Стикс - Наталья Андреева

— Так, где ты его убил, Игнат? Дома или на пруду? — спросил он.

— Дома, — уверенно сказал Хайкин.

Он глубоко вздохнул. Согласно данным экспертизы, следов крови ни на кухне, ни в комнате обнаружено не было. Не было их и на половине Игната Хайкина. Тот же уверенно прошел на соседнюю половину, принадлежащую двоюродному брату, в кухню.

— Вот, значит, сидели мы с ним. О заборе, значит, толковали. Ну и, слово за слово, я его и… того.

— Чем? — спросил капитан Свистунов.

— Ножом. Со стола взял и… того.

— Как? Показывай.

Один из милиционеров сел на стул. Хайкин тоже сел на стул. Потом неуверенно взял нож, столовый, тупой, с закругленным концом, махнул им куда-то вверх, над головой.

— Как бил? — внимательно посмотрел на Игната Руслан.

— Ну, как? Так. — Хайкин снова неуверенно махнул рукой.

— Сидя, значит?

— Ну, да. Само собой. Сидели мы, выпивали.

— А экспертиза показала, что смертельный удар был нанесен из положения стоя. Остальные же удары нанесены, когда тело уже лежало на земле. И следов крови здесь, на кухне, не обнаружили. А, Игнат? Так как же? Выходит, ты врешь? Давай вспоминай. Как следует вспоминай.

«Он не убивал», — второй раз за день мелькнуло в голове.

— Вспомнил, — вдруг охотно сказал Хайкин. — Все вспомнил, гражданин начальник. Ведите к пруду.

— Ох, Игнат, Игнат! — покачала головой Наталья. — Что ж ты на себя наговариваешь-то? Ну, зачем тебе Васю-то убивать? Зачем?

— Поспорили мы, — упрямо сказал Хайкин. — Дальше не помню.

— И как убил, не помнишь? — тут же спросил Руслан.

— Ведите.

Выйдя со двора, всей толпой двинулись на другой конец улицы, к пруду: Игнат Хайкин в сопровождении конвоиров, двое оперативников, сотрудник с видеокамерой, участковый, он, следователь Мукаев, понятные, Наталья и жители деревни Ржаксы, которыми процессия по дороге обрастала все больше и больше. Местные держались на расстоянии, переговаривались о чем-то негромко и то и дело качали головами. Постепенно разогревало, и чувствовалось, что если не набегут облачка, то всех вскоре охватит сонная одурь. Хотелось поскорее покончить с неприятным делом.

Дошли до пруда. Именно отсюда осенью выловили тело, когда к вечеру следующего после убийства дня Наталья все-таки хватилась мужа. Обежав всю деревню, попросила мужиков пошарить баграми в пруду. Сначала было подумали, что Васька Хайкин, напившись, поскользнулся на берегу да сам же и свалился в воду. Мелкий, беспрерывный осенний дождь смыл и кровь и следы. Только потом участковый, осмотрев тело, сообразил, что Ваську-то зарезали. И тогда уже закрутилось. Он, следователь Мукаев, не понимал только, отчего так долго все тянулось. Почему до весны и что он думал себе раньше, когда нарочно, судя по всему, затягивал это дело.

«Он не убивал», — в третий раз.

— Ну, Игнат? — вновь спросил Свистунов. — Так как все было? Показывай.

Вот тут, на берегу, Игнат чувствовал себя совсем неуверенно. Потоптался на одном месте, перешел на другое. Все как привязанные ходили за подследственным.

— Кажись, на том берегу, — тихо сказал Хайкин.

— Уверен? — настороженно посмотрел на того Руслан.

— Кажись, да.

Все, включая понятых, пошли на другой берег. Там Игнат остановился, притопнул ногой:

— Здесь.

— Так. И что?

— Спорили мы, вот что.

— Здесь-то о чем?

— О заборе.

— Все о заборе? — усмехнулся Свистунов.

— А об чем?

— Ну, не знаю. Тебе виднее. И что дальше?

— Дальше я его и… того.

— Чем?

— Ножом. Чем?

— Тебе виднее чем. Нож где взял?

— Из кухни. Как где?

— Тебе виднее, — повторил Руслан. И вдруг повернулся к Хайкиной, которая тоже отчего-то ходила следом. — Наталья, нож какой-нибудь из дома пропал?

— У меня все имущество целое.

— Так что, Хайкин? Где взял нож?

— Значит, у себя.

— Зашел на свою половину, взял нож и пошел с соседом на пруд. Так?

— Да.

— Значит, тогда уже задумал убить? Когда заходил за ножом?

— Значит, задумал.

— Ну и что? Показывай. Володя, подойди к нему. Ты — Василий Хайкин. Игнат, так как?

Тот засопел, затоптался на месте, потом с опаской приблизился к невысокому, но плотному, коренастому Володе в милицейской форме. Взмахнул рукой, ударил со спины. Володя, пожав плечами, упал. Свистунов посмотрел на Хайкина:

— Ну? А дальше?

Игнат присел на корточки и стал аккуратно и очень равномерно махать рукой. Пять раз махнул, поднял голову, посмотрел на капитана Свистунова: «Мол, хватит?»

И тут он не выдержал. Уже минут десять стоял отстраненно, давил, давил в себе поднимающийся к горлу пузырь. Жара, духота. И какая-то бессмысленность всего происходящего. Что они тут делают? Что?!

И вдруг резкая вспышка перед глазами. Полная, удивительная ясность.

— Он не убивал.

— Что? — Свистунов посмотрел на друга детства удивленно.

— Он не убивал, — повторил и решительно подошел к Хайкину и Володе: — Ты встань.

Тот послушно вскочил.

— Отойди в сторону. Хайкин, идите сюда.

Игнат с опаской приблизился. Он вдруг резко схватил Хайкина за плечо, развернул боком. Потом правой рукой чуть придержал, взмахнул левой, имитируя удар, ребром ладони тронул Хайкина за шею, слева, в область сонной артерии:

— Вот так. Слышите? Так. Сверху вниз. Потому что он маленький, очень маленький. И именно в шею, потому что здесь…

Хайкин вдруг громко заверещал. Потом вырвался и кинулся бежать. Руслан Свистунов, конвоиры, участковый и даже Наталья и понятые дружно закричали:

— Куда?! Стой! Стой! Куда?!

Милиционеры побежали за Хайкиным, Игнат же, вереща, как заяц, по-заячьи же и бежал, петляя. Потом вдруг споткнулся, упал и уже на карачках пополз прочь от пруда. Хайкина догнали быстро, вернули. Игнат дрожал и всхлипывал.

— В чем дело? — спросил он. — Ты все видел, что ли? Как убивали?

— Виновный я! И на голову больной! Пустите!

— Надо везти его на психиатрическую экспертизу, — сказал он Свистунову. Руслан кивнул, а Хайкин вдруг закрыл глаза, прижал кушам испачканные ладони и стал раскачиваться из стороны в сторону и скулить:

— И-И-И…И-И-И…

— Уведите. Он не убивал. Не так все было.