Деревня восьми могил - Сэйси Екомидзо

Череда страшных событий продолжилась. Новое бессмысленное и безумное в своей бессмысленности убийство…

Увидев на подносе кровь, доктор Араи резко поднялся и крикнул:

— Доктор Куно! Помогите мне!

Услышав этот оклик, я взглянул на дядю Цунэми. Никогда не забуду его лица в тот момент. Продолжая сидеть, он вытянулся вперед, накрыв своим телом поднос с едой. Его лоб был в поту, глаза, казалось, вот-вот вылезут наружу, правая рука с зажатой в ней чашечкой для саке сильно дрожала. Я услышал, как чашечка хрустнула.

Голос доктора Араи, видимо, вернул дядю Цунэми к действительности, он достал платок и вытер лоб. Увидев на ладони кровь, суетливо забинтовал руку платком. Потом поднялся. Видно было, как у него дрожали колени.

Доктор Араи с удивлением взглянул на потрясенного Цунэми. Потом с профессиональной уверенностью начал осматривать Кодзэна.

— Пожалуйста, кто-нибудь, принесите мой портфель, он в прихожей.

На просьбу откликнулась Мияко. Доктор Араи сделал несколько уколов, затем сокрушенно покачал головой:

— Все. Бесполезно.

— Доктор, в чем причина смерти? — испуганно спросил староста деревни.

— Не могу ответить до вскрытия. Но странно, агония точно такая же, как была у Куя-сан. А вы что думаете, доктор Куно?

Тот, казалось, немного успокоился, но на вопрос своего коллеги никак не прореагировал. Все находившиеся в гостиной с подозрением взирали на него. И вдруг кто-то схватил меня за плечо и завопил:

— Это он! Это он подсыпал ему яду!

Я вздрогнул и резко повернулся. Эйсэн из храма Мароодзи тыкал в меня пальцем:

— Сволочь! Эта сволочь подбросила яд! Этот подлец убил родного деда! Потом своего брата! А сегодня хотел убить меня, но по ошибке убил настоятеля!

На лбу Эйсэна пульсировала вздувшаяся вена. Вытаращенные глаза налились кровью.

Кто-то, оттолкнув меня в сторону, встал между мной и беснующимся священнослужителем. Это была Харуё, моя старшая сестра.

— Эйсэн-сан, вы отдаете себе отчет в том, что говорите?! — гневно воскликнула она. — Чего ради Тацуя-сан стал бы убивать вас? Он к вам не имеет никакого отношения, как и вы к нему!

Эйсэн вздрогнул, глаза его сверкнули. Он оглядел гостиную, увидев, что все взгляды устремлены на него, еще раз сверкнул глазами, а потом вытер краем одеяния пот на лбу и неожиданно смущенно произнес:

— Я… Я прошу прощения.

— При чем тут прощение?! Я вас спрашиваю, господин Эйсэн, зачем Тацуя-сан стал бы покушаться на вас? Почему вы решили, что он пытался вас отравить?

Сестра, прерывисто дыша, вплотную приблизилась к нему. Эйсэн совсем стушевался и робко лепетал:

— Все, все… Страшная картина… совсем потерял голову… Сболтнул лишнее, забудьте, пожалуйста.

— Нельзя же терять голову до такой степени! Господин Эйсэн, четко ответьте на мой вопрос: какая связь между вами и Тацуя-сан?

— Сестра, — попытался я успокоить Харуё, — оставь его в покое. Не стоит так нервничать!

— Но ведь больно слышать такие обвинения. — И сестра, закрыв лицо руками, зарыдала.

Итак, почему Эйсэн поднял такой шум? Говорит, голова пошла кругом. Но все равно: он произнес то, что было у него на душе. Да, конечно, поняв, что Кодзэна отравили, он сильно испугался, подумал, что хотели отравить его. Но вот вопрос: кому и зачем нужны все эти отравления?