Завтрак палача - Андрей Бинев

А сделали они очень даже просто. Юрист герр Штраус стал изучать земли вокруг шахты и обнаружил, что они продаются за бесценок. Никому они уже не были нужны. Герр Штраус обратился к местным картографам, те составили подробный план земель, и он, взяв в банке небольшой кредит, купил на свое имя кусок земли с той обрушенной штольней. Местные жители, в основном французы, потому что после войны это уже была территория Франции, посмеивались над странным сухопарым немцем и вертели пальцем у виска. Но мэру ближайшего городка покупатель нравился — от него сразу поступила в казну депрессивного городишки, которому принадлежала земля в округе, хоть и не очень большая, но все же определенная сумма денег.

Он ведь теперь и налоги будет платить в городе, решил, потирая руки, мэр. А еще мэр сказал, что этот странный немец хочет продолжить там дорогу и открыть скромный отельчик для любителей поохотиться или просто побродить по живописным горам и лесам.

С немцем приехал его дальний родственник (он так его представил), с которым они как будто и намеревались открыть свое небольшое дельце. Герр Штраус и герр Колесник. Французы не очень разбирались в звучании имен и потому совершенно не придали этому значения.

Но ни мэр городка, ни местные зубоскалы так и не дождались расцвета нового гостиничного дела в заброшенных горах. Эти двое со своего участка почти не выходили. Однажды они купили в Мюнхене огромный автобус с темными стеклами и с трудом добрались на нем до своей земли по узким горным тропам. Герр Штраус даже прошел специальные курсы по вождению автобусов и получил соответствующую лицензию.

На их участке к этому времени почти за бесценок строительная фирма соорудила просторный одноэтажный коттедж, надежный, вместительный, с металлическими воротами сарай, и обнесла его высоким забором. На территории, кроме коттеджа и сарая, был еще заросший зеленью огромный черный зев старой шахты. Местные рассказывали, что во время войны ее зачем-то подорвали американцы. Правда, неудачно — торопились, видимо, очень. Она и раньше-то никому не была нужна, потому что там ничего не добывалось еще с Первой мировой. Туда никто не ходил, боялись мин и неразорвавшихся снарядов.

Через полгода герр Штраус с родственником так же быстро исчезли, как и появились.

После войны в мире объявилось огромное количество неожиданно разбогатевших авантюристов. В основном представителей союзнических войск или тех, кто прилип к ним в самом конце войны. Я уже это вспоминал однажды. Но как вновь задумаюсь над этим, тянет поговорить на эту скользкую темку. И плеваться тянет неудержимо. Ведь вот что любопытно: количество богатеющих от войны ублюдков обратно пропорционально количеству нищающих. То есть обогащается несколько тысяч наглых свиней, а нищают миллионы. И чем больше нищают одни, тем энергичнее богатеют другие.

Даже такая дикая страна, как Советская Россия, страшно пострадавшая от припадочного фюрера и его недоносков, и та показала себя не лучшим образом в послевоенной Европе. Русские ведь тоже набивали карманы, а кое-кто даже увозил в свои бездонные тылы целые эшелоны европейского добра.

Мама рассказывала, что все их начальство в сибирском городе вернулось с войны так, будто побывало на золотых приисках. Только один человек, что-то вроде мэра в пригороде, на митинге стал орать, что это преступно, отвратительно, позорно. Его тут же арестовали, а потом отправили в психушку. Он, мол, не понимал сути войны и, главное, великой идеи справедливого возмездия. Этот странный человек всю войну провел в танке, четыре раза горел живьем, а с войны привез только свои сморщенные от высоких танковых температур задницу и рожу. И как будто еще один летчик, безногий, тоже что-то там орать стал. Мать говорила, он потом спился — от него ушла жена, увела детей. А в городах, в деревнях повсюду шатались отставные солдаты, калеки с медалями — и все нищие как церковные крысы. У них, кроме облезлой полевой формы, и одежды-то никакой не было. Тоже, видно, не поняли великой идеи справедливого возмездия. Мне именно тогда и хочется плеваться, когда я эти мамины рассказы вспоминаю.

Что касается немцев, то эти нищали скопом. То есть почти все разом! Сначала трясли всю Европу, включая Россию, выколачивая из нее богатство вместе с жизнью, а потом Европа, включая ту же Россию, стала выколачивать из них богатство, правда, все же сохраняя жизнь. Хотя и среди немцев порой встречались везунчики.

Так вот, из Европы герр Штраус и его партнер герр Колесник неожиданно исчезли, зато вдруг объявились в Америке. Вокруг них закрутились предприимчивые неглупые парни, они сразу почувствовали, что в руках у этих иностранцев много, очень-очень много денег.

Помню, как к нам в Сан-Паулу приехали из Аргентины, году уже в восьмидесятом, двое старых немцев. То есть приезжало-то много и немцев, и всяких разных. Но этих двоих я запомнил по особой причине. Они путешествовали по Латинской Америке и сдуру залетели к нам. Я тогда еще совсем ребенком был, но все равно кое-что помню. Например, большой скандал, связанный с ними. Тогда об этом все говорили, по телевизору показывали, в газетах, кажется, писали. Однако в основном мне потом старшие всю эту историю рассказали.

Дело было так. Остановились эти стариканы в громадном новом отеле в центре города. Тогда весь центр перестраивали, небоскребы росли как грибы, в дополнение к тем, что уже скребли небо над Сан-Паулу.

Этих старых немцев обокрали в их роскошном отеле. Они вызвали полицию, а сначала стали орать на персонал отеля, возмущаться. Мы, дескать, уважаемые люди, платим тут большие деньги, а всякая местная уголовная сволочь нас грабит и унижает. А полиция, мол, бездействует.

И нарвались, старые дураки! Инспектор полиции, на которого они тоже орали, оказался приемным сыном еврея, когда-то бежавшего из лагеря смерти Собибор в Польше. Папашу тогда чудом переправили через океан к нам. То ли у него тут родственники жили, то ли еще чего-то, но он спасся. Женился на местной еврейке-вдове, у которой от первого брака был сын. Парня еврей усыновил, а тот потом стал инспектором уголовной полиции.

Этот инспектор, наполовину еврей (его настоящий отец был бразильянцем, как мой, но только белым), страшно оскорбился, когда старики немцы сказали что-то о «скопище жидов» в Сан-Паулу, которые, мол, везде находят себе уютные гнезда, и с их легкой руки, мол, грабят порядочных людей.

Почему они так сказали, не знаю. Может, имели в виду самого инспектора? То есть угадали в нем половину крови, материнскую. Он сразу стал копаться в биографии потерпевших (видимо, энергичнее, чем искать воров) и почти сразу выяснил, что они совсем не те немцы, за которых себя выдавали. Оказалось, это бывшие нацисты, эсэсовцы, да еще беглые, скрывающиеся от возмездия. Их уже лет тридцать с чем-то разыскивала одна мощная израильская организация. Эти ублюдки, оказывается, сами были грабителями. Только грабили они когда-то не постояльцев в дорогих отелях, а в основном евреев, после чего отправляли их целыми семьями в лагеря смерти. Потом и сами работали в таком лагере. Они выбивали из евреев информацию о том, где и кто спрятал родовые сокровища, забирали все подчистую, а этих несчастных отправляли прямиком в газовую камеру. Вот такой бизнес наладили, сволочи!