Бумеранг с автопилотом - Дарья Донцова

Я принялась восхищаться неведомыми соцветиями.

– Какая красота! Ничего подобного раньше не видела!

Чтобы окончательно порадовать мужа, я засунула нос в середину флористического ансамбля и старательно изобразила полнейший восторг.

Иван Никифорович открыл дверь джипа.

– Очень рад, что тебе цветочки пришлись по вкусу. Садись. Куда поедем? Женщины, все без исключения, обожают ювелирные изделия. Колье и к нему кольцо? Твое мнение?

Я погладила мужа по плечу.

– Давай просто поужинаем.

– Нет, – уперся супруг, – без подарка нельзя.

– Сейчас двадцать два часа, все закрыто.

– Не может быть! – удивился Иван Никифорович. – Я цветы спокойно приобрел.

– Цветочные лавки зачастую круглосуточные, – улыбнулась я. – Давай просто пойдем в кафе.

Муж взял телефон.

– Димон, подскажи, какой ресторан самый лучший?.. Ага, понял. Можешь столик на двоих заказать? – Потом супруг вернул трубку в держатель, взялся за руль и объяснил: – Место называется «Сюрпризик», оно, по словам Коробкова, замечательное, модное.

– На мне джинсы и простая кофта, – смутилась я, – одежда не для ужина вне дома.

– Тебя волнует мнение людей? – удивился Иван Никифорович.

– Нет, важно лишь то, что ты подумаешь, – честно ответила я.

И услышала в ответ:

– Я везу самую прекрасную, во всех смыслах этого слова, женщину.

В носу защипало, я чуть не расплакалась. Оказывается, очень приятно услышать подобные речи от мужа.

В «Сюрпризнике» нет общего зала, посетители сидят в кабинетах. Нас отвели в комнату, посреди которой стоял круглый стол. Цветы поставили в вазу, принесли меню.

– Рекомендую «Поль де кокс а-ля Виренез» на закуску, – посоветовал официант. – А на горячее…

– Спасибо, – остановил его Иван Никифорович, – мы вас позовем, когда определимся с выбором.

Юноша исчез с такой скоростью, что мне показалось, он растворился в воздухе.

– Что такое этот «Поль де кокс»? – осведомилась я. – Тут не написано ничего, кроме названия.

– Да, к сожалению, объяснений нет, – кивнул Иван Никифорович. – Придется снова звать гарсона.

Глава двадцать первая

Домой мы поехали спустя два часа.

– Хоть этот «де кокс» оказался крабовым салатом, его очень хорошо приготовили, – отметил Иван Никифорович.

– И котлета «Поцелуй Жозефины» удалась, – подхватила я. – И десерт – просто шедевр.

– Давай почаще выбираться куда-нибудь, – предложил муж. – Можно поехать на экскурсию. Сядем в комфортабельный автобус, поездим по Москве в компании незнакомых, но приятных людей, прокатимся спокойно, рассматривая окрестности…

Я промолчала. Нет, у нас так не получится. Вскоре после того, как автобус отправится, кто-нибудь непременно скончается. Иван Никифорович вмиг начнет рулить процессом, велит всем сидеть тихо, вызовет полицию, блюстители порядка увидят наши с мужем документы… Нет, лучше нам в лесу вдвоем побродить! Хотя, и там мы, скорее всего, найдем чей-нибудь труп.

В квартиру я вошла, прижимая к себе букет, который не потерял ни своей красоты, ни свежести.

– Где вы пропадали? – возмутилась Варвара.

– На работе, – живо соврала я.

– В ресторане поужинали, – честно ответил Иван Никифорович и ушел.

– Ой! Танюсик, у тебя с одного глаза вся красота упала! – схватилась ладонями за щеки Варя. – Выглядишь странно, справа ресниц полно, а слева – ни одной!

Я решила не реагировать на замечание.

– И твой наряд – не для похода в публичное место! – продолжала Ришелье. – Да еще джинсы определенно жмут в талии, про то, что они сто лет как не модные, молчу! А кофта? Похоже, ее носили в десятом веке! Ты что, приобрела ее у крестьянки, которая в древние времена картошку копала?

– В десятом веке славяне про картофель и не слышали, – парировала я.

Варвара помолчала, потом решила оценить подарок Ивана Никифоровича.

– Букет странный, нечеловечески огромный, такие не дарят.

– Да ну? – удивилась Надежда Михайловна. – Почему? Мне бы такой очень понравился.

– Пудовые снопы приобретают лишь выскочки с полным отсутствием вкуса и фантазии, – затараторила Варвара, – интеллигентные люди так себя не ведут.

– А как они себя ведут? – проявила любопытство Рина.

– В этом сезоне в моде лаконичные букеты в японском стиле, – начала вещать гостья. – Одна веточка со слегка распустившимся бутоном, а к ней, например, копье лука.

– Копье лука? – переспросила Надежда. – Это что?

Варвара закатила глаза.

– О! Жить в столице и ничегошеньки не понимать в модных направлениях, носить джинсы, которые даже гастарбайтеры из деревеньки Хухры-Мухры не натянут для похода на помойку, влезть в свитер, в котором уже пятеро умерли, – и не знать про копье лука? У этого растения есть зеленые побеги. Кое-кто их нарезает, жрет, потом гадко воняет. Вот эти длинные стебли цвета травы называются…

– …перо лука, – договорила за блогершу Рина.

– Нет, – поморщилась Варвара, – копье! Нужно приложить одну веточку этой зелени к цветку, обернуть в прозрачный энвелоп[5] и перевязать.

– Дать в лоб? – заморгала Надежда. – Странная манера дарить букет.

– Энвелоп, – повторила Варвара. – Прямо не верится, что в центре Москвы можно обнаружить пещерного человека!

– И в лоб? – продолжала недоумевать Бровкина. – Букетом по лицу дать?

– Энвелоп! – покраснела Варя. – Это я по-французски сказала!

– Так мы не во Франции живем, – не сдалась Надежда Михайловна. – Мы в России, по-русски говорим. И букетами по лбу у нас колотить не принято.

– «Энвелоп» в переводе с языка Мольера и Бальзака означает конверт, – фыркнула Варвара.

Но если Надежда Михайловна принялась спорить, ее не остановит даже падающая на голову ракета. Бровкина ее поймает, разломает, выбросит и продолжит гнуть свою линию.

– Ну и ну, – улыбнулась лучшая подруга Ирины Леонидовны, заодно наша помощница по хозяйству. – Ай да букетик! К хилому цветочку перо лука копеечной лентой примотали, в конверт запихнули и подарили. Ну здорово же! Красотень!

– Полагаешь, растрепанный веник, который Ваня вручил Тане, лучше?

Бровкина открыла было рот, но Рина чихнула, и Надежда Михайловна молча ушла.

– У каждого свой вкус, – улыбнулась я. – Я люблю пышные букеты. Но это не означает, что я стану смеяться над одним цветочком с пером лука. Главное – не количество цветов, а желание сделать мне приятно.

– Энвелопы стоят намного дороже, чем ужас, который приперла ты! – взвизгнула Ришелье. – Воняет на всю столовую! Кха-кха! Аллергия началась! Выкиньте этот ужас мерзкий!

Варвара умчалась.

– Танюша, не обращай, пожалуйста, внимания, – начала Рина. – Понимаешь, у Вари стресс…

Надежда Михайловна высунулась из кухни.

– Женишок у нее скупой, вот она и злится на весь мир. Мужик скорее с Останкинской башни спрыгнет, чем что-то дорогое подарит.

– Понятия не имела, что у Вари жадный ухажер, – почему-то принялась оправдываться я.

Ирина Леонидовна почесала ухо.

– Ее мать очень хотела, чтобы Ваня женился на Варваре. Но девушка ему никогда не нравилась. А та начала думать: Иван не беден, у него квартира, машина, большой бизнес – надо ей почаще в Москву прикатывать, очаровать парня.