Чернильно-Черное Сердце (ЛП) - Джоан Роулинг

— Кеа, — сказал Страйк, — сказала мне, что после того, как Аноми упомянул кошку, она сказала, что не любит их из-за того, что они делают с популяциями птиц. Когда она сказала, что ее мать разводит попугаев, он тут же заявил, что у него тоже есть попугай.

Робин несколько секунд ничего не говорила, а потом спросила,

— Так ты думаешь, что Кеа сказала тебе правду об этом взаимодействии? Она ведь не показывала его тебе, верно?

— Нет, — сказал Страйк. — Она сказала мне, что заблокировала Аноми после того, как он нагрубил, так что ты больше не можешь этого видеть. Что тебя беспокоит?

— Ну — кучка мужчин или мальчиков-подростков явно ошивается в фэндоме Чернильно-Чёрного Сердца, пытаясь подцепить либеральных, левых женщин и девушек, так? Все используют линии Коша?

— Согласен.

— Ну, за Кеа наверняка приударил один из них, не так ли? Она очень красивая, и последние пару лет она повсюду в Твиттере.

— Ты думаешь, она выдумала историю о том, что Аноми приставал к ней? Просто процитировала разговор, который у нее был с одним из этих парней?

— Да — не понимая, что все это — схема и может быть отслежена до Коша. Кроме того, я не понимаю, почему она не сохранила тот разговор с Аноми, если он имел место, потому что это заставляет Аноми выглядеть немного идиотом, не так ли? Особенно фраза про попугая. И это также подтверждает ее утверждение, что она не Аноми. “Слушай, он и меня домогался”.

— Справедливо, — сказал Страйк. — Значит, ты склоняешься к теории Рейчел, что Аноми — женщина?

Робин задумалась на некоторое время. Наконец она сказала,

— Я просто не знаю. Пока я не поговорила с Рейчел, я думала, что ближе всего к настоящим Аноми мы подобрались по тем прямым сообщениям, которые он посылал Джошу — очень высокомерный, явно образованный и явно считающий, что он должен взять на себя творческую роль Эди. Но разговор, который Рейчел только что описала мне, и который произошел еще тогда, когда все это началось, странный, не так ли? “Мы с Эди, по сути, один и тот же человек”. Рейчел сказала, что так не говорят обычные мальчики и мужчины, и я согласна. Я уверена, что Рейчел сказала мне правду об этом разговоре: она явно мучает себя сожалением о том, что вообще вступила в игру. Я не могу понять, зачем ей лгать.

— Я сказала тебе, что еще в самом начале расследования я думала, что у Аноми с сексом что-то не так. Никакого флирта, никаких попыток познакомиться или встречаться с девушками, пытаясь привлечь их внимание. В игре, да, он другой, он может быть грубым и агрессивным, но, как я уже говорила тебе, иногда это кажется немного надуманным — то, что от него ожидает мужчина в сети.

— Ну, мне всегда нравилась твоя теория “Кеа как Аноми”, — сказал Страйк. — Но ради аргумента, давай предположим, что Аноми действительно пытался подкатить к Кеа, используя реплики Коша. Нет причин, по которым Аноми не мог бы также маскироваться под одного из этих Максов и Золтанов, которые пытаются подцепить девушек, не так ли?

— Нет, наверное, нет, — сказала Робин, — но зачем заводить другие аккаунты, чтобы пытаться подцепить девушек, если все девушки Чернильного Сердца очарованы Аноми?

— Чтобы сохранить чистоту и анонимность Аноми?

— Это возможно, — с сомнением сказала Робин, — но, Боже мой, если Аноми ведет игру, постоянно пишет в Твиттере и пытается подцепить как можно больше девушек, используя систему Коша, когда же он будет спать?

— Определенно, ни на что другое времени не остается, — согласился Страйк. — И у нас теперь есть еще одна загадка, не так ли? Какого черта Викас Бхардвадж, астрофизик из одного из самых престижных университетов мира, общается с Аноми?

— Она моя сестра, — процитировала Робин. — Знаешь, я подумала…

Зазвонил мобильный Страйка, и он сразу же перешел на Bluetooth. Он ответил на звонок, и из динамика раздался голос Мидж.

— Страйк?

— Да, я здесь, и Робин тоже.

— У меня новости… о Россе…

Мидж запыхалась. Страйк и Робин посмотрели друг на друга.

— Все в порядке? — сказал Страйк.

— Да… в порядке… Мне просто пришлось пробежать… около полумили… просто восстанавливаю дыхание…

— Ты был8а у Росса в деревне, верно?

— Да… я нарушала границы… Не сходите с ума, мне пришлось… это был единственный способ достать то, что нам нужно…

— Хорошо, — сказала Мидж, сделав глубокий вдох. — Итак, я сидела на холме с видом на это место, наблюдая за территорией в бинокль.

— Это холм, принадлежащий Россу, я так понимаю?

— Да, но это была единственная точка обзора, с которой я могла нормально видеть. Я была за деревьями. В любом случае, около часа назад появились две старшие девочки, которые вывели пони на — как вы называете место, где вы катаетесь, но не поле?

— Школа на открытом воздухе? — предположила Робин.

— Хорошо, если это то, что есть, — сказала Мидж. — Страйк, я думаю, ты будешь в бешенстве из-за некоторых вещей, но я бы, черт возьми, сделала это снова.

— Если только ты не перестреляла детей из снайперской винтовки, я не могу позволить себе уволить тебя, когда у нас так мало людей, — сказал Страйк. — Переходи к делу.

— Хорошо, они прыгали через трамплин и все такое, а потом Росс вышел посмотреть на них, и я начал снимать.

— Ладно, съемка на частной территории незаконна, но если это оставить…

— И младшая девочка ушла в себя, а отец наблюдал за ней. Пони продолжал отказываться. Тогда этот придурок пошел в школу, поднял планку на прыжок повыше и сказал ей сделать это снова. Она повела пони, но он сбил верхнюю планку. Тогда он поднял планку выше.

— Я знала, что должно произойти, — сказала