Особняк Уэнсдеев - Каролина Осипенко

— С тем, что меня положат в психушку, из которой я возможно никогда не выберусь и, может быть напичкают таблетками, чтоб я даже разговаривать не смог. Конечно я согласен. Что за вопросы?

— Это рискованно, не спорю. Но это шанс. О вас никто не знает, и я могу придумать вам любую историю. Ну а дальше — как повезет.

— Я за себя не переживаю, если бы я уже разобрался с эти делом и понял куда пропала Лилит, хоть сам бы зашел в эту больницу. Но если я оттуда не выйду, все, что я делал, будет напрасно. Мэр продолжит свои преступления, а дети и их родители продолжат страдать.

— Я обещаю, что, либо я вас вытащу, либо лично продолжу дело. Я вам доверилась, поэтому этот разговор и состоялся, теперь доверьтесь и вы мне.

Выбора нет, если моя судьба — остаться в психбольнице, значит так тому и быть. Но скажу честно, мысль о том, что Элизабет решила таким образом избавиться от меня, не покидала мою голову. Посмотрим, что будет.

Глава 13

Мы потратили пару дней на подготовку. Мне сделали новые документы с другим именем, а то слишком опасно будет, если начнут меня пробивать по базе и увидят, что я полицейский, да еще и из другого города. Я лег в больницу под наблюдение мисс Голд с диагнозом депрессия, которая позже оказалась психозом. Я мастерски изображал галлюцинации и смену настроения, нес всякий бред и мог даже проявить агрессию просто так. И вот, уже сегодня меня переводят в психиатрическую больницу, где лежит Нэнси. Элизабет дала мне банку таблеток, чтоб я менял те, что мне дают, на обычные витамины, чтоб не получить психоз по-настоящему. Везли меня в скорой помощи, рядом сидела мисс Голд. В ее глазах я видел переживание и поддержку. Я верю, что у нее получится вытащить меня отсюда.

Когда мы приехали, я увидел огромное здание, ухоженный дворик, но точно не вызывает положительных эмоций. Обычная больница, по сравнению с этой, кажется самым приятным местом на земле. Элизабет осталась за воротами, а меня провели санитары в мою палату. С моим диагнозом, мой врач посоветовала не допускать меня в общие комнаты ночью, поэтому спать я буду в одиночку. Среди здешних обитателей я искал Нэнси, но пока мне проводили экскурсию, я ее так и не нашел. Зато, увидел, как тут все устроено изнутри, зрелище не для слабонервных: кто-то сидит и читает воображаемую книгу, кто-то смеется и плачем в углу, кто-то начинает все крушить вокруг, после чего таким вкалывают снотворное и уносят в отдельных отсек больницы для особо опасных. Будет трудно соответствовать им всем.

После того, как мне все показали и рассказали, разрешили посидеть в общем зале, от чего я решил не отказываться. Я молча сидел и наблюдал за всеми, думаю мое выражение лица точно не вызовет никаких сомнений, потому что я в полном ужасе от того, где нахожусь. Все белое, больные и врачи в белом, кто-то полностью замотан, чтоб ничего не натворить, стоит полка с детскими игрушками, какие-то дедушки и бабушки сидят на полу и играют с ними как в детском саду. Как Нэнси, при своем уме, провела тут столько лет? Я тут нахожусь где-то час, а меня уже колотит. Пока я сидел и вникал в процесс, ко мне подошел парень.

— Давай играть? — сказал он с большим интересом и выпученными глазами.

Чего? Какой играть? Как с тобой играть? Я не хочу с тобой играть, уйди от меня пожалуйста. Но так сказать нельзя.

— Во что? — пытаясь изобразить такой же безумный интерес, сказал я.

— Ты что не видишь? — Парень кивнул за мою спину, где стоял стол дежурного врача. И что мой, якобы больной, мозг должен там увидеть?

— Как мы будем в это играть? — Неплохой у нас выстраивается вопросительный диалог.

— Ты никогда не играл на таких площадках?

Боже. Что происходит? Какая площадка? Что он несет? А самое главное, как мне на это отвечать?

— Я играл в эти игрушки, они очень интересные. Ты видел тот шарик? Он же… Синий. Давай поиграем с синим шариком? — Остановите эту планету. Это невыносимо.

— Ахахахахахахаххаах — посмеялся парень и убежал.

Согласен, очень смешно. Я прям свечусь от счастья, радости и безудержного веселья. Услышав какой-то шум позади спины, я обернулся и увидел, как этот парень запрыгнул на стол, начал рвать и разбрасывать какие-то бумажки. А еще он смеялся без остановки. Санитары, по своей схеме, вкололи ему что-то и начали уносить. А парень ведь на площадке просто хотел поиграть. На самом деле, мне очень жалко этих людей, возможно, они даже не сделали ничего плохого. Но не смотря на мою жалость, общаться больше я ни с кем тут не хочу.

…

Прошло 3 дня моего нахождения тут. Эмоции не описать. Я еле сдерживаюсь, чтоб не послать тут всех куда подальше. Со мной разговаривают на столько мило, на сколько не разговаривают даже с детьми. Еда пресная, без соли и сахара. Таблетки я так же меняю на свои. Но самое главное, я так и не нашел Нэнси. Почему я даже краем глаза ее нигде не увидел? Я не выдержу, если мое нахождение тут — пустая трата времени. Этот город неплохо потрепал мои нервы. Что я тут только не испытал. Кому расскажешь, не поверят.

Я сидел обедал свою безвкусную ячневую кашу, я ее ем уже третий день. Если я отсюда выберусь, сразу побегу есть самый жирны и соленый бургер. Мой обед прервал врач. Он взял меня за руку и повел куда-то. Конечно, я испугался. Вдруг они узнали, что я нормальный, вдруг они поняли, что я не пью нужные таблетки. Вдруг они просто так меня выбрали как жертву на опыты. Откуда я знаю, чего ожидать от этого города. Ну и я посчитал, что нет ничего лучше, чем включить агрессию. Немного. Я начал брыкаться и вырываться, я даже рычал.

— Да угомонись ты, иначе тебя сейчас заберет санитар, который вколет тебе настоящее успокоительное — сказал шепотом мне врач. Я решил молча принять свою судьбу. Пока я прибывал в небольшом шоке, меня завели в комнату, похожую на кладовую. Меня сейчас убьют. Я все понял. Мои опасения сбылись. Прощай жизнь, прощайте