обстановку, всякие безделушки вроде фарфоровых слоников, гобеленовых покрывал и вышитых накрахмаленных салфеток на этажерке.

Находилась она недалеко от детского парка, почти в центре Тарасова, но в то же время в стороне от шумных транспортных потоков. Единственной помехой было дребезжание трамваев. Но и с ним, по необходимости, можно было свыкнуться.

Клапаны у Светкиной «девятки» по-прежнему стучали. Притормозив у супермаркета, я вышла из машины. Нужно было запастись кое-какой провизией. Мой выбор остановился на замороженных мясных полуфабрикатах, сыре, соленых шампиньонах и копченых ребрышках.

Прихватила я также пару пачек хрустящих хлебцев и немного овощей, упакованных в пенопластовые ванночки. Получилось два объемных пластиковах пакета. Запас спиртного и консервов практически не расходовался. Если такое иногда случалось, я его своевременно пополняла.

Так вот, значит, о какой «перемене места жительства» предупреждали меня кости!

Войдя в свою конспиративную квартиру, я разложила провизию по полкам холодильника, бросила мясо на сковороду и, разрезав пару помидоров пополам, слегка их посолила.

Пообедав, я села с сигаретой в кресло, восстанавливая в памяти события сегодняшнего дня и решая, что же мне делать дальше.

Покушение на мою жизнь и убийство Грушиной с попыткой свалить его на меня как-то не состыковывались друг с другом.

Тот, кто пытался меня убить, не мог знать, что я буду у Грушиной, этого вообще, кроме меня и ее, никто не знал… А если бы знал, то не стал бы взрывать мою машину. Значит, эти два происшествия никак между собой не связаны. Вроде бы логично.

Кстати, о новой машине нужно пока забыть, во всяком случае, до тех пор, пока я не найду убийцу Грушиной и не сниму с себя подозрений. Я наверняка уже в розыске, и оформить машину на свое имя мне не удастся. Ничего, перебьюсь пока этой.

Кто же мог знать о том, что я буду у Говорковой? Только я и она. Я-то точно никого об этом не извещала, а вот за Лидку поручиться не могу. Может быть, кто-то следил за мной? Но обычно я сразу это чувствую, во мне распрямляется какая-то скрытая пружина, которая подает мне сигнал тревоги. Это трудно объяснить, я просто улавливаю флюиды на уровне подсознания и знаю: что-то не так. После этого включаются уже зрение и слух.

Частенько судьба подбрасывает людям различные сюрпризы, как бы подавая им знаки. Одни не обращают на это внимания, другие считают случайностью, не имеющей под собой никакого основания, третьи просто не замечают.

У меня же ко всем случайностям особый подход, я уверена, что просто так ничего не происходит, поэтому и принимаю так называемые случайности как информацию к размышлению или действию.

Вот, например, сегодня, приехав к Светке за тачкой, я совершенно случайно услышала от нее о Грушине и его заместителе, не говоря уж о встрече с Романом, который оказался племянником Якова Григорьевича. Можно, конечно, не обратить на это внимания, но меня почему-то заинтересовал этот сахарно-автомобильный бизнес.

Из числа участников «водной» вечеринки, пожалуй, только Абрамов был непосредственно связан с грушинским сахаром. И если он знал о готовящемся убийстве Грушина, то ему, конечно, не стоило торопиться с возвратом долга.

С другой стороны, он мог быть в сговоре с кем-то из грушинского окружения. Не исключено, что его взаимодействие с людьми Грушина не ограничивалось лишь реализацией сахара. Полученная от Светкиного знакомого информация относительно того, что он занимается, помимо всего прочего, и автомобильным бизнесом, подвигла меня на это предположение. В любом случае я должна еще раз пообщаться с Абрамовым, чтобы уточнить кое-какие детали. После этого нужно будет еще раз навестить Якова Григорьевича Вайсмана.