Проект собственной смерти - Алексей Макеев

— Как-то вы это странно сказали, — осеклась Светлана. — Я совсем не это имела в виду. Просто с ним было тяжело работать, а тут еще это увольнение. Возможно, я погорячилась.

— Тогда забудем на время об увольнении и начнем разговор с самого начала, — предложил Лев. — Скажите, Светлана, не был ли господин Штейн чем-то озабочен в последнее время?

— Не думаю, — задумчиво проговорила Светлана. — Его поведение было совершенно обычным.

— Быть может, ему поступали какие-то письма с угрозами или странные звонки?

— Нет, ничего такого.

— А как насчет посетителей? Попадались люди, чье поведение показалось вам странным?

— У нас тут все посетители со странностями, — впервые с начала разговора улыбнулась Светлана. — К нам другие не заходят, мы же исключительно престижная организация.

— Тогда, быть может, кто-то из сотрудников офиса вел себя не как обычно? По отношению к Штейну, я имею в виду.

— Думаете, кто-то из наших мог такое с Альбертом Германовичем сотворить? — догадалась Светлана. — Забудьте! Альберт тут всем не по зубам был.

— Ключевое слово в вашей фразе «был», — заметил Гуров. — Ведь кто-то же раскусил этот орех.

— Так-то да, но это точно не из наших.

— А тот хмырь, Хахалин, который в последнее время поднялся? — напомнил Лев. — Мог он желать смерти Штейну? Теоретически он таким образом освободил себе место.

— У Хахалина другая направленность. Он на индивидуалах «бабки стрижет». И неплохо, кстати, зарабатывает. Терять все ради эфемерной надежды занять место Штейна? Нет, Хахалин не дурак, так рисковать не станет, — уверенно заявила Светлана.

— А кто-то еще из тех, кого вы называли?

— Вряд ли. Ведь тут даже не от Вениамина Львовича все зависит. Это как клиенты отреагируют. Знаете, как все произойдет? Явится клиент с выгодным заказом. Вениамин поручит его выполнение одному из архитекторов. Потом второй клиент, третий. Если о ком-то из архитекторов клиенты станут отзываться особо, тогда, быть может, он и займет место Штейна. Но на это уйдут годы. А за убийство срок гораздо быстрее схлопотать.

— Возможно, вы правы, — согласился Гуров и задал новый вопрос: — Скажите, Светлана, вам знаком круг друзей Штейна?

— У Штейна нет друзей, — быстро ответила она.

— Прямо ни одного?

— Если адвоката, с которым тебя связывают чисто деловые интересы, можно считать другом, то один есть.

— Антон Дербенев.

— Вот видите, вы и сами все знаете, — улыбнулась Светлана.

— Выходит, он Штейну не настоящий друг?

— Как вам сказать. Я проработала у Штейна три года. За это время он встречался с Дербеневым ровно шесть раз. Всегда на нейтральной территории, и всегда по деловым вопросам. Обсуждали ли они при этом какие-то личные темы, мне неизвестно. Возможно, что и так. Но я бы подобные отношения дружбой не назвала. Хотя у каждого свои представления о дружбе.

— А как насчет женщин? Штейн ведь был мужчиной в полном расцвете сил.

— О женщинах мне ничего не известно, — поспешно ответила Светлана. — Сюда к нему женщины не ходили, звонить по личным вопросам не звонили. Чем он занимался за порогом кабинета, я не интересовалась.

— Он когда-нибудь поручал вам заказать билеты в театр на две персоны или букет цветов с доставкой по определенному адресу? — не сдавался Гуров.

— Такого не припомню, — задумалась Светлана. — Хотя нет, в самом начале моей работы он однажды давал мне поручение. Правда, это были не цветы, а коробка шоколадных конфет. Штейн настаивал, чтобы коробку обязательно перевязали желтой атласной лентой и из этой же ленты соорудили шикарную розу. Отправлял он ее не на частный адрес, а в оперный театр. К сожалению, не смогу вспомнить фамилию женщины, значившуюся как получатель.

— Если в оперный театр, то я знаю фамилию получателя. Мне хотелось услышать о ком-то, кто значил для Штейна больше других. Видимо, такой женщины в его жизни не существовало. — Гуров выдержал паузу, прежде чем заговорить снова, и произнес: — Следующий вопрос может показаться вам некорректным, но задать я его обязан…

— Хотите спросить, не подбивал ли он клинья ко мне, — не дала ему договорить Светлана. — Отвечу просто: нет. Во мне он женщину не видел. Удобное приложение к компьютеру и кофеварке, только и всего. Меня это устраивало. Знаете, как сложно сохранять нейтральные отношения с боссом, озабоченным тем, как бы залезть тебе под юбку? Не знаете. А я этого нахлебалась. Это была одна из причин, почему я терпела издевательства Штейна. Он не был бабником. К тому же платил хорошо. Где я теперь такую выгодную работу найду? Этот ваш убийца просто подонок.

— Потому что лишил вас хорошей зарплаты? — усмехнулся Гуров.

— Ладно, проехали, — махнула рукой Светлана. — На меня сегодня находит, не обращайте внимания. Какие там у вас вопросы остались?

— Да, в сущности, больше никаких. Осталось осмотреть кабинет вашего босса, и можем прощаться, — сказал Лев.

— Проходите, там не заперто, — разрешила секретарша.

Гуров прошел в кабинет Штейна. Там порядка было куда меньше, чем в его квартире. На стеллажах, занимавших всю стену, в полном беспорядке были натыканы папки с рабочими документами. Стол завален чертежами и эскизами. Гуров мельком просмотрел бумаги, надеясь найти какие-то личные записи, но и здесь ничего подобного не обнаружил. Проведя в кабинете меньше десяти минут, он снова вышел в приемную.

Прежде чем окончательно покинуть офис, Лев по очереди пообщался со всеми, кого упоминала в разговоре Светлана. Ни один из кандидатов на место Штейна не вызвал у него подозрений. Вениамина Львовича на месте не было, он уехал на встречу с потенциальным клиентом.

Забрав машину с парковки, Гуров собрался ехать к адвокату Дербеневу, но планам его сбыться было не суждено. Не успел он отъехать от здания на улице Горького, как позвонила жена. Она была в приподнятом настроении и сразу защебетала в трубку:

— Дорогой, я все устроила. Екатерина Николаевна ждет нас у себя в загородном доме к половине первого. Представляешь, оказывается, она меня прекрасно помнит. И даже хвалила мои актерские способности.

— Почему в половине первого? — только и смог спросить Гуров.

— Ты что, недоволен? Я тут стараюсь, устраиваю тебе встречу, а ты недоволен временем? Почему бы и не в половине первого? Время обеда. Екатерина Николаевна пригласила нас на обед. Кстати, ты должен успеть заехать домой.

— Это еще зачем? — бросая взгляд на часы, поинтересовался Лев.

— Как это зачем? Не поедешь же ты к ней в форме? — возмутилась Мария. — И думать об этом не смей! Немедленно возвращайся домой, я уже приготовила твой костюм.

— Дорогая, сейчас без четверти одиннадцать, я вполне могу успеть заскочить в отдел. Работы много, сама понимаешь, — начал Гуров, но она тут же перебила его: