Джокер в колоде - Джеймс Хедли Чейз

– Надеюсь, вы хорошо спали, мадам? – спросил он, наливая кофе.

– Да, спасибо.

Две таблетки снотворного помогли ей прекрасно выспаться. Она чувствовала себя отдохнувшей, и ее ум деятельно работал.

– Я уверена, вы будете рады вернуться домой, Хинкль.

– Да, мадам. Я нахожу неприятной жизнь в отелях.

– Мистер Рольф хорошо провел ночь?

– По всей видимости, да. Ему все время дают снотворное, мадам.

Хельга помешала кофе.

– Вы видели Джонса?

Лицо Хинкля помрачнело:

– Да, мадам. Он будет готов к отъезду после ленча.

Хельга небрежно заметила:

– Кажется, он не глуп.

– Как будто да. – Голос Хинкля выражал полное неодобрение. – Конечно, он многому должен научиться.

Значит, Дик, как она про себя уже называла его, не доставил каких-либо хлопот. Хельга почувствовала прилив возбуждения.

– Сегодня утром мне надо уйти, я позавтракаю в ресторане.

– Все будет улажено, мадам. Я позабочусь о счете за отель. Мы вылетаем в 13.30.

– Вы настоящая опора для меня, Хинкль. – Она нежно улыбнулась ему.

– Вы очень добры, мадам. Я уже уложил одежду и бумаги мистера Рольфа. – Хинкль помолчал. – Недостает только красной папки с письмом мистеру Винборну.

Хельга почувствовала озноб. Следовало побеспокоиться об этом раньше. Она быстро соображала. Необходимо сохранить доверие Хинкля. Дело приняло опасный и неожиданный поворот. Она должна удержать его на своей стороне.

– Вы говорили, что хорошо ко мне относитесь, – сказала она спокойно, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза. – Трудно выразить, как я вам благодарна за это доверие ко мне. Я считаю его знаком дружбы, а друг мне очень нужен, Хинкль.

Толстое лицо Хинкля смягчилось. Он слегка поклонился, его глаза увлажнились. Хельга сразу поняла, что нашла правильный подход.

– Вы советовали мне прочесть письмо. Так я и сделала. Вы должны простить меня, если я вас неправильно поняла. Когда вы сказали, что рассудок мистера Рольфа поражен болезнью, я не сразу поверила. Но вчера я видела его и теперь согласна с вами. Я понимаю, насколько вы умнее меня. И знаю, что люди, страдающие психическими расстройствами, настраиваются больше всего против тех, кого любили. Мы с ним были так близки… так счастливы вместе. Я сделала для него все, что могла. – Она закрыла лицо руками и сдавленно всхлипнула, стараясь усилием воли вызвать слезы.

– Прошу вас, мадам, не расстраивайте себя, – дрогнувшим голосом сказал Хинкль. – Разрешите мне…

Хельга подняла голову. По ее щеке катилась слеза.

– Нет, пожалуйста, не надо, Хинкль. Нам больно обоим. Вы были так добры ко мне. Я прочла письмо. Ужасно, но, если его прочитает Винборн, мне наступит конец. – Она подняла руку в безнадежном жесте. – Я знаю, как и вы, если бы мистер Рольф был здоров, он никогда бы не написал такого письма. Я взяла его. – Она закрыла глаза, и из-под ресниц выкатилась еще одна слезинка. – Доктор Леви говорит, что Герман проживет недолго. Я сохраню письмо у себя. Если он выздоровеет, я положу письмо обратно в его бумаги, но если он умрет – молю Бога, чтобы этого не случилось, – тогда я намерена уничтожить его. – Она посмотрела ему прямо в глаза. – Что вы скажете? Я поступаю правильно?

– Мадам… – хрипло произнес Хинкль. – Я не предложил бы вам прочесть письмо, если бы не надеялся, что вы его заберете. Печальное событие. Я боюсь, что мистер Рольф тяжело болен, и считаю, что вы сделали правильно. Я буду рад служить и дальше, мадам.

Хельга отвернулась, боясь, что он заметит торжество в ее глазах.

– Спасибо, Хинкль, – произнесла она охрипшим голосом.

Дождавшись, пока за ним закроется дверь, она облегченно вздохнула. Расклад карт был в ее пользу. Доверчивый Хинкль! Ей вдруг стало стыдно за свой обман, но она немедленно прогнала это чувство.

«Лучше нападать, чем защищаться».

А теперь Джексон!

Часом позже она отыскала место для парковки машины на Оушен-авеню и поднялась на лифте на четвертый этаж здания, где находилась контора Джексона. Она постучала в матовое стекло двери, повернула ручку и вошла в маленькую приемную.

Хельга была спокойна. А ожесточение придало ей отвагу фаталиста. Скоро ей предстоит узнать, сможет ли отвага и блеф победить Джексона или же он и в самом деле такой крепкий орешек, каким считал его Гриттен.

Перед ней стоял обшарпанный стол, за которым сидела молодая темнокожая девушка, одетая в выцветшие голубые джинсы и грязную, завязанную узлом на животе мужскую рубашку. Она читала журнал, и при виде Хельги ее большие черные глаза широко раскрылись. Хельга специально надела строгий голубовато-серый костюм, оживленный лишь ниткой жемчуга. Ее холодная изысканность и твердый пронизывающий взгляд, казалось, загипнотизировали девушку.

– К мистеру Джексону, – отрывисто бросила Хельга.

– Да, мэм.

Девушка соскользнула со стула и открыла дверь справа.

– У нас клиент, – сказала она, просунув голову в комнату.

Отстранив девушку, Хельга вошла в неряшливый кабинет, размером чуть больше приемной. Она огляделась, отметив, что окна грязные, ковер вытерт до основания, а ящики картотеки обшарпаны.

Джексон, читавший программу скачек, вскочил на ноги, уронив ее на пол.

– Ну и ну! Вот так сюрприз, – сказал он, выдавливая улыбку.

Хельга оглядела его с ног до головы. Перед ней стоял не тот безупречно одетый шантажист, которого она встретила в ресторане «Жемчужина». Джексон был в своем рабочем наряде: потрепанный, нуждающийся в чистке и глаженье костюм, рубашка с грязными манжетами и грязный засаленный галстук.

Подождав, пока девушка закроет дверь, Хельга шагнула к сильно потрепанному креслу и села.

– У меня мало времени, мистер Джексон, – сказала она. – Мы с мистером Рольфом улетаем из Нассау двухчасовым самолетом. Он просил меня оплатить ваш счет.

На какое-то время в глазах Джексона мелькнуло замешательство, но он тут же овладел собой и улыбнулся:

– Очень мило с его стороны, миссис Рольф. Рад слышать, что он так быстро поправился.

– Сколько я вам должна?

У Джексона сузились глаза.

– Мы об этом уже договорились, миссис Рольф.

– Сколько он вам должен? – повторила Хельга.

– Вы согласились заплатить мне десять тысяч долларов.

– Мистеру Рольфу сумма кажется чрезмерной.

С внезапно помрачневшим лицом он произнес:

– Меня это не касается, миссис Рольф. – В следующий миг к нему вернулась его самоуверенная издевательская улыбка. – Это уже ваша забота – договориться с ним. Правильно?