Цветочное алиби - Дарья Калинина

После этого брат с сестрой обменялись долгим, очень многозначительным взглядом. А затем Света посмотрела на гостей и явно через силу, но все же кивнула им:

– Милости просим в наш дом. Пойду распоряжусь, чтобы слуги приготовили вам комнаты.

– А мне что делать? – спросил невысокий плотного телосложения коротышка – муж Светы.

– Борис, предложи пока что нашим гостям выпить.

– В половине третьего утра?

– Ах, в самом деле! Со всеми этими событиями… я сказала глупость. Пойду и распоряжусь насчет комнат.

Мариша уже решила, что вопрос решен, как вдруг из угла раздался еще один женский голос.

– Погоди, Светка! С каких это пор ты распоряжаешься в нашем доме?

– Сима, не начинай, пожалуйста! – поморщился Геннадий.

– Нет, я хочу сразу же расставить все точки над «i»! Ринки не стало, старшая в доме теперь я! И только я имею право отдавать распоряжения прислуге.

– Хорошо! – вспыхнула Света. – Иди и распоряжайся! Хозяйка!

– А я еще не решила, стоит ли оставлять в доме эту странную троицу.

И обладательница противного голоса наконец-то выдвинулась на середину комнаты. На вид ей было лет сорок пять – пятьдесят. В отличие от Светы она явно следила за собой, хотя и без того успеха, какого добивалась Рина. Фигура у этой особы была тощая и долговязая. Сухие руки и ноги так туго обтягивала кожа, что казалось – она в любой момент может порваться. Нос длинный, глазки маленькие. А волосы тонкие и безжизненные. Вообще же, у нее был вид законченной стервы, каковой она и являлась на самом деле.

– И сколько ты им пообещал заплатить? – с оскорбительным подозрением разглядывая гостей, поинтересовалась эта особа. – Учти, мне они не кажутся особенно компетентными. И платить им из своего кошелька я не собираюсь. И из денег, которые оставлены Риной на хозяйство, я тоже ни копейки на эту авантюру не выделю.

– Успокойся, Сима! Если понадобится, то я заплачу сам!

– А еда? – не успокаивалась вредина. – Они ведь будут жить у нас в доме?

– Будут.

– Значит, их нужно кормить! А на чьи, позволь спросить, средства?

– Сима! Ты просто смешна со своим крохоборством! Не объедят они нас!

– Нет уж, извини! Ведь неизвестно, сколько времени займет у них расследование. Может быть, несколько дней, может быть, неделю, а то и месяц! И все это время мы должны их кормить? На какие шиши?

– Разве я у тебя что-то прошу?

– Просто я тебя предупреждаю, чтобы ты на меня в этом вопросе не рассчитывал.

– Господи, Сима! – не выдержала Света. – О чем ты тут толкуешь? Все в доме и так знают, что ты нищая и безработная бездельница! У тебя даже для себя самой ни гроша нету. Да и не было никогда. Тебя же Рина содержала, словно младенца. Кто у тебя что-то просит?

Мариша думала, что Сима смертельно обидится. Но она лишь поджала губы и заявила:

– Всего лишь хотела, чтобы вы об этом помнили. Я поселю ВАШИХ гостей в голубой спальне. А китаянке выделю желтую.

– Сима! В этих комнатах еще не закончен ремонт. И там нет отопления!

– Ничего! Небось не бары! На дворе весна, перетерпят как-нибудь!

И вдруг молчащий и не участвовавший до сих пор в разговоре Толя поднял голову и ледяным тоном произнес:

– Ты поселишь их на первом этаже. В наших гостевых комнатах с камином.

Мариша удивилась. Она думала, что Толя вообще не слышит, что происходит. Вид у него до сей минуты был отсутствующий и как бы отрешенный. А вот – нате вам! Очнулся и выступил на защиту своих гостей.

– Еще чего! – вспыхнула Сима. – Не буду я так делать!

– Ты это сделаешь! – еще холодней произнес Толя. – Сделаешь, потому что я так сказал. Или сию минуту вон из этого дома!

– Куда же я пойду? – явно растерялась Сима. – И вообще… Ты тут не распоряжайся! Теперь за хозяйку в доме буду я!

– Рина умерла, – глухо произнес Толя. – Хозяйки в этом доме больше нет. Остался только хозяин. А я решил, что гости будут жить на первом этаже. Все. Точка! И еще, сразу же скажу на будущее, кто не согласен с моими решениями, может прямо сейчас выметаться вон. Я в отличие от Рины никого из вас не держу! Вы мне не родня! И любви к вам я не питаю. Не хотите жить по моим правилам – скатертью дорога! Дверь будет открыта только в одну сторону.

И сделав это заявление, он широким шагом двинулся прочь, оставив кучку смятенных родственников в полном замешательстве.

– Что это с ним случилось? – пробормотала Света. – Какая муха его укусила?

– Прямо не узнаю нашего Толика-кролика, – добавил ее муж. – Никогда его таким не видел!

Мариша только усмехнулась. Надо же! Толик– кролик. Однако никогда не следует забывать, что и у этого кроткого зверька тоже есть зубы, и очень острые, отточенные на морковке и прочих корнеплодах. И тяпнуть он ими может так, что будьте нате. Чуть зазеваешься – половины пальца как не бывало.