Месть в смирительной рубашке - Марина Серова

«И ведь кто-то покупает все это», – подумала я про себя.

Продавщица, похоже, была не в восторге от своей работы – она сделала вид, что не замечает меня, погрузившись в экран своего мобильного.

Когда я поздоровалась с ней, она подняла глаза и изобразила радостную улыбку.

– Вам шарики надуть? – спросила она. – Есть по десять рублей, двадцать, пятьдесят, сто, какие хотите?

– Нет-нет, спасибо, – улыбнулась я в ответ. – Шарики мне не нужны…

– А, вы за заказом? – не дала мне продолжить девушка. – Все готово, думала, вы позже придете…

– Нет, я не покупатель, – проговорила я. – Понимаете, я ищу свою знакомую Марию Лисихину. Вроде она работает здесь, верно? Вижу, что сегодня не ее смена, у Марии что-то с телефоном, не отвечает. Лисихина заняла у меня деньги, довольно крупную сумму, но неожиданно пропала. А деньги мне очень нужны, вот я и пытаюсь ее найти!

– Ой… – растерялась девушка. – Я ведь стажировалась у Маши, вы, наверно, ничего не знаете… Вы только не думайте про нее ничего плохого, она вернет вам деньги, которые заняла, только, боюсь, не скоро…

– То есть? – Я изобразила удивление. – Не понимаю… С ней что-то случилось?

Моя собеседница посмотрела куда-то в сторону, я тоже оглянулась. В магазин зашли покупатели – пара с ребенком направилась к точке с воздушными шариками.

– Покупатели, – вздохнула молодая женщина. – Можете подождать немного? Я освобожусь и все вам расскажу!

– Да-да, конечно, я никуда не тороплюсь. – Я сделала вид, что рассматриваю витрину.

Родители с дочкой лет пяти подошли к точке «Веселая затея», папа спросил девочку:

– Хочешь шарик?

– Да! – громко заявило дитя. – Розовый! И еще хочу вон того котика!

– Сколько у вас стоит шарик и котик? – спросил мужчина продавщицу. – Шарик подешевле, пожалуйста.

– От десяти рублей, – пояснила та. – Фигурка котика стоит пятьсот рублей.

– Ого! – воскликнул папаша. – А че, долго простоит?

– Эта – недолго, – сказала продавщица. – Я ее давно сделала, могу сделать сегодня такую же, придете только где-то через час?

– Ой, нет, не получится, – покачала головой женщина, мама девочки.

Ребенок стал канючить котика, родители принялись уговаривать дочку, что шарик гораздо лучше котика, потому что шарик будет летать, а котик скоро сдуется. В конце концов пара как-то сторговалась с ребенком, продавщица надула воздушный шарик и продала его покупателям.

Когда они ушли, молодая женщина поставила на витрину табличку, на которой было написано: «Перерыв пятнадцать минут», кивнула мне:

– Сейчас выйдем в курилку, тут поговорить не удастся. Скоро покупатели будут валом валить, всем надо будет либо шарик надуть, либо фигурку сделать, либо про гирлянды рассказать… Вы курите?

– Нет.

– Ну а я курю, – вздохнула она. – Здесь это единственный способ сделать передышку… Вы не возражаете, если во время разговора придется подышать табачным дымом?

– Нет-нет, не возражаю, – заверила я ее.

Мы вышли на улицу, зашли за здание, где располагались мусорные контейнеры. Моя новая знакомая подошла к урне и вытащила из кармана пачку тонких сигарет. Чиркнула зажигалкой, блаженно затянулась и выпустила облачко дыма.

– Я ведь не знаю, как к вам обращаться! – заметила я. – Давайте познакомимся, что ли? Меня Женя зовут.

– А меня Настя, – представилась молодая женщина.

– У вас фамилия, часом, не Степанова? – Мне нужно было выяснить фамилию продавщицы, чтобы потом проверить ее по базе данных, поэтому я пошла на хитрость. – Кажется, Мария говорила, что у нее стажируется Настя Степанова…

– Не знаю, про какую Настю Степанову вам рассказывали, – пожала плечами моя собеседница. – Явно это была не я, моя фамилия Рогунова.

– Может, это я напутала, – сказала я. – Не важно. Вы мне хотели рассказать что-то о Марии, верно? Где она?

– Она в больнице, – вздохнула Настя. – Похоже, у нее что-то серьезное со здоровьем. Мария написала заявление, взяла больничный и уже давно на работе не показывается. А у нас продавцов не хватает, поэтому выходим с Наташей Илюшовой по очереди, но у нее мама болеет, и скорее всего, Наташа скоро тоже уйдет. А мне придется без выходных пахать, если я себе сменщицу не найду! Это катастрофа просто, тем более что я чувствую, что заболеваю, но работать некому!

– Сочувствую, – проговорила я. – То есть Мария лежит в больнице, верно?

– Похоже на то, – кивнула Настя. – Я-то сперва не понимала, что с ней происходит. Ну, когда стажировалась у нее, то подумала, что с головой у Маши явно что-то не в порядке. А оказалось, она болеет, вот, видимо, болезнь и дала осложнение на мозг!

– Что-то я не понимаю, – произнесла я. – Что с Лисихиной происходило? Она вела себя как-то странно?

– Мягко говоря, да. Мария, видимо, страдала манией преследования – мне рассказывала, что ей кто-то угрожает, что за ней следят. Я испугалась за свою напарницу, даже в полицию ей посоветовала обратиться. Но Мария не стала этого делать, хотя выглядела она ужасно. У нее глаза были безумные от страха, словно она привидение увидела. А потом я еще заметила за ней одну странность. Где-то днем, часа в два-три, Мария уходила якобы на обед, хотя нам нельзя надолго отлучаться. Но я же была с ней в паре, поэтому Лисихина просила меня посидеть за прилавком. Она возвращалась через полчаса, покупала себе продукты. Все время – бутылку яблочного сока, упаковку хорошего сыра и какую-нибудь фигню в придачу – то яблоки, мелкие и дешевые, то лимон, то хлебцы… Я никогда не видела, чтобы она брала нормальную еду вроде макарон, гречки или хотя бы картошки. Но обязательно приносила в магазин сок, сыр и мелочовку. Как-то я не выдержала, поинтересовалась, почему такой странный выбор продуктов. Вы не думайте, я по сумкам не лазила, но Мария всегда продукты приносила в прозрачном целлофановом пакете, поэтому было видно, что у нее там лежит. Я подозреваю, отоваривалась она в магазине «Семья», который находится в семи минутах ходьбы от торгового