Игра в убийство - Найо Марш

— Я уверен, что они делают все, что надо, — возразил мистер Беннинден. — До свидания, мой мальчик.

Найджел медленно побрел обратно к дому. Его совершенно не прельщала перспектива провести остаток дня в помещении. В компании господствовало мерзкое, похоронное настроение. Неестественная, вынужденная близость начала действовать всем гостям на нервы. Найджел понимал, что странные и тайные подозрения вызывали брожение умов. Фрэнток был отравлен. Размышляя, как было бы здорово уехать отсюда, он свернул с подъездной дорожки и пошел по тропинке в сторону леса. Не успел он отойти подальше, как за поворотом показалась зеленая скамья, на которой, странно съежившись, сидела Розамунда Грант.

С тех пор, как случилась трагедия, Найджел почти не видел ее. Как только официальный обыск их комнат был закончен, Анджела и доктор Янг проводили ее наверх, и с тех пор, насколько ему было известно, она там и оставалась. Розамунда подняла голову и уловила его взгляд. Чувствуя, что возвращаться уже неудобно, и ощущая ужасную натянутость, возникшую между ним и остальными, он подошел и задал приличествующий обстоятельствам вопрос о ее здоровье.

— Лучше… — сказала она своим глубоким голосом. — О да, мне лучше, благодарю вас. Я присоединюсь к вашей веселой компании во время следствия по делу об убийстве вашего кузена.

— Не надо так! — сказал Найджел.

Она нетерпеливо всплеснула руками.

— Я что-нибудь не то ляпнула? — спросила она. — Вы не допускаете мысли, что убийца — среди нас? Мы с Анджелой говорили об этом, или, скорее, Анджела говорила, а я слушала. Своеобразная личность эта Анджела.

Найджел не ответил. Розамунда пристально смотрела на него.

— О чем вы думаете? — спросила она. — Хотите знать, не я ли убила его?

— Мы все хотели бы знать это друг о друге, — жестко сказал Найджел.

— Только не я.

— Вы счастливее нас.

— Мне бы только хотелось знать, что делает этот человек — Аллейн, что ему удалось выстроить из целой груды мелких подробностей, к чему он пришел. Говорят, Ярд никогда не ошибается в своих подозрениях, хотя не всегда удается доказать их. Вы верите в это?

— Все мои знания почерпнуты из детективных романов, — признался Найджел.

— Мои тоже. — Розамунда беззвучно рассмеялась, пожав хрупкими плечами. — А в наше время эти люди из Ярда до того натуралистичны, что их трудно выносить. Этот человек, Аллейн, с его видной внешностью, изысканными манерами и всякими штучками как будто пришел из времен короля Эдуарда. Он мучает меня с таким благородством, как будто оказывает мне честь. О Господи Боже мой, как бы мне хотелось, чтобы Чарлз был жив!

Найджел промолчал, и вскоре Розамунда заговорила снова.

— Знаете, — сказала она, — неделю… нет, дня три назад я вполне серьезно думала, что была бы рада, если бы знала, что мне предстоит умереть. А сейчас… сейчас я в ужасе.

— Что это значит? — вспыхнул Найджел, но тут же взял себя в руки. — Нет, не говорите, если вы не уверены, что не пожалеете об этом.

— Я вам многое могу сказать, — ответила она, — вы же не инспектор, которого я боюсь.

— Но почему бы вам не пойти к нему и не облегчить себе душу, что бы там ни было?

— Как! Выдать себя?

— Я вас не понимаю, — с упреком сказал Найджел. — Почему вы не можете рассказать Аллейну, что вы делали, когда поднялись наверх? Нет ничего опаснее вашего молчания.

— Допустим, я расскажу, что пошла искать Чарлза…

— Вот как? Но зачем?

— Кто-то идет, — быстро сказала она.

Действительно, из-за деревьев донеслись легкие шаги. Когда из-за поворота тропинки появилась Марджори Уайлд, Розамунда встала.

Марджори была в черном пальто, без шляпы. Увидев их, она замерла как вкопанная.

— О… привет, — сказала она. — Я не знала, что вы оба здесь. Вам лучше, Розамунда?

— Да, спасибо, — ответила Розамунда, пристально глядя на нее. Тяжелое молчание повисло между ними. Миссис Уайлд неожиданно попросила у Найджела сигарету.

— Мы славно поболтали насчет убийства, — сказала Розамунда. — Как вы думаете, кто это сделал?

Миссис Уайлд приложила ладонь к щеке, слегка оскалив зубы. Ее голос, обычно такой резкий, наконец вернулся к ней на вдохе.

— Я вас не понимаю — как вы можете так об этом говорить… и вообще..?

— Вы хорошо играете глубокое потрясение, — отрезала Розамунда. — Полагаю, вы это действительно ощущаете, но не так, как хотите нам внушить.

— А вы-то! — взорвалась миссис Уайлд. — Говорите и говорите, несете всякую умную чушь, которая дает вам ощущение собственного превосходства. Меня тошнит от умничанья!

— Нас всех уже тошнит друг от друга, — уныло сказал Найджел, — но, Бога ради, давайте не говорить об этом так часто. Когда о чем-то много говорят, это обычно сбывается.

— А мне не важно, сколько раз я скажу, кто сделал это, — быстро ответила миссис Уайлд. — Все и так ясно. Это сделал Василий. Он был вне себя от того, что кинжал попал к Чарлзу. Он никогда не любил его. Он сбежал. Почему его не задержат и не отпустят всех нас?

— Я пошла, — внезапно сказала Розамунда. — В половине пятого придет доктор Янг лечить меня от последствий убийства: «Продолжайте принимать микстуру».

Ее поспешный уход смахивал на бегство.

— Вы не видели Артура? — спросила миссис Уайлд.

— Полагаю, что он в доме, — ответил Найджел.

— Я уверена, что все мужчины очень странные. — Это, очевидно, было коронное изречение миссис Уайлд. — Артур, видно, не представляет, как я все это переношу. Он бросает меня на произвол судьбы, а тем временем вместе с Хьюбертом изучает историю русской дипломатии. Довольно эгоистично с его стороны, и какая от этого польза?

— В некоторых случаях это, конечно, может принести большую пользу, — пробормотал Найджел.

— Мне кажется… Ах, вот он! — перебила она сама себя.

Ее муж вышел на террасу и прогуливался туда-сюда, покуривая сигарету. Миссис Уайлд поспешила к нему.

— Бедный Артур! — вздохнул Найджел.

Он пошел дальше по тропинке, которая, описав широкую дугу, привела его к выходу во фруктовый сад позади дома. Воздух был наполнен приятным терпким запахом сжигаемой листвы.

За стеной фруктового сада, где раскинулся лес, на краю зарослей, узкой спиралью поднимался голубой дымок, растекаясь в воздухе тонкими завитками. Найджел обошел сад снаружи и вышел туда. Завернув за угол стены, он увидел впереди знакомую фигуру. Ошибиться было невозможно — доктор Токарев торопливо уходил в заросли по узенькой тропке.

Найджел импульсивно отпрянул за угол. Он почувствовал, что больше не в состоянии выслушивать пылкие сентенции русского относительно подлости английских полицейских методов, и решил дать ему время уйти. Только через минуту или около того Найджелу вдруг пришло в голову — а чем, собственно, здесь занимался Токарев? В его поведении было что-то странное, слегка таинственное; и что он такое нес? Слегка посмеиваясь над собой, Найджел решил дождаться возвращения русского. Он перепрыгнул через запертую калитку и уселся, привалившись спиной к прогретой солнцем кирпичной стене. Рядом в пожухлой траве лежало сморщенное яблоко. Он надкусил его и почувствовал сладкий вкус подгнившей мякоти.