Еще один знак Зодиака - Антон Леонтьев

Мадам Матильда несколько секунд колебалась, затем сказала:

— Ну что же, я могу попробовать. Однако духи вступают в контакт не когда мы этого потребуем, а исключительно по своему желанию.

Она отнесла на кухню поднос с бокалами и, вернувшись, зажгла несколько больших черных свечей с каббалистическими знаками. Одну из них она поставила на середину стола и выключила абажур.

Мне сделалось не по себе. Стоит ли вторгаться в мир призраков или позволять им входить в наш мир? Кто знает, чем это может закончиться. Уловив мои страхи, Эдик придвинулся ко мне и шепнул:

— Не волнуйся, я с тобой! Ничего страшного не произойдет! Я надеюсь, во всяком случае…

Мадам Матильда тем временем принесла планшетку из слоновой кости, на которой были укреплены несколько листов бумаги, и пару золоченых карандашей.

— Во время сеанса никто не должен переговариваться и передвигаться, — предупредила она. — Это может спугнуть посланцев с того света. Армагеддона я заперла в спальне. Учтите, что бы ни произошло, вы должны сохранять присутствие духа и не мешать мне.

Я вжалась в кресло и инстинктивно схватилась за руку Эдика. Матильда опустила голову на грудь и произнесла низким голосом:

— О, дух Джека Тейлора, взываю к тебе, услышь меня и войди в меня! Мы хотим знать правду!

Так она повторяла много раз, но ничего не происходило. Мне сделалось скучно. Похоже, призраки, если они и существуют, решили взять сегодня выходной. И вдруг произошло нечто необычайное — голова Матильды запрокинулась, я увидела, что глаза гадалки закатились, рот приоткрылся, тело задрожало. Она впала в транс.

— Я здесь! — послышался грубый мужской голос.

Я сжала руку Эдика и едва не вскочила от страха. Голос так не походил на контральто Матильды!

Затем раздался голос гадалки:

— Приветствую тебя, Джек Тейлор. Мы обращаемся к тебе, потому что хотим знать правду — был ли ты «Зодиаком» и в самом ли деле совершил убийства?

Снова страшный голос:

— Нет, я невиновен. Вы слышите? Я невиновен! Я не хочу умирать! Я не хочу умирать…

Раньше, попади я на подобный сеанс, непременно решила бы, что меня элементарно дурачат. Но сейчас я не сомневалась в том, что Матильда в действительности вызвала дух Джека Тейлора и он разговаривает с нами посредством ее голосового аппарата.

— Но если не ты, то кто? — вопросила гадалка. — Скажи нам, Джек Тейлор, кто является истинным «Зодиаком». Открой его имя и поведай всю правду!

Голова гадалки лежала на груди. Ответа почему-то не последовало. Неужели дух Джека Тейлора ушел? Опять грубый голос:

— Ты хочешь узнать правду?

Стул, на котором сидела Матильда, сдвинулся с места. Но как такое возможно? Ее голова запрокинулась, и я увидела на губах женщины пену. Голос принадлежал не Джеку Тейлору. Он был странный, не мужской и не женский — свистящий тенор.

— Кто ты? — спросила Матильда.

— Ты хотела поговорить со мной! — заявил голос. — Я и есть «Зодиак».

С моих губ сорвался тихий стон. Я испугалась, что «Зодиак» уйдет, но спугнуть мерзавца, пришедшего к нам из глубин ада, было не так-то легко.

— Ты только что говорила с придурком Джеком Тейлором, — продолжал наглый голос. — Он был жалким ничтожеством в прежней жизни, остался таким же и в жизни загробной. Благодаря моему уму он поджарился на электрическом стуле!

— Кто ты? — повторила Матильда. — Дух, скажи свое имя! Ты должен слушаться меня!

Шея гадалки странно изгибалась, тело дрожало.

— Заткнись! — был ответ «Зодиака». — Или хочешь стать моей новой жертвой? Я знаю, что ты видела девчонку с попугаем, которая умрет грядущей ночью. Но ни ты, ни твои дружки не смогут этому помешать!

— Скажи свое имя, о дух! — стонала Матильда. Пот катил с нее градом, пальцы крючились в судорогах. — Я приказываю тебе!

— Меня… зовут… — сорвалось с губ несчастной и внезапно все стихло. Затем тонкий женский голос произнес: — Помогите! Прошу вас, помогите мне! — И вновь страшный голос: — Знаешь, кто это был? Ирина Мельникофф, которая умерла в день казни придурка Джека Тейлора. Она стала моей последней жертвой. Но я вернулся! Мой дух вселился в новое тело, и я продолжил убийства! Сегодня ночью я совершу новое!

Я намертво вцепилась в руку Эдика. Волосы на голове у меня зашевелились, хотелось только одного — чтобы ужасное представление закончилось как можно быстрее. Журналисту, как я заметила, тоже было не по себе.

Мадам Матильда обмякла и долгое время не произносила ни слова.

— Как думаешь, ей не требуется медицинская помощь? — шепнула я Эдику.

— Со мной все в порядке, — раздался хриплый голос ясновидящей. Она медленно открыла глаза. — Что случилось? Почему у вас такой испуганный вид?

— Вы что, ничего не помните? — с опаской поинтересовался Эдик.

Мадам Матильда покачала головой:

— На время сеанса мое сознание отключается. Так что же произошло?

Мы, перебивая друг друга, рассказали Матильде о том, что имело место. Гадалка испуганно спросила:

— Через меня с вами говорил «Зодиак»? И заявил, что нынешней ночью произойдет новое убийство?

— И он сказал, что его дух вселился в новое тело, — кивнула я, дрожа. — Разве такое может быть?

Мадам Матильда с трудом поднялась из кресла (ее силы явно были на исходе — наверняка на проведение сеанса ушла все ее энергия), включила абажур и задула свечу.

— Человеческая сущность заключается в душе, которая после смерти меняет тело, — сказала она таким тоном, как будто это было не фантастическое предположение, а научная истина. — Почти всегда, войдя в новое тело, душа начинает жизнь заново, и воспоминания о том, что было в прежней жизни, стираются. Но иногда, чрезвычайно редко, они возвращаются, и тогда человека терзают непонятные сны, странные мысли и потаенные желания. Это бесконечный процесс.

Я подумала, что гадалка, не исключено, права. Кто знает, кем я была в прошлой жизни? И кем стану в новой? Однако все же возразила:

— Глупости! Можно подумать, что где-то существует некая фабрика душ! И вообще, объясните мне: если раньше людей вообще не было, а затем количество гомосапиенс было по сравнению с нынешним крайне мало, то откуда взялись души для все новых и новых «человеков», для тех же самых китайцев и индусов, которых сейчас за два миллиарда? Они что, многие годы томились в галактической темнице? Или мы все были раньше динозаврами и вообще одноклеточными амебами?

— И как это согласовывается с христианской религией? — продолжил вопросы Эдик, указав на распятие. — Кажется, это полностью противоречит ее догматам…

Мадам Матильда постепенно приходила в себя. Ее голос обрел прежнюю звучность. Она выпустила из спальни Армагеддона, и огромный котище с урчанием бросился к хозяйке.