КаZантип - Никита Ветров

«Агрессор» Громова плавно подкатил к заправочной колонке придорожной АЗС, когда окрестности Князевки уже окутали густые сумерки. По этой причине он и не сразу заметил плачевное состояние переносной станции: закопченные колонку и сиротливо стоящий неподалеку строительный вагончик, хмурое лицо молоденького заправщика, пару байков у придорожной обочины, выглядевших покинутыми.

– Что случилось? – Виктор снял с головы шлем и по привычке повесил его на руль. Спешился.

– Ничего особенного, – буркнул парнишка, подхватывая с крюка «пистолет». – Маленькие неприятности. Но, слава богу, все обошлось без существенных повреждений. Полный бак?

– Да, полный. – Громов достал деньги и отдал их заправщику. – Слушай, приятель, а тут, случаем, ребята на мотоциклах не проезжали? Большая такая шумная компания. Человек десять. Может, больше. Вожаком у них колоритный такой типец. С рыжей бородой и в немецкой каске…

Виктор замолчал, заметив, как закаменело лицо заправщика. Тот уже пристроил шланг в бак «Агрессора», но смотрел не на счетчик, а прямо в глаза собеседнику.

– Ты друзей, что ли, догоняешь?

– Знакомых, – уклончиво ответил Громов. – Так они были тут?

– Да вроде проезжали. – Заправщик воровато оглянулся через плечо, туда, где находился строительный вагончик. – Не обратил внимания. Мало ли кто тут проскакивает… – Он поднял вверх руку и, как показалась Громову, помахал ею в воздухе. А уже затем опустил ее на затылок и почесался.

Условный сигнал был тут же принят к сведению невидимым наблюдателем. Из-за вагончика, словно черт из табакерки, выскочил чумазый мальчонка лет двенадцати с всклокоченными на макушке волосами и в съехавшей набок потрепанной клетчатой рубахе. Трех стремительных прыжков ему оказалось достаточно, чтобы оказаться рядом с байком Громова, когда заправщик уже завершил работу. Пацаненок обежал вокруг «стального коня», завистливо присвистнул, припал на одно колено и заглянул под низ мотоцикла. Снова присвистнул.

– Клевая у тебя лошадка, дядя. Загляденье просто. – Мальчишка осторожно, будто перед ним было самое совершенное творение природы, провел грязным пальцем по гладкому корпусу байка. – Супер! Коробка пятиступенчатая, что ли?

– Ого! – Теперь уже с улыбкой присвистнул Громов. – А ты, как я вижу, разбираешься в мотоциклах?

– Немного. – Пацаненок потупился, а затем снова вскинул на Громова маленькие зеленые глаза, цвет которых несложно было различить даже в сгустившихся сумерках. – Хотя, если честно, моцики – моя страсть. Я этим лет с семи живу. Отцу помогал с ремонтом его «ижика», да и ребята постарше давали мне покататься… Так пятиступенчатая?

– Пятиступенчатая.

Громов не заметил, что они с мальчонкой уже остались одни возле колонки. Заправщик скрылся в вагончике.

– Круто! Поди, и вилка – ижевская, пятьсот первая, и дисковый тормоз, и карбюраторы – вакуумные? Да? BING?

На этот раз Громов расхохотался. Все характеристики его «Агрессора», озвученные мальчишкой, были верными. Виктор невольно вспомнил себя в двенадцатилетнем возрасте. Такие же горящие азартом глаза при виде байка, такой же живой интерес, восхищенные присвисты… Он узнавал в этом мальчишке себя.

– Хочешь прокатиться? – неожиданно для самого себя предложил Виктор.

Пацан едва не подпрыгнул на месте.

– А можно?

– Ну, если только аккуратно. – Громов забрал с руля шлем. – Наверни пару кружков вокруг заправки.

В повторном приглашении пацаненок не нуждался. Лихо вскочив в седло «Агрессора», он с легкостью запустил двигатель и тронул мотоцикл с места. Громов внимательно наблюдал за тем, как юный байкер нарезал сначала один круг, затем второй и умело вернулся на исходную точку, остановившись возле Виктора.

– Молодец! – похвалил его Громов. – Практики, видать, у тебя и в самом деле хватает. Ловко управился.

Сияя, как начищенный до блеска самовар, пацаненок спрыгнул с байка на асфальт. Глаза его горели от возбуждения.

– Спасибо, дядя.

– Да не за что, – Громов бросил короткий взгляд на наручные часы и определил для себя, что в результате этой незапланированной встречи с местным дарованием он выбился из намеченного им самим графика более чем на десять минут. – Ну, бывай, шкет. Не теряй навыков, и все будет в ажуре. Глядишь, когда-нибудь еще посоревнуемся с тобой.