Блондинка в Монпелье - Наталия Левитина

В одиннадцать вечера мы добрались до Нима, маленького городка на границе с Провансом. Я быстро поняла, что путешествую в компании опытного экскурсовода. Жан-Поль, очевидно, знал как свои пять пальцев не только Монпелье, но и соседний Ним.

— Это римский император Октавиан Август, — прокомментировал он, когда мы увидели статую кучерявого хлопчика в юбке и плаще. Тот словно благословлял нас, простирая над нашими головами руку в отеческом жесте.

— Именно император Август и основал город. Ним называют маленьким Римом на юге Франции. Завтра вы его увидите во всей красе и не сможете в него не влюбиться.

— Вы забываете, у меня другая миссия — отнюдь не туристическая.

— Но раз вы сюда попали, не будете же вы ходить с закрытыми глазами! Тут даже есть амфитеатр, копия римского Колизея! Ему две тысячи лет! — жарко добавил экскурсовод.

— Милый Жан-Поль, меня сейчас гораздо проще соблазнить чашкой кофе и ванной, чем копией Колизея.

— Милая Елена, потерпите немного, мы почти приехали.

Вот так культурно общаясь, мы добрались до отеля, расположенного на площади у амфитеатра. Не потребовалось дожидаться утра, чтобы проникнуться очарованием Нима. Горячо разрекламированный французом, римский амфитеатр представлял собой величественное строение, которое трудно было назвать развалинами. Римские архитекторы постарались на славу, их творение отлично сохранилось. В свете фонарей под тёмно-синим небосводом махина амфитеатра пылала золотом…

Я застыла на месте, внезапно ощутив себя песчинкой в водовороте вечности. Это сооружение стоит здесь уже два тысячелетия. И вся моя жизнь — ничтожное мгновение перед лицом этой вечности… Но эта мысль не вызывала протеста, напротив, она успокаивала. На меня снизошло какое-то божественное озарение: всё закончится хорошо. Даже если в моём понимании это будет не так уж и хорошо, всё равно, что бы ни случилось — это часть неустанного движения, вечного потока жизни…

— Елена, да что же вы, зову вас, зову, — дёрнул меня за руку Жан-Поль.

Едва не оторвал!

Он уже вовсе со мной не церемонится.

Отель, выбранный бесцеремонным французом, назывался «Фиолетовая лошадь». Что нужно сделать с животным, чтобы оно стало фиолетовым, лучше не думать, но здание и вход выглядели весьма симпатично. Окна мерцали уютным светом, мы вошли внутрь и очутились в просторном мраморном холле с красными диванами и изящной круговой лестницей, убегающей вверх. На стенах висели живописные картины. Здесь главенствовала тема корриды — размахивали плащами тореадоры, а огромные чёрные быки, неистовствуя, выпускали из ноздрей пар. Учитывая, что отель располагался напротив римской арены, где проходили бои, замысел дизайнера был понятен… Но откуда взялась «фиолетовая лошадь»?

Я увидела в руках Жан-Поля небольшой несессер.

— Что это у вас?

— Дорожный чемоданчик. Часто приходится ездить по окрестностям, показывая покупателям за́мки или фермы.

«А вы хотите оставаться свежим и благоухающим двадцать четыре часа в сутки», — усмехнулась я про себя.

О, как бы я хотела сейчас вернуть себе сумку, брошенную в полиции. В ней есть всё — от флакона любимых духов до мини-офиса (ноутбук плюс айфон).

Портье у лакированной стойки вежливо улыбнулся. Наверное, мы выглядели странно: элегантный полураздетый мсье — а на улице было совсем не жарко — и замотанная в шарф, взмыленная дамочка в платье и мужском пиджаке. Багаж — маленький чемоданчик, один на двоих.

Я облокотилась на стойку и стала ждать, пока портье и Жан-Поль наговорятся. Они тарахтели вовсю, одаривали друг друга улыбками, жестикулировали, цокали языками.