Рассказы - Роберт Альберт Блох

Но что с того? В конце концов, у нас был второй медовый месяц, и сейчас не время портить то, что я едва успел исправить. Потратим полчаса здесь, а после отправимся в Валос.

— Ну же!

Вынырнув из размышлений, я обнаружил, что Дейзи одолела уже половину пути до крыльца. Заперев машину, я бросил ключи в карман и успел нагнать жену прежде, чем она дошла до двери. Во второй половине дня стало пасмурно, и на солнце набежали облака. Дейзи нетерпеливо постучала. В лучших традициях «домов-с-привидениями», последовала драматическая пауза, и лишь затем дверь медленно открылась. Можно было ожидать, что вслед за этим наружу выглянет зловещее, украшенное гадкой усмешкой лицо. Без сомнения, Дейзи предвкушала что-то в этом роде.

Но вместо ожидаемого получила В. К. Филдса.

Ну, или почти. Нос человека был немного короче и не такой красный. Щеки тоже худее, однако и костюм, и прищур, и двойной подбородок соответствовали традиции. А более же всего соответствовал ей голос «истинного джентльмена».

— Ох. Заходите, заходите. Рад приветствовать вас в особняке Клувы. — Движением сигары он пригласил нас войти. — Двадцать пять центов, прошу вас. Большое спасибо.

В холле было темно. Действительно темно, да к тому же повсюду витал противный затхлый запах, однако я готов был биться об заклад, что на самом деле дом не одержим никем, кроме тараканов. Наш комичный друг мог бы попытаться переубедить меня, но, в конце концов, это было представление для Дейзи.

— Слегка поздновато, но думаю, нам хватит времени провести экскурсию. Вы не успели совсем немного — буквально пятнадцать минут назад я отпустил большую группу из Сан-Диего. Они приехали специально, чтобы осмотреть особняк Клувы, так что заверяю вас, вы не зря потратите свои деньги.

Отлично, приятель, давай-ка поменьше заверений и побольше дела. Выпускай своих зомби, встряхни хорошенько мою женушку, и мы двинем дальше.

— Но чей призрак живет в этом доме и откуда он здесь появился? — спросила Дейзи.

Как обычно, мастер оригинальных вопросов. Подобное остроумие вполне в ее духе. Просто-таки полна сюрпризов.

— Видите ли, леди. Мне часто задают этот вопрос, и я всегда с охотой берусь на него ответить. Этот дом построил Иван Клува — не знаю, помните ли вы его? — русский режиссер, который перебрался сюда в 20-х, в славные дни немого кино, вскоре после того, как Демилль добился первого успеха со своими постановочными картинами. Клува был «эпической» личностью. Получить контракт здесь ему позволила хорошая репутация в Европе. Он выстроил этот дом и обосновался в нем вместе с женой. В голливудской колонии было не так много тех, кто помнил его имя. По большому счету, за душой у него не было ни одного фильма.

Поэтому первое, что он сделал по приезде — спутался с множеством иностранных культов. Таким способом он хотел напомнить о себе. В Голливуде в ту пору водилось вдоволь странных личностей. Дикие вечеринки, наркотики, скандалы всех сортов и кое-что из того, о чем не принято говорить при посторонних. Он связался с сектой дьяволопоклонников — не тех, что обретаются в нескольких кварталах отсюда, а настоящих.

Мне думается, на этой почве он слегка повредился рассудком. Потому что в одну ночь, после некоторых приготовлений, убил свою жену. Он расположил ее в верхней комнате, на некоем подобии алтаря. Взял топор и отрубил голову. И с тех пор его никто не видел. Полиция нагрянула в дом лишь двумя днями позже. Они, само собой, обнаружили тело, но так и не смогли установить, куда скрылся Клува.

Может быть, он выбросился из окна в расположенное позади дома ущелье. Может быть — мне доводилось слышать и такие истории — он убил жену в качестве своего рода жертвоприношения, чтобы суметь перенестись. Некоторые из членов секты подверглись допросу, и они рассказали множество диких историй о свершаемых ими обрядах, а так же о сущностях, которые обещали своим последователям награды за человеческие жертвоприношения. Одной из таких наград была возможность перенестись с Земли. Понимаю, это звучит достаточно безумно, однако при обыске полицейские обнаружили пугающую статую, укрытую втайне от чужих глаз в расположенной за алтарем нише. Кроме того, они сожгли множество отвратительных вещей и книг, обнаруженных в особняке. После чего дьявольская секта была изгнана из Калифорнии.

Когда вся эта нездоровая чепуха скатилась в невозможную банальщину, я поморщился. Несмотря на то, что сейчас я лишь второразрядный сочинитель гэгов, даже мне хватило бы фантазии с ходу придумать гораздо лучшую историю, чем этот выдаваемый за чистую монету бред, и обыграть ее с большим мастерством, нежели, несмотря на ежедневную практику, это вышло у нашего сказителя. Слишком вяло, слишком скучно, слишком неправдоподобно. Все это звучало, как худшая «страшная история» в мире.

Если только…

Вдруг меня осенило. А что, если эта история действительно была правдивой? Может быть, в этом все дело? В конце концов, если подумать, в рассказе не было ничего сверхъестественного. Всего лишь помешавшийся русский, который зарубил свою жену. Такое случалось не однажды, психиатрическая практика полна подобных записей. И почему бы нет? После чего наш комический друг честно приобрел дом, состряпал историю о призраках и теперь зарабатывает на этом денежки.

Похоже, моя догадка оказалась верна, потому что тут старый зануда опять забубнил:

— С тех пор, мои друзья, особняк Клува долгое время стоял заброшенным и необитаемым. Хотя, один обитатель у него все же был. В нем поселился призрак. Да-да, призрак миссис Клува — Женщина в белом.

Ха! И всегда это Женщина в Белом. Почему бы, например, не в Розовом, или Зеленом? Звучало как название дешевой пьески. Отчего выглядело вдвойне забавнее, когда толстяк попытался для пущего эффекта понизить голос.

— Каждую ночь по верхнему коридору она приходит в комнату убийства. Ее рассеченное горло сияет в лунном свете, когда она вновь опускает голову на испятнанный кровью жертвенный камень, делает последний вздох и с криком страдания растворяется в холодном воздухе.

Ты хотел сказать, в горячем воздухе, приятель.

— Ох, — произнесла Дейзи. — Неужели это правда?

— Как я говорил, дом долгие годы был заброшен. Но случалось, что внутрь вламывались бродяги. Они рассчитывали провести здесь ночь, но оставались несколько дольше. Потому как наутро их всегда находили в одном и том же месте — обезглавленными на алтарном камне.

Я хотел было воскликнуть: «Да неужели?!» — но моя лучшая часть все же взяла вверх. Дейзи же, едва ли не высунув язык от восторга, искренне