Моя очередь развлекаться - Марина Серова

Тут Петя хлопнул себя по колену и выругался:

— Эх я, скот, ведь мать волнуется! Обещал ей вчера позвонить, если задержусь.

Он отправился в комнату звонить, а мне пришла в голову странная (хотя и вполне справедливая) мысль проверить кассету в тайнике. Все-таки в квартире, пока я была невменяемой, находилось несколько посторонних людей. И совпало это с нашей «отключкой»…

Странно все получилось, странно. Я не могла четко сформулировать свои подозрения, но где-то в глубине сознания нечто подобное копошилось.

Быстро вскрыв тайник, я с облегчением обнаружила, что кассета лежит на месте. Это на сегодня главное.

Кстати, помнится, Чистяков просил меня захватить ее с собой на «разборку» с Алексеевским…

Ну уж нет, утро вечера хоть и тяжелее, но мудренее. Таскать, с собою в сумке главный козырь, когда неизвестно, что там ждет впереди? Увольте.

В кухню вошел Петр:

— Хорошо, что мама такой понимающий человек. Стыдно, конечно, врать ей, но что делать. Сказал, что мы с тобой по известному ей делу срочно уезжали в Бакалейск и вернулись только под утро. А сейчас опять ждут срочные проблемы. Ладно, главное, что она успокоилась.

Я шутливо-укоризненно покачала головой:

— Эх, Петя, а еще спортсмен. Пил вчера, как сапожник, даже закурил под конец…

Он так смутился, что я пожалела о своей шутке:

— Да перестань ты! Все шло на пользу делу, я это чувствую, хоть и не могу точно сейчас сформулировать. Единственные вопросы, о которых серьезно стоит задуматься, следующие: что и куда нам вчера подсыпали, кто это сделал, зачем сделал и что с этого поимел?

Петр удивленно поднял брови:

— Так ты уверена, что нас усыпили?

— А ты нет?

Он покачал головой:

— Не могу сказать точно, но я тоже чувствовал во вчерашнем вечере какую-то фальшь…

Я кивнула и заметила:

— Однако практически невозможно подозревать в чем-либо ни Чистякова, ни Крепцова. Ведь Тиана спокойно работала и даже процветала именно в их фирме. В данном случае у них с нами общий интерес — выручить девушку. Понятно, что на Алексеевского им, по большому счету, плевать, ну разве что у Крепцова с ним намечались какие-то финансовые шуры-муры.

Петр прошелся по кухне, нахмурившись:

— Слушай, а как же они нас вчера к тебе доставили, если не знали адреса и не имели ключей от квартиры?

— Утром я прочитала записку, в которой они извиняются, что залезли в мою сумочку за ключами, а там у меня и паспорт с пропиской лежит… Ничего страшного во всем этом я не нахожу. Другой вопрос, в каком веселеньком виде нас с тобой транспортировали на глазах почтеннейшей публики!

Петя вздохнул и пригладил свои слегка вьющиеся волосы.

— Да, история не из приятных. Чтоб свалить с ног меня — это надо очень постараться.

— Я тоже так думаю, вопрос только в том, кто именно постарался?

Наши размышления прервал настойчивый звонок в дверь.

— Это наверняка Чистяков, — сказала я и пошла открывать.

На пороге действительно стоял Андрей в безукоризненном светло-сером костюме, при шикарном галстуке и даже… держал в руках чайную розу.

Я слегка обалдела и промямлила:

— А… у нас… что — свидание?

Андрей, улыбаясь, переступил порог и сообщил:

— Нет, у нас ответственное и опасное дело, которое, кстати, может стоить кому-то жизни. Вот я и решил сделать даме приятное… Ведь вы, Танечка, не очень хорошо себя ощущаете после вчерашнего?

— Да, плясать от радости канкан я не могу. Ну, как мы поступим: едем сразу или выпьем по чашечке кофе?

Я сделала приглашающий жест рукой в сторону кухни.

— А где ваш верный телохранитель, он, надеюсь, проснулся?

Андрей продолжал улыбаться с некоторой ехидцей.

— Доброе утро.

Подтянутый, бодрый Петя вышел в коридор и крепко пожал Чистякову руку, что само по себе явилось лучшим ответом на заданный вопрос.

Андрей ответил на приветствие и сказал, что пора ехать, а кофе и ликеры будем пить по исходу дела.

— Кстати, Таня, — обернулся он, выходя за порог, — не забудьте взять кассету.

— Да, да, — откликнулась я из глубины комнаты, куда пошла поставить розу.

…Через пару минут наша троица уже спускалась в лифте. При мне была сумочка, где лежала верная газовая «беретта». При Петре Губченко были его боксерские кулаки, а при Чистякове…

— Андрей, у вас есть какое-нибудь оружие?

Тон моего вопроса был абсолютно невинным.

Чистяков внимательно посмотрел мне в глаза и ответил:

— Неужели я на такое дело поеду с детской рогаткой?

А когда мы вышли из подъезда, он указал рукой на черный «Вольво», стоящий на дороге позади «Мерседеса», и добавил:

— Плюс к этому у меня в той машине пара крепких ребят из службы безопасности. Они с вами уже знакомы со вчерашнего вечера, вы с ними тоже… правда, заочно, — добавил он, не сдержавшись, и хохотнул.

Мы с Петром сделали вид, что пропустили намек мимо ушей.

Андрей открыл дверцу «Мерседеса» и сказал:

— Прошу.

Когда мы все удобно расселись в уютном салоне, Андрей закурил и сообщил:

— Значит, так. Крепцов на связи по мобильному, если понадобится, вышлет подмогу. Едем в Ягодную Поляну, это километров пятнадцать от города. Как найти дом, шеф мне подробно объяснил. Там действуем по обстоятельствам, но, сами понимаете, лучше без перестрелок и трупов.

Я тоже затянулась сигаретой и спросила:

— Ваши бойцы хорошо вооружены?

Андрей снисходительно покосился с водительского места на заднее сиденье, куда я по привычке села, и ответил:

— Не хуже американских морских пехотинцев.

Затем он включил мягкую музыку, и машина плавно тронулась, набирая скорость.

Когда минут через десять мы проезжали мимо вокзала, меня осенила мысль:

— Андрей, притормозите, пожалуйста, возле этого дома буквально на пять минут.

Он глянул на часы, показывающие половину десятого утра, пожал плечами и выполнил мою просьбу.

Я выскочила из машины и пошла к дому Тианы. «Идиотка, — ругала я себя по дороге, — совсем забыла про ее отца, мало ли что там могло еще произойти, вдруг у него появились какие-нибудь новые сведения?!»

…Профессор открыл мне дверь не сразу, видимо, наученный горьким опытом, долго всматривался в «глазок». Но зато, открыв, чуть не бросился мне на шею:

— Татьяна, Господи, я уже не знал, что и думать. Вот еще полчасика, и пошел бы в милицию! А вдруг и вас тоже похитили!