Соперница - Нора Робертс

– Я предпочел бы видеть тебя уволенной, чем несчастной.

– Я не несчастна, – прошипела она сквозь зубы. – Я думаю.

– Ну, ради бога. – Он встал и поднял большую спортивную сумку, стоявшую рядом на полу.

– Ты куда-то едешь?

– В Нью-Йорк. – Легким точным движением Финн повесил сумку на плечо. – Несколько дней я буду заменять ведущего в «Утреннем звонке».

Дина подняла брови. Она знала, что «Утренний звонок» Си-би-си был очень слабой передачей.

– Ты хочешь сказать, что его рейтинг повысился?

Финн пожал плечами и взял миндалину в сладкой глазури из вазочки, стоявшей на ее столе.

– На последнем месте. Начальство считает, что если я бывал на линии огня или в местах землетрясений, то сумею очаровать зрителей. – Скривившись от отвращения, он глотнул. – Так что несколько дней мне придется рано вставать и надевать галстук.

– Не только. Это сложное шоу. Интервью, сенсации…

– Болтовня! – с нескрываемым презрением сказал Финн.

– А что плохого в болтовне? Если это интересно зрителям, помогает им разобраться в ситуации.

Финн то ли фыркнул, то ли улыбнулся.

– Правильно. В следующий раз, когда я буду брать интервью у Каддафи, обязательно спрошу, как ему понравился последний клип Мадонны.

Заинтересовавшись, Дина запрокинула голову и внимательно посмотрела на него. Она подумала, что, может быть, напрасно повесила на него ярлык беспечного мятежника, который делает только то, что хочет, и держит свое начальство в постоянном напряжении.

– Если ты это так ненавидишь, то почему делаешь?

– Я здесь работаю, – просто ответил он и взял пригоршню миндаля.

Дина опустила глаза и смущенно поправила бумаги на столе. «А я работала», – с горечью подумала она.

– Значит, это просто послушание.

– На первый взгляд. – Что же с ней происходит, удивлялся Финн. Жалко, что у него не было времени пошататься по студии и все выяснить. – Но давай посмотрим на это иначе. Если «Утренний звонок» попадет на помойку, то пострадают доходы. Кто первым это почувствует?

– Отдел новостей.

– Правильно, черт побери! Теперь смотри. Наше утреннее шоу болтается где-то внизу таблицы рейтингов, плюс то, что пара тупоголовых идиотов не может составить приличную программу на вечер вторника – не успеешь ты и рта раскрыть, как нам урежут содержание.

– У нас хорошие понедельник и пятница, – пробормотала она. – И еще у нас есть «У Анджелы».

– Обидно понимать, что наши задницы прикрывают Анджела и пяток других развлекательных программ. – Он опять улыбнулся, пожал плечами. – Не думаю, что ты захочешь поцеловать меня на прощание.

– Не думаю, что захочу.

– Но тебе будет меня не хватать. – В его глазах было столько смеха, что она невольно улыбнулась ему в ответ.

– Ты же не на войну едешь, Финн.

– Тебе легко говорить. Ладно, оставайся в эфире. – И он не спеша двинулся прочь. Дина наблюдала, как он подошел к другой женщине-репортеру, что-то ей сказал. Та засмеялась и нарочито шумно чмокнула его в губы. Все вокруг зааплодировали, а Финн повернулся и улыбнулся Дине. В последний раз отсалютовав комнате новостей, он выскользнул в дверь.

Все еще хихикая, Дина вернулась к своему тексту. Может быть, у этого человека и были свои недостатки, но, по крайней мере, он умел ее рассмешить.

И еще, призналась себе девушка, он умел заставить ее задуматься.

Она мысленно представила себе свой список. Две аккуратно отпечатанные колонки с доводами «за» и «против». Согласиться или отказаться от предложения Анджелы. Оригинал хранился в верхнем ящике стола у нее дома, так что вспомнить его было довольно просто. Вздохнув, она добавила еще одно слово к колонке «против».

Преданность.

– Мисс Рейнольдс?

Она моргнула и подняла голову. Из-за фарфорового горшка с пышными красными гибискусами выглядывало круглое веселое лицо. Вначале Дина не могла даже сообразить, кто это. Но когда он поправил очки с металлической оправой на своем вздернутом носу, она вспомнила.

– Привет, Джеф. Что это такое?

– Это вам. – Он поставил горшок на стол и сразу же засунул руки в карманы. Ассистент выпускающего редактора Джеф Хайат умел обращаться с техникой лучше, чем с людьми. Он быстро улыбнулся Дине, потом посмотрел на цветы.

– Очень милые. Я столкнулся с посыльным, и раз уж я все равно шел…

– Спасибо, Джеф.

– Все в порядке.

Дина тотчас забыла о нем, доставая карточку, спрятанную между цветами:

«Тебе нравятся Гавайи?»

Улыбнувшись, она протянула руку и погладила цветок. Еще одна строчка в колонке «против», подумала она. Маршалл.

– Мисс Перкинс, к вам мисс Рейнольдс.

– Попроси ее подождать. – Зажав сигарету между пальцами, Анджела хмурилась над отчетом Бикера о Маршалле Пайке. Несомненно, это было интересное чтение и оно требовало всего ее внимания целиком. Его профессиональное имя было честно заработано – докторская диссертация в Джорджтауне, год учебы за границей. В финансовом плане у него тоже было все в порядке – он консультировал светских знаменитостей и политиков по проблемам их запутанных браков и несложившихся семей.

В целом симпатичный образ мужчины с неплохим положением, который хорошо учился, старательно трудился и пытался сохранить мир в чужих семьях.

И все-таки это было интересно. Интересно, потому что Бикер обнаружил, что сумма, выплаченная Маршаллом своей бывшей жене, была просто гигантской, как и размер алиментов.

Он не оспаривал требований жены, размышляла Анджела. Она читала дальше, и уголки ее губ приподнялись в улыбке. Видимо, просто не осмелился. Когда тридцатипятилетнего мужчину застают в два часа ночи развлекающим прелестную, очень юную и совершенно обнаженную дочку его секретарши, у него не остается возможностей для переговоров. Несовершеннолетняя, пусть даже охотно готовая на все, остается несовершеннолетней. Супружеская измена, особенно с шестнадцатилетней, дорого стоит.

Он сумел все скрыть, думала Анджела, пролистывая папку Бикера. Секретарша получила кругленькую сумму, блистательную рекомендацию и переехала вместе с семьей в Сан-Антонио. Жена отхватила намного больше, но зато ничто не запятнало доброе имя доктора. Если и был какой-то слушок, – наглость Пайка прямо-таки восхищала Анджелу, – то злые языки косвенно связывали доктора с секретаршей, а не с ее скороспелой дочкой…

Так что доктор Пайк продолжал свою практику в Чикаго как один из самых популярных специалистов.

У знаменитого семейного консультанта была слабость к подросткам. Интересный сюжет для шоу, решила она и засмеялась. Нет-нет, они сохранят это в тайне. Иногда информация стоит больше, чем место в таблице рейтингов. Анджела закрыла папку и сунула ее в ящик. Любопытно, что об этом знает Дина?