Проклятый дом - Алексей Макеев

— Таким образом, мы приходим к выводу, что Кириллову и Новикова пыталась отравить не Зайцева, — сказал Гуров.

— Да, этот вывод закономерно вытекает из всех имеющихся данных, — подтвердил майор. — Подавая сок на стол, экономка знать не знала, что в нем содержится отрава. Но знаете что, Лев Иванович? Само это отравление внушает мне сомнения.

— В каком смысле?

— Как мне объяснили наши врачи, доза мышьяка в соке была слишком мала, чтобы нанести серьезный вред здоровью. И тем более такая доза яда не могла их убить. Чтобы умереть, брат и сестра должны были принимать этот сок как минимум неделю.

— Но… может быть, сок предназначался вовсе не для них, а для детей? Ведь его подавали на стол как раз для детей! Но я вмешался, и они его не выпили…

— А вот это похоже на правду, — согласился Кузнецов. — Я, конечно, еще поговорю с врачами, но и так знаю, что для детей требуется гораздо меньше любого яда, чтобы наступило отравление.

— Значит, неизвестный преступник хочет убить всех Кирилловых, им всем угрожает опасность… — задумчиво проговорил Лев. — Да, ты говорил, что у тебя много чего есть. Стало быть, есть и еще какая-то информация?

— Есть, — ответил майор. — Помните, я делал запросы в управления Омска и Тюмени о судьбе первого сына Кириллова, Анатолия? Так вот, пришли ответы на эти запросы. А еще я поговорил с тамошними коллегами по телефону. И в результате получилась странная картина…

— Ну, говори, не тяни! — поторопил его Лев. — Терпеть не могу, когда вот так тянут. Что они тебе сказали?

— Понимаете, в какой-то момент, шесть лет назад, Анатолий Кириллов вдруг исчез.

— Умер, что ли?

— Может быть, и умер. А может, и нет. Перед этим он лет восемь беспробудно пил, потом стал употреблять наркотики. Пропил и прокурил квартиру, потерял бизнес — а до этого у него была риелторская контора, он неплохо зарабатывал. В общем, стал бомжом, от него ушла жена, забрав детей… А потом в хибаре, в которой он ночевал, случился пожар. После пожара на пепелище обнаружили чьи-то останки, и полиция быстренько записала, что это останки Анатолия Кириллова. Но спустя пару дней после проведения экспертизы выяснилось, что это кости животного, предположительно собаки. А куда делся Анатолий, неизвестно. С тех пор его никто не видел, он нигде не появлялся. Когда бывшая жена Кириллова обратилась в полицию за справкой о его смерти, ей такую справку выдали. Так что Анатолий Кириллов официально считается умершим. Но у него нет могилы и как он умер, где — этого никто не знает.

— Понятно… — медленно произнес Гуров. — Стало быть, мы можем предположить, что Анатолий до сих пор жив. В таком случае он также является наследником огромного состояния. И если не станет Светланы Павловны и ее детей, то все это состояние, все эти два миллиарда перейдут к нему…

— Но, если я не ошибаюсь, он и сейчас мог бы получить неплохие деньги, — заметил майор. — Кажется, согласно завещанию Игоря Кириллова, его первому сыну что-то причитается…

— Да, Игорь создал для него особый счет, на котором лежит миллион рублей.

— То есть Анатолию достаточно объявиться, доказать, что он — сын умершего Игоря, и можно будет получить свой миллион?

— Что такое миллион по сравнению с таким огромным состоянием? — заметил Лев. — Все равно что тесная «однушка» где-нибудь на окраине Глухова рядом с этим вот «проклятым домом», с этим дворцом, в котором я сейчас нахожусь. Так что я понимаю этого Анатолия. Ставка в этой игре очень высока…

Когда он произносил последнюю фразу, ему вдруг почудился чей-то легкий смешок. Словно где-то совсем рядом с ним, здесь, в гостиной, кто-то рассмеялся. Гуров резко обернулся и внимательно оглядел помещение. Нет, в гостиной никого не было. Сейчас, в середине яркого солнечного дня, это было хорошо видно. Диваны, кресла, картины на стенах, ковры… Здесь негде было спрятаться. Тем не менее он мог поклясться, что слышал чей-то смех совсем рядом, причем так же явственно, как сейчас слышит доносившийся из столовой детский смех и звон посуды.

Лев почувствовал, что у него на лбу выступил холодный пот, и ему вдруг стало зябко. «Вот так же, наверное, чувствовал себя и Игорь той ночью, — вдруг подумалось ему. — Только Игорю было страшнее — ведь тогда была ночь, все спали… Хотя нет, не все. Был один, кто не спал…»

— Лев Иваныч, вы чего замолчали? Лев Иваныч! — донесся до него из телефонной трубки обеспокоенный голос майора.

— Нет, Геннадий Иванович, со мной все в порядке, — поспешил заверить Гуров коллегу. — Все в порядке, просто горло вдруг сдавило…