Проклятый дом - Алексей Макеев

— Мы с Борей решили открыть вино, — обратилась Настя к вошедшей в столовую Светлане. — Ты не возражаешь?

— Почему же я должна возражать? — пожала та плечами. — Мне только важно, чтобы и о детях не забыли. Ты им сок достала?

— А где он? — спросила Настя, и стало ясно, что точно — о соке она забыла.

— В холодильнике, где же ему еще быть.

Настя взяла из холодильника пакет апельсинового сока — точно такого же, какой и вчера подавался на стол, отрезала ножницами уголок и уже собиралась разлить сок в два бокала, предназначенные для детей, Гуров внезапно остановил ее:

— Подождите! Надо его сначала попробовать. Дайте мне.

Он взял из рук Насти пакет, налил себе немного сока в бокал и отпил. Внимательно прислушался к своим ощущениям. Нет, сок не горчил, и вообще никакого привкуса в нем не чувствовалось.

— Нет, ничего такого, все в порядке, можно пить.

Все, находившиеся в столовой, внимательно следили за его действиями и за выражением его лица. Правда, реакция у собравшихся была разная. Супруги Селивановы смотрели на происходящее с удивлением. А вот Светлана Павловна смотрела с тревогой. И когда сыщик сказал: «Все в порядке, можно пить», на ее лице проступило явное облегчение.

Но тут Настя Новикова спросила:

— А почему, собственно, в пакете мог быть яд? Ведь вчера на столе стоял другой пакет! Его вскрыла эта противная Лена. Ясно ведь, что это она подсыпала мышьяк Свете и Борису. А потом, поняв, что ее вот-вот разоблачат, покончила с собой. Разве не так все было?

— Яд?! Яд в пакете?! — с ужасом воскликнула Настя Селиванова. — Здесь кого-то хотели отравить?

— Да, тут вчера случился неприятный эпизод, — объяснила Кириллова. — В пакете с соком отчего-то оказался яд. Этот сок уже собирались дать детям, но Лев Иванович как-то догадался, что тут что-то не так, и не позволил им пить. А мы с Борей уже выпили. Но отравы там было немного, и все обошлось…

— Ничего себе! — с негодованием воскликнула Селиванова. — И ты говоришь об этом так спокойно! Собираешься сесть за этот стол! Лично я здесь ничего есть не буду! Ты как хочешь, — обратилась она к мужу, — а я не стану обедать. Лучше посижу в машине, а поем уже дома, где никто никого не собирается травить! — И она вышла из столовой, громко хлопнув дверью.

Денис посмотрел вслед жене, затем развел руками и сказал, обращаясь к Кирилловой:

— Извините, Светлана Павловна, Настя человек такой импульсивный, эмоциональный… Я пойду, успокою ее. И мы, наверное, поедем домой. Вы не возражаете?

— Ну, если вы так хотите… — неуверенно произнесла хозяйка. Видно было, что возникшая ситуация ей не нравится, она хотела бы удержать супругов Селивановых, но не знает, как это сделать. — Если Настя так хочет, то езжайте, конечно…

— О делах мы с вами поговорили, общую картину я обрисовал, — продолжал Денис. — Впрочем, я могу еще завтра приехать, уже один…

— Да, приезжайте, — обрадовалась Светлана. — А лучше по-другому сделаем: ведь завтра Боря с Настей уезжают, я поеду их провожать. А после вокзала заеду к вам. Хорошо?

— Отлично, договорились, — ответил Селиванов и вышел вслед за женой.

В дверях он был вынужден посторониться, потому что в столовую вбежали Слава и Наташа в сопровождении Татьяны Красовской.

— Мы не очень опоздали? — обратилась она к Светлане Павловне. — Просто мы затеяли одну интеллектуальную игру, и дети очень увлеклись, не хотелось их отрывать…

— Нет-нет, все в порядке, — ответила Светлана. — Вы как раз вовремя. Лев Иванович даже успел попробовать сок, который мы хотели дать детям. Попробовал и решил, что сок вполне безопасен. Ведь так, Лев Иванович?

— Ну, я не химическая лаборатория, официальное заключение дать не могу, — пожал Лев плечами. — Но по вкусу сок вполне нормальный.

Тут он поймал на себе удивленный взгляд гувернантки.

— Вы что, пробовали сок, думая, что он может быть отравлен? — спросила она. — Но ведь это… Это же было очень опасно! Это… это можно считать подвигом!

— Ну, уж вы скажете! — усмехнулся Лев. — Из таких «подвигов» состоит вся наша работа. Ладно, давайте переходить к главной части ужина — к поеданию котлет, а то аппетит что-то разыгрался.

— Да, попробуйте, наконец, нашу с Борей стряпню! — воскликнула Настя Новикова.

После этого разговор на какое-то время затих. Слышно было, как стучат вилки, как булькает наливаемое в бокалы вино. Затем разговор возобновился, но вертелся он главным образом вокруг кулинарных достоинств супругов Новиковых. А Гуров размышлял над недавно разыгравшейся сценой отъезда Селивановых. Искренним было возмущение Насти Селивановой или оно было заранее отрепетировано? Не хотели ли супруги побыстрее уехать, чтобы избежать разговора? О чем? Ну, допустим, о причинах, заставивших Светлану Кириллову так возвысить управляющего Селиванова, сделать его фактически главой финансовой империи… Или о странных явлениях, происходящих в этом доме, об обстоятельствах смерти Игоря Кириллова… Гуров не знал, как ответить на эти вопросы. У него пока не было никаких улик против сверхуспешного менеджера Селиванова. Было только четко выраженное неприязненное отношение к этому человеку и сознание, что с ним что-то нечисто.

Он все еще продолжал размышлять о Денисе Селиванове и его жене, когда у него в кармане зазвонил телефон. Он взглянул на экран — это был звонок от майора Кузнецова. Лев извинился, выйдя из-за стола, прошел в гостиную, закрыл за собой дверь и только тогда спросил майора:

— Ну, что там у вас нового?

— Много чего есть, — ответил Кузнецов. — В первую очередь хочу рассказать, что обнаружили наши эксперты в связи со смертью экономки Зайцевой. Причина смерти, как мы и думали, — отравление цианистым калием. Яд содержался в стакане с вином.

— А откуда взялось вино? — удивился Гуров. — Она что, выпивала в одиночестве?

— Получается, что так. Впрочем, вина в желудке экономки было совсем немного, несколько глотков. Но вот что интересно. На стакане мы, естественно, обнаружили отпечатки самой Зайцевой. Но кроме них там имелись еще чьи-то отпечатки, только очень размытые, неотчетливые. Наши эксперты не могут даже сказать, мужские они или женские. И такие же размытые отпечатки были обнаружены на банке с мышьяком, которую мы изъяли в кухне. Из этой банки подсыпали мышьяк в сок, который пили Светлана Кириллова и Борис Новиков.

— А каким образом яд попал в сок, вы установили?

— Представьте себе, установили. Тут был использован довольно хитрый способ. Мышьяк заранее растворили в другом таком же соке, а затем с помощью шприца ввели в пакет через небольшое отверстие. Невооруженным глазом это отверстие обнаружить невозможно, наши эксперты его нашли лишь потому, что использовали специальную аппаратуру. При этом никаких следов шприца мы в кухне не нашли, не обнаружили его наши сотрудники и после обыска в квартире, где проживала Зайцева. А ее родственники дружно утверждают, что Лена не умела делать уколы и вообще обращаться со шприцем.