Изумрудные ночи - Вирджиния Браун

Бетани не могла понять, что восхитительного можно найти в таком грязном городе. Да, архитектура была великолепна, а жители весьма колоритны в своих ярких национальных нарядах, но в целом впечатление было довольно убогое.

Поймав на себе саркастический взгляд Трейса, Бетани выпрямилась в седле и убрала платок от бледного лица. Разве он поверит, что она сможет выдержать предстоящие испытания, если заметит, что ей стало плохо от какой-то вони? Однако при этом она нечаянно ослабила поводья, и упрямый мул тут же остановился.

— Пошел! — прикрикнула на него Бетани. Животное рванулось, его копыта заскользили в грязи. Бетани не удержалась на резко наклонившемся муле и с хлюпаньем свалилась в глубокую лужу. Не выпуская поводьев, она попыталась встать, но поскользнулась и снова упала, утягивая за собой мула.

— Черт побери, да отпусти ты его! — закричал Трейс. Он спешился и буквально вырвал поводья из рук Бетани. Обретшее свободу животное пустилось в галоп, но тут же столкнулось с мулом Трейса. Шарахаясь друг от друга, животные попытались разойтись на узкой улочке и в результате бросились в разные стороны.

Бетани едва слышала проклятия Трейса, испуганные гласы и чей-то смех. Кто мог смеяться? Бентуорт? Это не имело сейчас никакого значения. Цепляясь за покрытые слизью камни, она попыталась подняться на ноги, но вскоре поняла, что не в состоянии этого сделать. Ее руки, одежда, а вскоре и лицо покрылись отвратительно пахнущей жижей, каблуки разъезжались в стороны, как копыта мула. Кто-то схватил ее сзади за талию и поднял вверх.

— Успокойся, — загремел в ее ушах голос Трейса. — Ты снова упадешь, если будешь продолжать барахтаться.

Бетани понимала, что его слова справедливы, но мысль о том, что Трейс снова спасает ее, показалась ей непереносимой, и она попыталась подняться на ноги самостоятельно.

К сожалению, Трейс действительно оказался прав: устоять по колено в грязи на круглых камнях было невозможно. Измазавшись по самую макушку, Бетани наконец замерла, ухватив Трейса за руку. Затем она медленно села. Он потянул ее вверх, и она встала на ноги. Трейс смотрел на нее и кусал губы, чтобы не рассмеяться.

— Теперь вы довольны, мисс Брейсфилд? — спросил он.

— Нет, мистер Тейлор, — гордо ответила она, игнорируя исходящее от ее одежды зловоние. — Мне все это не нравится. Кроме того, я страшно испачкалась. Если вдруг вам придет в голову предложить мне помощь, я обещаю не отказываться от нее.

— К вашим услугам, мисс Брейсфилд, — задыхаясь от сдерживаемого хохота, поклонился Трейс.

Бетани сделала вид, что не замечает его веселья.

— Проклятое животное! — прокричала она вслед убежавшему мулу и принялась вытирать руки об одежду. Это было совершенно бесполезное занятие, так как ее одежда была не менее грязна. — О-о-о! — застонала Бетани.

— Вот, возьми. — Трейс снял с шеи платок и протянул ей. — Можешь вытереть им руки.

— Бетани! — По улице бежал испуганный профессор Брейсфилд. — Бетани, что с тобой случилось? Ты ничего себе не сломала?

— Нет, пострадала только моя гордость, — с горечью призналась ему дочь. — Не подходи ко мне близко, папа. От меня пахнет не самым лучшим образом.

Профессор сморщил нос, но храбро сделал еще один шаг вперед.

— Ничего, ничего, я это вынесу.

Трейс посмотрел на профессора и предложил:

— Давайте я отведу мисс Брейсфилд к одному моему знакомому. У него отличные римские бани. Вы сможете присоединиться к нам позже, когда уладите дела с городскими властями. Кстати, этот человек прекрасно разбирается в культуре инков.

— Ну, я не знаю, — засомневался Брейсфилд. Но тут в разговор вмешался Бентуорт:

— Вы говорите о синьоре Бертолли? Конечно, Тейлор, это прекрасное решение всех проблем! Я и сам хотел предложить остановиться у него. — Бентуорт повернулся к профессору: — Синьор Бертолли — итальянский торговец. Он уже много лет живет в Куско и славится своим гостеприимством. У него нам будет гораздо удобнее, чем в любой гостинице. — Бентуорт вновь повернулся к Трейсу и, зажав нос платком, добавил: — Думаю, будет действительно правильно, если вы с Бетани отправитесь туда первыми, а мы с Брейсфилдом присоединимся к вам позже.

Мнения Бетани никто не спрашивал, и это только усиливало ее раздражение. Но стоило ей сделать попытку заговорить и объявить о своем нежелании оставаться наедине с Трейсом Тейлором, как тот немедленно наклонился к ее уху и прошептал:

— Боитесь остаться со мной, мисс Брейсфилд? Обещаю не терять над собой контроля и не притрагиваться к вам, по крайней мере, пока вы не примете ванну.

Испытывая мучительную смесь злости и стыда, Бетани бросила на Трейса уничижительный взгляд.

— Мистер Тейлор, я не хочу появляться в таком виде на пороге дома совершенно незнакомого мне человека! — Трейс только пожал плечами:

— Для меня синьор Бертолли вовсе не незнакомый человек. А вы можете не разговаривать с ним, если стесняетесь. Говорить буду я. Если хотите, кивайте в подходящих местах.

— Очень мило предложить мне это! — недовольно фыркнула Бетани. — Постараюсь не мешать вам.

— Хорошо. Садитесь на своего мула, и мы…

— Ни за что больше не сяду сегодня на него!

— Тогда пойдем пешком, — согласился Трейс. — Идите за мной, мисс Брейсфилд. Скоро вы почувствуете себя намного лучше.

Следуя за Трейсом по узким улочкам, Бетани получила прекрасную возможность познакомиться с городом. В неровной мостовой не хватало многих камней, и идти по ней было ничуть не легче, чем ехать по горной дороге верхом на муле. Однако Бетани все же удалось заметить, что большинство домов, построенных на древних фундаментах, были в испанском стиле.

Несмотря на идущих в поводу двух мулов, Трейс шел довольно быстро, и Бетани едва поспевала за ним.

— Мы почти пришли, — вдруг сказал он, указывая на большой дом, стоявший на вершине холма.

Рассматривая причудливое, но изысканно-гармоничное сочетание из мрамора и природного камня, Бетани подумала, что это строение скорее можно было бы назвать дворцом. Дом был окружен ухоженным садом, в котором цвели экзотические цветы и били фонтаны.

В отчаянии оглядев свой непрезентабельный наряд, Бетани вздохнула и посмотрела на Трейса.

— Ты не можешь представить меня хозяину в таком виде. Это оскорбительно для меня!

— Поверь, Бертолли не обратит на это внимания, — заверил ее Трейс, с трудом удерживая мулов. — Идем.

— Но, очевидно, он весьма важный человек, а я выгляжу как… как нищенка! Он не пустит меня на порог! — Трейс начал терять терпение:

— Я знаю Бертолли, он все поймет. Но, если хочешь, можешь проскользнуть через черный ход.

— Трейс Тейлор, если ты думаешь, что я позволю обращаться с собой как с дешевой…