Полночь в музее - Илона Волынская

– Боже мой, бедная Греза Павловна! Ограблена, попала в больницу! Такая прелестная, обаятельная женщина! Мы с ней знакомы, встречались пару раз на выставках. Но кто бы мог подумать, что безобидное коллекционирование в наше время превратится в столь опасное занятие!

– Коллекционировать, особенно в нашем городе, особенно старинную мебель, особенно сейчас и вправду опасно, – Мурка уже прожевала баранку и снова вмешалась в разговор, все так же мрачно поглядывая на Спеца. – На коллекционеров прямо мор пошел: то у них дома горят, то гаражи взрываются, то в квартиры к ним всякие неприятные личности вламываются, а одна коллекционерка так вообще исчезла.

– Что ты говоришь, детка, прямо роман ужасов и тайн, – старичок иронически ухмыльнулся.

– Напрасно вы смеетесь, – Вадька слегка обиделся на симпатичного, но чересчур легкомысленного старичка. Мурка тут рискует своей и Вадькиной шкурой, прямо в присутствии возможного главаря шайки предупреждает дедка о нависшей над ним опасности, а он еще и хихикает. – Вам было бы гораздо спокойнее, если бы вы передали вашу коллекцию в музей.

– Боже мой, молодые люди, и вы туда же! – в скрипучем голосе Василия Васильевича прорезалась нотка возмущения. – Сговорились вы, что ли? Отвечу вам то же самое, что только что сказал многоуважаемому Игорю Степановичу: согласно моему завещанию, все принадлежащие мне предметы старины перейдут в музей сразу после моей смерти. Так что не надо меня торопить, дайте я доживу свой век среди приятных мне вещей, тем более что мне не так уж много осталось, вы люди молодые, вполне способны подождать.

– Дорогой Василий Васильевич, поверьте мне, я ни в коей мере не хотел вас обидеть, – вмешался Спец. – Просто…

– Просто он всех коллекционеров посещал и уговаривал: и тех, которые горели, взрывались, и ту, которая исчезла, – нахально влезла Мурка, продолжая сверлить Спеца убийственным взглядом.

Вадька мысленно взвыл. Перед его внутренним взором предстала мебельная банда, которая засовывает его и рыжую ногами в тазики с цементом и тащит к речке. Каждый тазик украшает надпись: «Они слишком много знали»…

Спец принужденно рассмеялся:

– Кажется мне, Василий Васильевич, девушка считает меня неким ангелом смерти. Надеюсь, вы не суеверны?

– Я старый солдат, Игорь Степанович, – самодовольно усмехнулся дедок. – Не верю ни в сон, ни в чох, ни в вороний грай, а тем более не верю в мистические случайности, преследующие коллекционеров старинной мебели, так что все мои столики-стульчики останутся при мне до самой смерти.

Вадька искоса глянул на Мурку и по выражению ее лица понял, что у нее промелькнула та же мысль: не поджидает ли милого старичка смерть гораздо более скорая, чем он надеется. Вздыхая над непонятливостью дедка, ребята собрались уходить. Спец поднялся вместе с ними. Все трое вышли на улицу.

– Приятно видеть, что нынешнее молодое поколение не только находит время помочь старикам, но и озабочено судьбой национальных исторических ценностей, – прощаясь, высокопарно заявил Спец.

– Ага, озабочено. Ужасно не хочется, знаете ли, чтобы все наши национальные исторические ценности разворовали, а всех национальных исторических коллекционеров поубивали, – выпалила Мурка.

– Мне кажется, барышня, что вы все время пытаетесь на что-то намекнуть. Вы уж меня простите, но я ваших намеков никак не пойму. Может, выскажетесь яснее? – внимательно глядя на Мурку, поинтересовался Спец.

– Что вы, никаких намеков, – ответил Вадька, крепко, до боли, вцепившись Мурке в руку. – Она имеет в виду, что все вещи Грезы Павловны украли и они до сих пор не найдены.

Окинув пристальным взглядом стоящую перед ним парочку, Спец немного подождал, словно надеясь на продолжение Вадькиной речи, затем, так и не дождавшись, кивнул и удалился.

– Совсем сдурела? – напустился Вадька на девчонку. – Хочешь, чтобы нас тоже кокнули?

– Ваденька, я не могу! – простонала Мурка. – Это он Спец, а вовсе не Остапчук. Виноградов к дедку приперся, чтобы посмотреть, как его лучше обчистить, точно так он и к остальным приходил.

– Очень даже может быть, – кивнул Вадька. – Надо придумать, как его остановить.

– Взламывать музей не стану, и не уговаривай, – немедленно окрысилась Мурка. – Не хочу быть преступницей! Я вот что сейчас сделаю, я вернусь и объясню все деду начистоту, раз он намеков не понимает, – и, вырвав у Вадьки руку, она бросилась в подъезд.

– Мурка, вернись! Мурка, он тебе все равно не поверит! – крикнул ей вслед Вадька, но она не слушала. Безнадежно махнув рукой, он приготовился к долгому тоскливому ожиданию.

Однако скучать ему не пришлось. Из-за угла дома появилась компания Ленчика во главе с самим Ленчиком. Толстяк торжествующе улыбался.

Вадька окинул взглядом окруживших его врагов и вдруг почувствовал, что совершенно их не боится. Страха не было ни капельки, наоборот, его переполняло глухое раздражение. Вокруг происходят такие важные и серьезные дела, люди могут погибнуть, старинные вещи навсегда исчезнут в далеких странах, если он, Вадька Тихонов, не найдет выход, а тут компания дебилов путается под ногами!

– И не надоел тебе этот детский сад, Ленчик? Здоровый парень, а ведешь себя как малек, с которым играть не захотели, – небрежно бросил Вадька жирному главарю.

Ленчик обалдел. Предполагаемой жертве следовало вести себя совершенно не так. Очкастые интеллигенты вроде Тихонова должны бояться и помалкивать, когда появляется Ленчик, а не обращаться к нему со снисходительным пренебрежением занятого взрослого, отвлекающегося на детские капризы. Подобное поведение необходимо немедленно, сию же минуту пресечь. Не тратя время на препирательства с расходившимся гением, Ленчик протянул лапищу, намереваясь сгрести Вадьку за грудки, но тут словно раскаленная игла прошила ему бицепс.

– На минуту отойти невозможно! – Муркиному возмущению не было предела. – Парни, вам что, заняться нечем? Два раза было сказано, чтобы оставили Вадьку в покое! Решили в следопытов поиграть, охоту тут устраиваете! Вы дождетесь, что я на вас охотиться начну, вот тогда повеселимся!

– Что ты за него все время заступаешься? – кинулся на помощь начальству Сашка. Муркины победы и наглость Тихонова подрывали авторитет Ленчика, а вместе с главарем страдал и его верный зам. – В охранницы к нему нанялась? Так ведь круглые сутки ты при нем быть не сможешь, все равно одного подловим. Пусть он сам за себя постоит, тогда отвяжемся.

– Что имеется в виду? – зловеще прищурившись, поинтересовалась рыжая.

– Драка один на один. Одолеет Тихонов Ленчика, сможет гулять спокойно.

– Помнится, именно это я предлагала с самого начала, – ни к кому не обращаясь, словно в пространство бросила Мурка. – Ладно, мы согласны.

С трудом подавив испуганный вопль, Вадька начал отчаянно подмигивать Мурке, намекая, что им бы стоило сперва обсудить ситуацию между собой. Однако Мурка не обращала на его знаки ни малейшего внимания.