Семь убийц и одна девушка - Марина Серова

В горотделе все закончилось довольно скоро. Корнейчук усадил нескольких молодых стажеров в одном кабинете, каждому из них поручил Светлану, меня и водителя «Мазды» с его адвокатом. Сам лейтенант ходил по кабинету от группы к группе, прислушивался к разговорам и задавал вопросы. Все это напоминало мне одновременную игру в шахматы на нескольких досках сразу.

Если Светлана и я занимались преимущественно событиями двенадцатого июня, просто описывая, что случилось, то водителя «Мазды» раскручивали на предмет его сговора с бандитами. Его раскалывал рослый парень, никак не ниже двух метров, с выпирающим мощным подбородком и раскосыми глазами.

Я прислушивалась к их разговору и поэтому могу кое-что о нем рассказать.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Для чего вы организовали дорожно-транспортное происшествие?

ВОДИТЕЛЬ. Ничего я не организовывал, это все ваши домыслы!

АДВОКАТ. Леша, я советую тебе ничего не говорить, они не имеют права давить на тебя.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Можно ничего и не говорить, но в связи с обстановкой в стране мы имеем право принять специальные меры в отношении вас. Все случившееся мы представим как попытку совершения террористического акта, исполнителя этого акта должна ожидать смертная казнь. Но в связи с мораторием на ее применение мера наказания будет сведена к пожизненному заключению.

ВОДИТЕЛЬ. Лучше я все объясню.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Да, так будет лучше. Выясним все обстоятельства и не будем терять времени. Мы быстрее закончим работать с документами, вы быстрее вернетесь домой. При условии, что мы не найдем состава преступления.

АДВОКАТ. Учтите, я контролирую каждое слово.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Это как вам будет угодно.

ВОДИТЕЛЬ. Дело в том, что в мою машину влетела «Нива». Знаете, с укрепленным бампером — огромным таким, черным.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Служба ГИБДД — ГАИ в курсе?

ВОДИТЕЛЬ. Дело в том, что это случилось на трассе и…

(Молчание.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Да-да, я слушаю.

ВОДИТЕЛЬ. Я сам виноват. Пытался обогнать. И резко затормозил перед выбоиной на дороге. Не хотел прыгать на ней. «Нива» не пострадала, ее водитель, можно сказать, и не почувствовал столкновения, а у меня кузов из фольги сделан, образно говоря.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Кто может это подтвердить? С вами кто-нибудь ехал в это время?

ВОДИТЕЛЬ. Никого, я был один. Если только сам владелец «Нивы». Мы решили все по-мирному, тем более что у него ни одной царапины, если только на бампере чуть-чуть. Поговорили и разъехались.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Номер «Нивы» запомнили?

ВОДИТЕЛЬ. Да. Вроде бы такой… (называет номер)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Минуточку.

(Выходит из кабинета, отсутствует всего две минуты. Возвращается.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Сейчас выяснят, кому принадлежит автомобиль «Нива» с этим номером. А пока скажите мне, где вы были двенадцатого июня вечером.

ВОДИТЕЛЬ. Я ездил в Тихореченск. По делам.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Когда вернулись?

ВОДИТЕЛЬ. Только тринадцатого днем. Вот тогда я и разбил машину. Тринадцатое для меня — несчастливое число. Не повезло.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Аккуратней надо ездить. Накупите иномарок и думаете, что короли дорог.

АДВОКАТ. Я протестую! Не надо заниматься воспитанием моего клиента, мы не в школе.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Хорошо, не буду. Только признайте, что я прав.

(Молчание.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Те, к кому вы ездили в Тихореченск, имеют телефон?

ВОДИТЕЛЬ. Конечно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Я хочу проверить вашу информацию. Сообщите номер телефона.

(Водитель называет цифры, следователь пользуется сотовым телефоном, чтобы дозвониться до названного Тихореченска. Разговаривает с абонентом, выясняет все детали. Выключает телефон.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Все верно…

ВОДИТЕЛЬ. Вы же видите, я говорю правду.

(В кабинет заходит молодой человек в тенниске и протягивает следователю листок бумаги.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ. А вот подоспела информация про владельца «Нивы». Сейчас созвонимся и с ним.

Далее следует та же процедура, что и со звонком в Тихореченск. Я слышала лишь обрывки фраз на нашей стороне линии, по которым легко поняла все содержание разговора.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Тринадцатого числа, позавчера, вы ехали по трассе Ростов — Прибрежноморск? У вас было столкновение с автомобилем «Мазда», номер… В котором часу это случилось? Как это произошло? Спасибо. Нет, ничего страшного. Еще раз спасибо и всего доброго.

АДВОКАТ. Вы довольны?

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Все подтверждается. Значит, вы решили поправить свои дела за счет пожилого человека? Инсценировать аварию и содрать с него деньги?

АДВОКАТ. Я протестую! Это к делу не относится!

— Нет, относится! — влезла в разговор я. — Со стариков легче деньги содрать! Что, неправда?

Адвокат повернулся ко мне, указал на меня пальцем и закричал:

— Мы подаем иск на эту особу! Она оскорбляла моего клиента! Публично!

Я спокойно пережила всплеск его эмоций, а потом спокойненько произнесла:

— Я подаю встречный иск, потому что из уст вашего клиента я узнала о том, что являюсь слизняком, что таких, как я, убивать надо и так далее. Причем этот молодой человек, ваш подопечный, начал оскорблять меня первым, а я просто отвечала. Свидетели у меня имеются. Будем продолжать диалог?

Адвокат заткнулся. Корнейчук, доселе молча меривший площадь кабинета шагами, остановился и прокомментировал:

— Хорошо, что ты, хлопец, не полез на нее с кулаками. Она бы тебя по асфальту размазала. Вот тогда бы стало точно ясно, кто из вас слизняк. Насколько я знаю, на ее счету десятки спасенных жизней, а ты что успел хорошего сделать в своей жизни?